Читать онлайн «Дмитрий Хворостовский. Две женщины и музыка». Страница 30

Евгений Онегин («Евгений Онегин»), Фигаро («Севильский цирюльник»), Дон Жуан («Дон Жуан»), Граф («Свадьба Фигаро»), Родриго Поза («Дон Карлос»), Риголетто («Риголетто») и другие ведущие партии мирового оперного репертуара в интерпретации Хворостовского отличаются от привычных на современном оперном Олимпе «звездных» трактовок. Ему чужды высокотехнологичные и комфортабельные воспроизведения классических мелодий со «встроенными» в них стандартными блоками художественных переживаний.

Дмитрий Хворостовский ищет в своей работе глубину, трагедию и радость творчества. И в камерном репертуаре – от самого популярного наподобие русских романсов прошлого века до самого эзотеричного, вроде вокальных поэм Георгия Свиридова или песенных циклов Густава Малера певец не боится пожертвовать беспроблемным успехом ради «непопулярного» прикосновения к подлинному смыслу.

Способности соединять чистую вокальную линию с трагической сутью Хворостовского во многом научила музыка Георгия Свиридова, по большей части лиричная, с затаенным пафосом. Именно Хворостовскому Свиридов посвятил свой вокальный цикл «Петербург» на стихи А. Блока. В свою очередь Хворостовский привнес в музыку Свиридова современное видение, оказавшееся особенно важным в поэме для голоса и фортепиано «Отчалившая Русь» на стихи С. Есенина. В свиридовских песнях ему удается «пропевать» ноты чисто человеческие, и перед залом предстает исполнитель достойный, теплый, чуткий к окружающей жизни и способный на отклик.

– Музыка гениальная, я молю Бога, чтобы цикл был закончен. Благодарен судьбе, провидению, что я встретился с этим великим композитором, музыкантом, человеком, – впечатлялся Свиридовым Д. Хворостовский.

В другой раз он признавался:

– Я просто обожал Свиридова. Он потрясающий, с интересный человек, удивительный рассказчик с удивительным чувством юмора. Очень русский… сильный человек. Очень глубоко чувствующий, знающий очень много, глубоко переживающий. Я буквально… в смысле я чувствовал какую-то отцовскую любовь к себе.

А Георгий Свиридов в свою очередь уверял:

– Дима Хворостовский – человек русской традиции, русского воспитания, русской глубины. А итальянская музыка нам очень близка, из нее вышла великая русская опера. Дима прекрасно освоил традиции выразительного, кантиленного[64] итальянского пения, но придает большое значение слову, что характерно именно для русской музыки.

После успешного дебюта в Нью-Йорке в 1990 году Хворостовским был подписан контракт с компанией «Philips Classics», которая выпустила более 20 альбомов с записями певца, включающих как сольные программы, так и арии из опер.

За этими информационными строками скрывается целая история взаимоотношений! Это сейчас мы такие грамотные: контракт, продюсер, права на исполнение и проч. и проч. А раньше эти «азы» пришлось осваивать с невероятным трудом. Через познание таких вот истин прошла и упоминаемая журналистка Наталья Чернова, и ее читатели. Вот любопытный отрывок на заданную тему из книги «Дмитрий Хворостовский. Эпизоды…»

«А сейчас ненадолго вернемся в жаркую Одессу, где мы встретились с Анной Барри, продюсером фирмы «Филипс», которая заключила с Дмитрием Хворостовским эксклюзивный контракт на все его аудио и видео записи. Увидев нашу съемочную группу, Анна, молодая привлекательная женщина, буквально в лице изменилась. То есть, как всякий цивилизованный западный человек, она сохраняла внешнюю вежливость и даже улыбчивость, но глаза ее стали жесткими и холодными. Я про себя, каюсь, назвала ее «кобра в шоколаде». Много позже поняла, что суть нашего конфликта была не только в ее ревностном отношении к неожиданно появившимся конкурентам, а в разнице наших менталитетов или, говоря по-русски, миро-восприятий. Законы рынка, при которых она родилась и воспитывалась, диктовали, что в деловой жизни заниматься и интересоваться можно только тем, что хорошо продается. Иначе не выживешь. Наши же идеалистические представления о жизни, как в той популярной советской песне «Прежде думай о Родине, а потом о себе», были ей не понятны, а скорее всего просто неизвестны. В результате, после сложного объяснения в Одессе, когда мы никак не могли друг друга понять, я получила жесткий факс: «В подтверждение нашего разговора в Одессе сообщаю, что «Филипс-Классик» обладает эксклюзивными правами на все аудио-видео записи Хворостовского и производство фильмов. Мы предоставляем вам ограниченное разрешение сделать документальный фильм о вышеназванном артисте только для русского ТВ. Вам запрещается эксплуатация этого фильма на территории вне России и стран СНГ. Всякое нарушение контракта в этом вопросе и по другим пунктам будет решаться «Филипс-Классик» в законном порядке. Я надеюсь, что мы выяснили этот вопрос раз и навсегда.

Обложка альбома Д. Хворостовского «Очи черные»

Если вы все-таки надеетесь снимать в Париже во время представления «Онегина», вы должны запросить официальное разрешение театра, всех участвующих артистов и оркестра, но вы не можете использовать разрешение «Филипс-Классик» в качестве аргумента в переговорах с другими сторонами.

Я очень была удивлена, услышав, что вы в Париже. Думаю, у вас будут трудности в получении необходимых разрешений в такое короткое время. Надеюсь, что все будет в порядке. Искренне Ваша Анна Барри».

Яблоко нашего раздора – Артист – рано вписался в систему западных координат, но вырос в другой системе. Поэтому он понимал и ту, и другую сторону, но объяснить что-либо не желающим слышать и понимать друг друга противникам, так и не сумел».

Среди оперных альбомов певца – «Сельская честь» П. Масканьи; «Травиата» (дирижер Зубин Мета) и «Дон Карлос» (дирижер Бернард Хайтинк) Дж. Верди; «Евгений Онегин», «Пиковая дама» и «Иоланта» П. Чайковского. Он также записал поэмы «Отчалившая Русь» и «Петербург» Г. Свиридова; два альбома романсов Чайковского, Рахманинова, Римского-Корсакова и Бородина, два альбома оперных арий Чайковского, Верди, Рубинштейна, Мусоргского и Римского-Корсакова; альбом арий бельканто Россини, Беллини и Доницетти, концерты из произведений Рахманинова и Свиридова. С Валерием Гергиевым и оркестром Кировской оперы записаны «Песни и пляски смерти» Мусоргского.

Выпущены записи «Arie Antiche» с сэром Невиллом Марринером и камерным оркестром Академии St. Martin-in-the-Fields (1998) и оперы Римского-Корсакова «Царская невеста» с дирижером В. Гергиевым.

В 1992 году альбом Дмитрия Хворостовского «Очи черные», состоящий из русских народных песен и романсов (дирижер Николай Калинин, Оркестр народных инструментов имени Осипова), был признан одним из наиболее успешных в Европе и США.