Читать онлайн «Елена Рерих. Путь к Посвящению». Страница 55

В своих воспоминаниях [300] Даниил Энтин рассказал о том, при каких обстоятельствах Рерихи после прибытия в Америку познакомились со своими будущими доверенными сотрудниками.

Франсис Грант

Первой, кого Елена Ивановна и Николай Константинович встретили на американской земле, стала Франсис [301] Грант, американская журналистка. Когда корабль, на борту которого находилась семья Рерихов, прибыл в гавань Нью-Йорка, судно задержали на несколько часов до разгрузки в гавани – это было необходимо для проверки пассажиров и их багажа таможенной и иммиграционной службами. В то время это было обычной практикой, и пока пассажиры ожидали окончания проверки, журналисты использовали это время для того, чтобы встретиться на борту корабля с самыми интересными пассажирами и взять у них интервью. О приезде Рериха в творческих кругах Америки было известно заранее, и журнал «Музыкальная Америка» дал задание своей сотруднице Франсис Грант взять интервью у знаменитого художника.

Грант доставили к кораблю в маленькой лодке; по веревочной лестнице она поднялась на корабль и на палубе первого класса встретилась с Николаем Рерихом. Месяца через полтора-два знакомый Франсис Грант, известный российский танцовщик Адольф Больм, пригласил ее к себе домой на рождественский вечер, сказав ей, что на этом вечере она встретится с его близкими друзьями, Еленой и Николаем Рерих [302] . На вечере у Больма Рерихи пригласили Ф. Грант к себе в гости; в то время они жили в «Hotel des Artistes». Эта встреча, как пишет Д. Энтин, изменила всю ее жизнь. Рерихи приняли Франсис как своего давнего друга; они рассказали ей о Великих Учителях Востока и передали послание Махатмы М., адресованное непосредственно ей. Позже Франсис вспоминала, что ушла от Рерихов буквально в экстазе и ни на минуту не сомневалась, что то, что сказали Рерихи, было правдой и ей, Франсис, предстояло присоединиться к работе, которая должна была изменить мир…

Правда, ее путь к вершинам духовного самопознания и самосовершенствования оказался отнюдь не легким, и далеко не всегда она оправдывала надежды своих духовных наставников. Этому в значительной мере мешал сложный, импульсивный характер Франсис. Журналистка была женщиной переменчивого настроения, не совсем уравновешенной эмоционально; требовала особого внимания к себе со стороны своих духовных наставников и ревниво относилась к тем из сотрудников, которым, по ее мнению, Рерихи уделяли больше времени, чем ей.

Тем не менее Франсис обладала писательским талантом и большими связями в прессе и в деловых кругах, и ей была доверена важная миссия в культурных и образовательных учреждениях, созданных Рерихами и их сотрудниками в Нью-Йорке: она отвечала за связи с прессой и возглавляла издательство Музея Рериха. В ее обязанности входила подготовка статей об учреждениях, возглавляемых Рерихами, для газет и журналов, а также подготовка к изданию книг, выпускаемых издательством Музея Рериха. Помимо этого Франсис давались Рерихами и даже самим Учителем М. и другие важные задания, и она смогла выполнить их.

Зинаида Фосдик

Примерно в это же время Рерихи встретили, пожалуй, самого надежного и преданного своего сотрудника в США – Зинаиду Григорьевну Фосдик (в то время она носила другую фамилию, Лихтман – по первому мужу). Эта красивая миниатюрная женщина обладала исключительно сильным характером, несгибаемой силой воли и прекрасными организаторскими способностями. Она была одной из самых талантливых пианисток того времени в США и, без сомнения, одной из лучших преподавательниц фортепианной игры.

Зинаида Григорьевна родилась в Одессе; с раннего возраста проявила незаурядные музыкальные способности. Когда ей было 12 лет, мать увезла ее для продолжения обучения в Германию, где девочка училась фортепианной игре у лучших педагогов. По окончании обучения Зинаида концертировала в Европе, затем, после смерти отца, они с матерью решили перебраться в США. Незадолго до этого Зинаида вышла замуж за Мориса Лихтмана, с которым вместе училась в фортепианной школе Л. Годовского в Берлине. В Нью-Йорке Лихтманы впоследствии основали собственную фортепианную школу, быстро приобретшую известность благодаря высокому профессионализму преподавания.

С Зинаидой Григорьевной Рерихи познакомились на открытии выставки Николая Константиновича в Нью-Йорке, в Кингор-галерее, куда пришла и З.Г. Фосдик. Зная, что на открытие выставки придут буквально толпы людей, Зинаида Григорьевна колебалась, идти ли ей на открытие или посетить выставку на следующий день. Однако, как она пишет, словно какая-то мощная сила притянула ее, и она все же пошла на открытие. На следующий день газеты сообщали, что в первый день работы выставки ее посетило около 10 000 человек. Однако, несмотря на толпы людей, Зинаида Григорьевна получила огромное впечатление от выставки. Зачарованная удивительными красками и сюжетами, она стояла перед картинами в каком-то особом состоянии сознания – ей казалось, что перед ней открылся величественный новый мир, мир неземной красоты… Этот день стал судьбоносным в ее жизни – ей суждено было познакомиться не только с творчеством Рериха, но и с ним самим и с его супругой.

Кто-то из знакомых Зинаиды Григорьевны предложил ей познакомить ее с художником. Вот как она описывает свою первую встречу с Рерихами в своем очерке «Встреча с моим Мастером», написанном ею вскоре после смерти Николая Константиновича. «<…> И вот он сам – среднего роста, с полными света голубыми глазами, остроконечной бородкой, благородной головой, излучающей какую-то невидимую благожелательную мощь, и с необыкновенно проникновенным взглядом; казалось, он мог увидеть глубину человеческой души и найти самую ее суть. Рядом стояла его жена, Е.И. Рерих – настолько красивая, что захватывало дух» [303] . От Рерихов Зинаида Григорьевна получила приглашение прийти к ним в гости в «Hotel des Artistes» («Отель художников»). Она приняла приглашение, удивляясь тому, что ее пригласили, – ведь она была совершенно незнакомым Рерихам человеком. Тогда она еще не знала, что ее имя назвал Рерихам Учитель М. как имя будущей сотрудницы Рерихов в Америке. Надо ли говорить о том, что, придя к Рерихам в гости, она, как и Франсис Грант, получила, по сути дела, первое посвящение в свою будущую миссию, связанную с духовной и просветительской деятельностью Рерихов.

«Этот великий человек и его жена приняли меня так, как будто знали меня! – писала Зинаида Григорьевна. – Более того, они стали говорить со мной о своих планах на будущее, их миссии в Соединенных Штатах и о том, что должно было последовать далее, в то же время выражая глубокий интерес к моей музыке и преподавательской работе. <…> В тот же вечер были заложены идеи общей работы – создания первой из наших организаций, основанных профессором Рерихом, – Мастер-Школы Объединенных Искусств [304] . За ней должны были последовать другие культурные центры: “Кор Арденс”, “Корона Мунди” и позже Музей Рериха…» [305] .