Читать онлайн «Сталин: биография вождя». Страница 65

В 1932 г. по заказу Троцкого уже была состряпана фальшивка о якобы имевшей место причастности Сталина к агентуре царской полиции. И в том же году по указанию все того же проклятого "беса мировой революции" антисталинская оппозиция предприняла последнюю попытку исподтишка, бескровно свергнуть Сталина. Схема задуманного ими была проста. Уже обработанной идеологически до нужной кондиции Надежде Аллилуевой Бухарин подсунул для ознакомления фальшивый документ о якобы имевшей место причастности Сталина к агентуре царской полиции. Расчет строился на том, что, ознакомившись с этим якобы документом и будучи психически неуравновешенной и слишком эмоциональной, она поднимет скандал в семье, который немедленно перерастет в политический — кремлевский бомонд был слишком узок в те времена, и утаить что-либо было просто невозможно, во всяком случае долго. А это, в свою очередь, дало бы оппозиции реальный шанс бескровно сместить Сталина с поста генерального секретаря хотя бы под предлогом проверки такого сильно компрометирующего его факта. По мнению оппозиции и Троцкого, — "простенько, но со вкусом", да и оппозиция вроде бы и не виновата.

Однако все вышло иначе. Наследственная психическая неуравновешенность, слишком эмоциональный характер плюс какие-то очень сильные боли, которые проявились незадолго до трагедии (во всяком случае, так записано в ее медицинской карте Лечсанупра Кремля) и очередная депрессия привели к иному, трагическому исходу. Причем без какого-либо упоминания о самом документе. Оппозиции не удалось поживиться на этом в 1932 г.

Но вот что удивительно. Начиная с 1933 г. Троцкий из своего далека открыто заговорил о том, что теперь Сталина пора свергать только силой. Так ведь и заявил: "Для устранения правящей клики (то есть Сталина. — А. М.) не осталось никаких нормальных, «конституционных» путей. Заставить бюрократию передать власть в руки пролетарского авангарда можно только силой"! Значит, подло воздействовать на психически не совсем уравновешенную жену — это "нормальный, конституционный путь", а когда не вышло и человек трагически ушел из жизни, то долой бюрократию, то есть Сталина, силой? Ну и логика же была у "беса"!

Глупый и подлый миф. Начать хотя бы с того, что Сталин никогда не был поклонником идеи мировой революции как таковой. Он был реалист-прагматик, а не идеалист. Жупелом мировой революции он размахивал лишь тогда, когда это было необходимо для СССР, прежде всего в целях обеспечения его безопасности за счет создания серьезной угроз тылу Запада. Но это всего лишь мизерная часть того, что следует сказать.

Обычно в подтверждение этого мифа тычут фактом публикации рукописного интервью Сталина в печатном органе Коммунистической партии Германии газете "Роте фане" 10 октября 1923 г., в котором он якобы приветствовал германскую революцию. Однако никто никогда не говорит о двух важных обстоятельствах.

Во-первых, это интервью было подготовлено во исполнение резолюции Политбюро по вопросу о "германской революции", в котором большинство тогда составляли приверженцы идеи "германской революции". Проще говоря, это было партийное поручение на высшем уровне. А партийная дисциплина в то время имела огромное значение. Основная причина поручения Сталину подготовки этого интервью заключалась в очень простом обстоятельстве. Дело в том, что тогда в Веймарской Германии царила жуткая юдофобия, вследствие чего ни один из видных представителей так называемой ленинской гвардии — то есть ни Троцкий, ни Зиновьев как глава Коминтерна, ни Каменев, ни другие — не имели никакого шанса опубликовать такое интервью. Об их еврейском происхождении хорошо было известно за рубежом, особенно в Германии. Соответственно интервью, в котором говорится о новой революции в Германии, было бы воспринято как конкретное проявление еврейского заговора против Германии.

Во-вторых, Сталин вынужден был написать это интервью, хотя был противником "германской революции", о чем он открыто писал в своих письмах от 27 июля и 7 августа 1923 г. главе Коминтерна Г. Зиновьеву. О крайнем скептическом отношении Сталина к этой идее хорошо было известно в руководстве большевиков и Коминтерна, и тем не менее они настояли на том, чтобы именно Сталин как генеральный секретарь большевистской партии написал бы это интервью. Когда же стало понятно, что Сталин прав и перспектив у "германского октября" нет, Коминтерн в последний момент протрубил отбой, но одновременно подло подставил Сталина с этой публикацией. Дело в том, что как только было решено отменить эту «революцию», одновременно было принято и решение не публиковать это интервью Сталина. Тем не менее Г. Зиновьев как глава Коминтерна приказал-таки опубликовать его.

Что же касается самой идеи "германской революции", то тут дело значительно сложней. В то время Германия яростно бунтовала против жес-токостей и несправедливостей Версальского так называемого мирного договора, особенно против невероятно огромных репараций, которые она должна была выплачивать в пользу прежде всего Франции. Ее крайне враждебное отношение к поверженной Германии было хорошо известно немцам, которые в свою очередь платили победительнице тем же самым — лютой ненавистью. Франция не могла справиться с бунтарством немцев. В этих условиях у могущественных закулисных сил Франции вызрел адский план— путем «революции» расчленить Германию, привести ее к покорности и уже раздробленные ее части подвергнуть массированной эксплуатации с целью выкачивания репараций.

К глубокому сожалению, в руководстве большевистской партии французское политическое масонство, а речь идет прежде всего о нем, имело своих людей. В первую очередь это Троцкий и его приспешники Зиновьев и Каменев. Ведь прежде чем Троцкий был завербован американцами, еще до Первой мировой войны его успешную вербовку осуществили именно закулисные масонские круги Франции. Ну, а Зиновьев и Каменев всегда были на подхвате у Троцкого. По документам Политбюро за 1923 г. видно, что практически все вопросы, связанные с "германским октябрем", увязывались с позицией, как говорится в них, "французских друзей". Поразительно, но, судя по всему, французская разведка предоставила советским организаторам "германского октября" одного из своих крупнейших агентов в Германии.

Как рассказывал автору современный исследователь А.И. Колпакиди, в одном из ранее секретных российских архивов ему довелось увидеть любопытную фотографию. На ней были запечатлены руководящий работник советской военной разведки И. Уншлихт и лидер сепаратистов Рейнской области, впоследствии первый канцлер Германии после Второй мировой войны Конрад Аденауэр. Трудно сказать, какие конкретно отношения у К. Аденауэра были с советской военной разведкой. Кроме указанного выше факта, никаких других сведений пока нет. Однако хорошо известно, что еще в ноябре 1918 года К.Аденауэр «прославился» тем, что попытался сепаратным образом создать так называемую Рейнскую республику. В то время он являлся обер-бургомистром Кёльна. Кроме того, абсолютно точно известно, что в январе 1919 г. К. Аденауэр был завербован французской разведкой. С ним работал сотрудник французской разведки майор Даниэль Берже. Согласно данным из архивов прокуратуры Веймарской республики собрание документов "Кёльнские акты", особенно разделы "К.А., 1,37", "К.А., 1,170", "К.А., 1,180", а также "Рейнское движение". Т. III. С. 134–136), после подавления ноябрьской революции 1918 г. К. Аденауэр не бросил своих увлечений сепаратизмом в интересах Франции. И в 1920, и в 1922, и в 1923 гг. Аденауэр с энтузиазмом выполнял поручения французской разведки по сепаратному вычленению Рейнской области из состава Германии и созданию так называемой Рейнской республики. Причем, не стесняясь, обосновывал свои намерения "необходимостью обеспечения безопасности Франции". Судя по тому, что К. Аденауэра в 1923 г. вывели на представителей советской военной разведки, между ним и прибывшими из Москвы поджигателями "германского октября" были согласованы планы «революционного» бандитизма и сепаратного расчленения Германии.