Читать онлайн «50 знаменитых убийств». Страница 58

Начало подъема Москвы связывают с княжением (с 1325 года) в Москве Ивана Калиты. Еще в первой половине XIV в. Иван Калита, опираясь на поддержку вначале хана Узбека, а затем его сына Джанибека, взял на себя функцию выплаты дани за всю Русь. Теперь Москва собирала дань как налог со всех русских княжеств и выплачивала в Орду то, что называлось «выход». И если, например, тверичи призывали против Москвы литовцев, то татарские отряды, приходившие с Волги, защищали источник доходов хана.

Поле смерти Ивана Калиты фактическим главой государства стал митрополит Алексий, сменивший на престоле митрополита Феогноста. Алексий происходил из знатного боярского рода Плещеевых и был умным и грамотным политиком. В качестве верховного главы Русской церкви Алексий обладал вполне реальной властью над всеми русскими князьями без исключения. В 1362 году Москва (с московским князем Дмитрием Ивановичем) победила Суздаль в войне за Владимир. Центром политической жизни Руси становится Москва. Но оставим на время дела русские и посмотрим на восток.

Орда. Хотя, опять же, — какая Орда? Еще в 40-х годах XIII века великое государство Чингисхана было разделено на три части — Белую Орду, находившуюся между Иртышом и хребтом Тарбагатай (район нынешнего Семипалатинска); Золотую (Большую) Орду, находившуюся на Волге, и Синюю Орду, кочевавшую от Тюмени до Арала. Нас, конечно, больше интересует Золотая Орда, как ближайшая к Руси. В 1345 году ханом Золотой Орды стал Джанибек — человек добрый, честный и дельный, который противостоял проникновению в Поволжье и в Причерноморье католиков-генуэзцев — союзников константинопольских императоров. Период царствования Джанибека ознаменовался хорошими отношениями с Русью и лично с митрополитом Алексием. Финал царствования «доброго царя» Джанибека был трагичен. Один из его многочисленных детей — Бердибек — стал (в 1357 году) отцеубийцей, захватил трон и казнил всех своих братьев, дабы упрочить свои права на престол. Но изверга-отцеубийцу никто не собирался поддерживать, и вскоре Бердибек был убит. После этого объявился целый ряд самозванцев. Кульпа, Навруз и другие называли себя уцелевшими детьми Джанибека. Все они претендовали на престол, а их истинным происхождением никто не интересовался. В результате стабильность в Орде была утрачена — за десять лет сменилось несколько десятков ханов, большинство из которых были чисто номинальными политическими фигурами. Русские летописцы очень точно назвали происходившее в Орде «Великой замятней».

В этот момент (наконец-то!) и выходит на политическую арену главный герой этой главы — Мамай, — муж дочери Бердибека. В. А. Чивилихин в своей книге «Память» отмечал следующие факты, касающиеся происхождения и характера Мамая: «До того как стать главой Золотой Орды, Мамай был «темником», т. е. начальником 10-тысячного воинского соединения («тумен»). По своим религиозно-общественным взглядам Мамай принадлежал к ордену «исмаилитов», возникшему первоначально как одна из сект шиитского течения ислама. Исмаилиты высших степеней, к числу которых принадлежал и Мамай, становились людьми, исповедующими эклектическую религиозную философию, замешанную на крайней беспринципности и цинизме, преследуя исключительно цели достижения богатства и власти, создавая тайные организации заговорщиков и интриганов, действующих с помощью банд наемных убийц. Исмаилиты действовали не только по всему мусульманскому миру, ноив Европе. Недаром в итальянском и французском языках название одной из исмаилитских сект — «ассасин» — стало словом, обозначающим убийство или убийцу». Сам Мамай происходил из монгольского рода Кыйан, который проиграл борьбу за власть роду Чингиза еще в XI веке. Мамай не был Чингизидом (т. е. не был из рода Чингиза) и не мог быть ханом, поэтому он возводил на престол Золотой Орды марионеточных ханов (которые во время «замятии» особо долго не жили), но при этом фактически главой государства был он сам. Историки считают Мамая храбрым полководцем, способным администратором и искусным политиком. В 1370 году Золотая Орда распалась на 7 независимых владений. Мамаю досталось Причерноморье, откуда он попытался наладить через генуэзские колонии в Крыму контакты с Западом.

Тут самое время сказать несколько слов и о генуэзцах. Контролируя в XIV и первой половине XV века бассейн Черного и Азовского морей с помощью своих колоний, генуэзские банкиры внимательно следили за странами, через которые шли основные торговые пути к Черному и Азовскому морям, и активно вмешивались в их внутренние дела и отношения между ними. В зону интересов генуэзцев попала и Русь, уже не Владимирская, а Московская. А в качестве инструмента влияния генуэзцами был выбран именно Мамай, который очень нуждался в деньгах, чтобы платить их своим солдатам. Так как волжские татары неохотно служили Мамаю, в его войске их было немного, поэтому Мамай привлек ясов, касогов (черкесов), крымских караимов и другие кочевые племена. Генуэзцы потребовали взамен концессии для добычи мехов и торговли на севере Руси, в районе Великого Устюга.

Впрочем, о военном столкновении изначально речь не шла. До 1374 года Мамай не проявлял враждебности в отношении Москвы, напротив, по собственному почину, например, посылал князю Дмитрию Ивановичу «ярлык на великое княжение», хотя полагалось, чтобы русские князья сами обращались с просьбой об этом ярлыке. Так что же произошло в 1374 году?

Если бы Дмитрий согласился на сделку с итальянцами, Московская Русь в очень короткое время превратилась бы в торговую колонию генуэзцев. В этот момент свое веское слово сказала православная церковь. Преподобный Сергий Радонежский заявил, что с латинянами никаких дел быть не может: на Святую Русскую землю допускать иноземных купцов нельзя, ибо это грех. Преподобного Сергия поддержал митрополит Алексий, и предложение Мамая принято не было. Но ключевую роль в ссоре с Мамаем сыграл суздальский епископ Дионисий — приверженец Сергия и горячий сторонник войны с татарами. Так как Суздаль был маленьким городом, по существу крепостью, епископ Дионисий жил в богатом Нижнем Новгороде, принадлежавшем суздальским князьям. И когда Мамай в 1374 году прислал туда посольство — полторы тысяч человек, чтобы договориться о мире и союзе, епископ Дионисий настроил народ против татар. Нижегородская чернь накинулась на посольство, и все татары были умерщвлены самым жестоким образом: их, раздев донага, выгоняли на лед Волги и травили собаками. Самого посла (Сарай-аку), правда, Дионисий успел спрятать, но 31 марта 1375 года Сарай-ака умер — как считают исследователи, не без помощи политического врага Москвы, нижегородского князя Василия Кирдяпы. Любопытно, что митрополит Алексий знал о неистовой ненависти Дионисия к татарам, как знал и о готовящемся прибытии посольства в Нижний Новгород, поэтому и рукоположил Дионисия в епископы суздальские непосредственно перед прибытием Сарай-аки, тем самым фактически спровоцировав войну.