Читать онлайн «В те грозные годы». Страница 88

Немецко-фашистскому командованию не удалось спасти свои дивизии от поражения. Вместе с тем немалые потери понесли и соединения нашей армии. С болью в сердце читал я донесение начальника политотдела 171-й стрелковой дивизии Сотникова, в котором сообщалось о героической гибели политработников 525-го полка: парторга Е. П. Антоненко, уроженца Новосибирской области, комсорга Е. П. Аксеновского из города Кирова, агитатора старшего лейтенанта В. И. Горбачева из Иванова и многих других.

Во второй половине марта войска 3-й ударной армии, совершив по приказу командования фронта двухсуточный марш, уже сосредоточились в районе Кенигсберга.

Здесь выдалась возможность подвести итоги боев в Восточной Померании. За 12 суток соединения армии, преодолевая упорное сопротивление врага, продвинулись вперед на 120–130 километров, вышли к Балтийскому морю, очистили от гитлеровцев восточный берег Померанского (Щецинского) залива от устья реки Одер (Одра) до города и порта Альтдамм (Домбе). В ходе боев был окружен и разгромлен 10-й армейский корпус СС, разбиты 402-я запасная и 5-я легкопехотные дивизии врага, нанесен большой урон его танковым дивизиям «Нидерланд», «Бервальде», «Норланд», 503-му танковому батальону «Вильгельм» и другим частям.

Политотдел армии, политорганы соединений, партийные и комсомольские организации, редакции армейской и дивизионных газет приложили немало усилий, чтобы довести эти итоги до всех бойцов и командиров. Бои теперь шли уже на территории фашистской Германии, на той самой земле, откуда гитлеровцы начинали свои разбойничьи походы против Польши и Советского Союза, против других стран Европы.

За время боев в Восточной Померании войска 3-й ударной армии четыре раза отмечались в приказах Верховного Главнокомандующего. Особо отличившиеся в боях 52-я гвардейская, 150, 171 и 33-я стрелковые дивизии, 6-я артдивизия РГК, 136-я пушечная и 25-я инженерно-саперная бригады, два полка 52-й гвардейской стрелковой дивизии и три полка 171-й стрелковой дивизии Указом Президиума Верховного Совета СССР были награждены боевыми орденами. 207-я стрелковая дивизия, а также несколько стрелковых, артиллерийских минометных полков и отдельных батальонов получили почетные наименования Померанских.

К концу второй декады марта войска нашей армии полностью сосредоточились на правом берегу Одера северо-восточнее города Кюстрин (Костшин). И тогда же было получено указание фронта на подготовку частной операции с задачей форсировать реку и захватить на ее западном берегу в районе Плетциг, Лунов дамбу.

21 марта генерал Н. П. Симоняк принял решение поручить выполнение этой операции 12-му гвардейскому стрелковому корпусу, а точнее — 52-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майора Н. Д. Козина. Приказ был подписан в тот же день вечером, а утром следующего дня мы проводили Николая Павловича в Москву, в Ставку. Вместо него в командование 3-й ударной вступил генерал-полковник Василий Иванович Кузнецов.

Замена командующего в столь ответственный момент на первый взгляд казалась несвоевременной. Генерал-лейтенант Симоняк пользовался в армии большим и заслуженным авторитетом. Несмотря на то что характер у него был довольно-таки крутой, командиры соединений и частей глубоко уважали его за смелость в принятии ответственных решений. Однако нам, более близким к нему людям, было известно, что у Николая Павловича сложились не совсем нормальные отношения с командующим фронтом Маршалом Советского Союза Г. К. Жуковым. В чем конкретно они заключались, мы, разумеется, не знали. Предполагали, однако, что все дело в непреклонности характеров того и другого.

Рапорт о переводе на другой фронт Николай Павлович собирался подать еще задолго до Восточно-Померанской операции. Но тогда мы с А. И. Литвиновым отговорили его от этого ошибочного, по нашему мнению, шага. Однако прошло время, и он все же обратился в Ставку с таким рапортом, а копию направил командующему фронтом. Беспредельно уважая Г. К. Жукова за полководческий талант, Н. П. Симоняк посчитал более полезным для общего дела самому уйти из состава 1-го Белорусского фронта. Его просьба была удовлетворена. Вскоре, как нам стало известно, он принял командование другой армией.

Нового командарма Василия Ивановича Кузнецова я хорошо знал по совместной службе еще в 1-й ударной армии. Человек дела, мужественный и опытный военачальник, оп сразу же по прибытии в 3-ю ударную все свое внимание сосредоточил на подготовке операции по форсированию Одера и захвату дамбы. Несколько раз побывал в полках 52-й гвардейской стрелковой дивизии, беседовал с командирами и политработниками, лично проверял ход подготовки к выполнению боевой задачи.

Определяя задачи партийно-политической работы, командарм потребовал от нас обеспечить всестороннюю моральную подготовку личного состава гвардейской дивизии к форсированию Одера, добиться, чтобы каждый боец и командир проникся уверенностью в успехе операции, пониманием ее огромной важности для дальнейшего общего наступления.

Поарм направил в 52-ю гвардейскую стрелковую дивизию Влехмана, Морозова и Зайцева с целью оказания помощи политотделу, партийным и комсомольским организациям в практическом выполнении требований командующего армией. За несколько дней до форсирования в подразделениях этого соединения состоялись партийные и комсомольские собрания с повесткой дня: «Опыт преодоления крупных водных преград и задачи коммунистов (комсомольцев) в предстоящей операции». С докладами на них выступили коммунисты, имевшие богатый опыт личного участия в форсировании многочисленных водных рубежей. Выступая в прениях, участники собрании — бывалые воины рассказывали об особенностях боевых действий в процессе преодоления больших рек, использовании подручных средств для переправы, об опыте ведения боев за удержание плацдарма.

Одновременно поарм направил в дивизию изданный массовым тиражом небольшой сборник с выдержками из статей и журналов, в которых рассказывалось о форсировании советскими воинами Днепра, Вислы, Великой и других водных преград. Используя материалы сборника, агитаторы проводили с бойцами и сержантами беседы о взаимовыручке на воде, о практике высадки на берег, обороняемый противником. На учебно-тренировочных занятиях, которые проводились на расположенном неподалеку озере, отрабатывались приемы посадки в лодки и на плоты, ведения огня по противнику во время высадки.

В 151-м и 155-м полках 52-й гвардейской дивизии были созданы специальные десантные отряды, в состав которых вошли бойцы, командиры и политработники, неоднократно участвовавшие в преодолении водных преград. Политотдел соединения, кроме того, направил в них из некоторых других подразделений коммунистов и комсомольцев, что позволило создать в каждой роте полнокровные партийные и комсомольские организации. Например, только в десантном батальоне 151-го полка к моменту выполнения боевого задания имелось 49 коммунистов и 75 комсомольцев.