Читать онлайн «Генеральный штаб в годы войны». Страница 274

После праздника Октябрьской революции в Норвегию прибыли из СССР представители норвежской военной миссии и первый боевой отряд.

Сил самообороны, конечно, было недостаточно для того, чтобы обеспечить полную безопасность освобожденной от врага территории Норвегии. Поэтому Ставка приказала Карельскому фронту (9 ноября 1944 г.) перейти к обороне на рубеже государственной границы с Норвегией, а по линии Нейден, Вортаниеми, до которой дошли войска фронта, - иметь прикрывающие и разведывательные части. Войска приступили к плановым занятиям по боевой подготовке.

15 ноября Карельский фронт был расформирован. 14-я армия стала отдельной, с подчинением Ставке. К. А. Мерецков со штабом в январе 1945 г. прибыл в Ярославль. Им предстояло переместиться на Дальний Восток для выполнения новых сложных задач.

Разгром противника на северном фланге советско-германского фронта имел большое политическое и военное значение. Немецко-фашистские войска недосчитались многих тысяч отборных солдат, сгинувших под ударами советских армий в лесах Карелии и тундре Заполярья. Враг потерял обширный плацдарм, откуда угрожал важным районам СССР. Советский фронт прочно закрепился по рубежу государственной границы. Значительно улучшились условия боевой деятельности Северного и Балтийского флотов, а также наших фронтов в Прибалтике. Резко снизилась угроза безопасности Ленинграда.

В 135 км к востоку от Дании лежит в водах Балтики остров Борнхольм. Энциклопедические словари того времени сообщали: площадь острова - 588 кв. км, жителей - 47 тыс. человек. Немецкие оккупанты, захватив в 1940 г. Данию, поспешили перебросить на Борнхольм, контролирующий юго-западную часть Балтийского моря, свой военный гарнизон. Островитяне на долгое время оказались отрезанными от родины. Властителем их судеб стал гитлеровский военный комендант.

В конце войны остров переполнился немецко-фашистскими солдатами, бежавшими с материка от карающей руки советских и польских воинов. Гитлеровцы, не сложившие оружия, скоро буквально объели островитян. Не осталось ни зерна хлеба, ни капли молока, пошел в солдатский котел и весь скот. Жители умирали от голода. Призрак голодной смерти вплотную встал и перед гитлеровцами.

Гуманное стремление спасти жителей Борнхольма от гибели и засилья немецко-фашистских оккупантов побудило Ставку принять решение занять остров и пленить вооруженных гитлеровцев. По указанию Верховного Главнокомандования Генштаб поставил союзников в известность об этом решении. 11 мая 1945 г. 132-й стрелковый корпус 19-й армии под командованием генерал-майора Ф. Ф. Короткова совершил высадку на остров с кораблей Балтийского флота. 12 тыс. солдат и офицеров противника были принуждены сложить оружие.

Нужно было налаживать жизнь на острове. Советские воины работали вместе с жителями на полях, помогли восстановить связь, возобновить рыбную ловлю. Постепенно население пришло в себя после мук фашистской оккупации. Возродилось сельское хозяйство и промыслы. Численность советских войск на острове вскоре сократилась до дивизии, а через год, в апреле 1946 г., Борнхольм был торжественно передан датским властям. Советские солдаты отбыли на Родину.

С незапамятных времен народы нашей страны, Норвегии и Дании живут в дружбе и взаимном уважении. Нет в их прошлом мрачных лет военных столкновений и кровавых распрей. Зато есть другое - совместная борьба против общего поработителя, немецко-фашистских оккупантов. Она соединяет их узами братства и остается славной и вечно живой страницей истории.

Велики были жертвы освободительной борьбы в Норвегии. Почти 2900 советских воинов легли навечно в ее холодную землю рядом с героями норвежского Сопротивления. Подвиг павших служит напоминанием о трудностях и уроках войны против гитлеровских захватчиков, призывом к новым усилиям во имя мира и прогресса.

Глава 12. На последних рубежах в Европе

Разброд в стане врага. - Возня за нашей спиной. - Демарш Советского правительства. - Прогнозы Генштаба. - Переговоры в Реймсе. - Ставить ли подпись? - "Паутину нужно разрубить". - Падение Берлина. - Где Гитлер? - Крысы бегут с тонущего корабля. - На Прагу! - События в столице Чехословакии. Безоговорочная капитуляция. - Шёрнер умывает руки. - Конец изменников.

Немецко-фашистские главари уже давно думали над тем, чтобы снять войска с западного фронта, перебросить их на восток и здесь всеми силами бороться против Красной Армии. Но сделать это можно было лишь при условии односторонней капитуляции перед союзниками или по взаимной договоренности с ними. Кстати, как уже сказано, так и пытались - за нашей спиной - поступить румынские и венгерские пособники Гитлера. Теперь с началом широких операций на западном направлении следовало ждать новых попыток расшатать единство трех великих держан.

Прогнозы оказались правильными. В связи с этим не лишне будет вспомнить некоторые события того времени, с которыми Генштабу пришлось сталкиваться. Так, К. Типпельскирх в своей "Истории второй мировой войны" свидетельствует, что, планируя Арденнскую операцию, немецко-фашистское командование преследовало не только военную цель. Оно надеялось в случае успеха посеять серьезные разногласия между Рузвельтом и Черчиллем{60}. Мы выручили тогда союзников, начав ранее намеченного срока Висло-Одерскую операцию. Наше стремительное наступление в январе 1945 г. от Вислы к Одеру заставило некоторых военных руководителей немецко-фашистского государства, в частности Г. Гудериана, забить тревогу и попытаться подготовить почву для выхода Германии из войны. Их точку зрения разделяли отдельные влиятельные сотрудники ведомства Риббентропа. Попытка спасти тонущий корабль фашистского государства преподносилась как "акт гуманизма", имеющего цель уберечь от "угрозы большевизма" население Германии и Европы. Вспоминая о своем свидании 23 января 1945 г. с чиновником германского министерства иностранных дел, осуществлявшим связь с генеральным штабом армии, Г. Гудериан пишет, что оба они хотели добиться заключения "хотя бы одностороннего перемирия". Больше того, открытие фронта перед англоамериканскими войсками гитлеровцы рассматривали уже как практическую задачу. Германский министр иностранных дел тоже считал, что англичане и американцы должны стать союзниками гитлеровцев против СССР, но в данный момент не решился поддержать точку зрения начальника генштаба армии перед Гитлером. Гудериан, не оставляя надежды получить поддержку в самых верхах фашистской элиты, обратился к Гиммлеру. Тот ответил: "Дорогой генерал-полковник, еще слишком рано!" А вечером того же дня Гитлер отправил Гудериана в четырехнедельный отпуск для "поправки здоровья".