Читать онлайн «Люди Зимнего дворца. Монаршие особы, их фавориты и слуги». Страница 55

В парадных гостиных, по традиции, оформившейся во времена Николая I, отмечались дни рождения европейских, прежде всего германских, родственников. Например, 15 января 1896 г. состоялся «довольно большой завтрак в Малахитовой с Радолином и его женой в честь Вильгельма, с музыкой». Князь Радолин на то время был послом Германии в Российской империи и по статусу присутствовал на таких семейных дипломатических завтраках. После завтрака у Николая II состоялась приватная беседа с послом «в голубой комнате».

Малахитовая гостиная. Фрагмент

Камин в Малахитовой гостиной

Совершенно очевидно, что так Николай II именовал первую от Малахитовой гостиной приемную императрицы Александры Федоровны (зал № 187). Подобная приватная беседа с германским послом, буквально в квартире царя, с одной стороны, являлась свидетельством сохранявшихся близких отношений между Россией и Германией, а с другой – свидетельствовала об определенных неудобствах, вызванных исторически сложившейся планировкой личных половин в северо-западном ризалите. Гораздо логичнее и естественнее проводить подобную часовую беседу с послом было либо в кабинете императора (зал № 181), либо в Готической библиотеке (зал № 178), однако для этого пришлось бы провести гостя из Малахитовой гостиной через спальню царской четы, что было не совсем удобно. Поэтому царю приходилось использовать для приватных бесед одну из парадных гостиных своей жены.

На протяжении января 1896 г. семья продолжала демонстрировать свои комнаты ближайшим родственникам. Императрица Мария Федоровна впервые посетила квартиру сына и невестки 19 января. В этот день супруги «показывали Мама детскую; туда приехали в гости дети д. Павла и еще Ирина[328]». Кстати говоря, «дети д. Павла» – это великий князь Дмитрий Павлович и великая княгиня Мария Павловна (Младшая).

Периодически родителям приносили их дочь – маленькую Ольгу. Надо сказать, что не слишком часто. 21 февраля 1896 г. «во время нашего breakfast’a приносят нашу душку к Аликс; после ее кормления ее кладут на диван, и здесь она начинает высказывать желание говорить и производить губами разные протяжные звуки».

Князь Радолин, посол Германской империи в России

Родители с Ольгой. 1896 г.

Александра Федоровна с Ольгой

Императрица Александра Федоровна с Анастасией

7 марта 1896 г. в детских комнатах на первом этаже северо-западного ризалита Зимнего дворца придворный фотограф А. А. Пазетти провел первую фотосессию: «Пазетти снимал нас группой втроем – Аликс, дочку и меня внизу в детской». Через два дня там же великой княжне Ольге Николаевне привили оспу. Позже эти фотосессии царских детей в стенах резиденций станут повторяться регулярно.

Николай II тогда близко общался со своей сестрой Ксенией и ее мужем, великим князем Александром Михайловичем. Они дружили с детства, у них были маленькие дети-ровесники. Так, 24 января 1896 г. Николай II записал в дневнике: «Пошли вниз к Ксении, куда приехала Мама, и затем отправились в Малую церковь. После обедни завтракали у них же».

В 1897 г. великая княгиня Ксения Александровна с семьей выехала из Зимнего дворца, прожив в нем три года. Поскольку освободилась 5-я запасная половина, то часть ее помещений (первый этаж западного фасада Зимнего дворца, правее Салтыковского подъезда) передали под квартиру гофмейстерины княгини Голицыной: «25 июля Государь Император изволил повелеть часть помещения, которое было занято Их Императорскими Высочествами великим князем Александром Михайловичем и великою княгинею Ксениею Александровной на 5-й запасной половине Зимнего Дворца, предоставить гофмейстерине светлейшей княгине Голицыной».[329] Отметим, что квартира для княгини получилась огромная, фактически занимавшая весь первый этаж юго-западного ризалита[330].

Повзрослев, дети стали чаще проводить время на половине родителей. На фотографиях видно, что в спальне императорской четы находилась детская мебель.

Когда дети болели обычными сезонными или возрастными болезнями, их изолировали на детской половине на первом этаже северо-западного ризалита (26 марта 1904 г.): «Все дети снова простужены и сидят у себя в детской». Когда дети болели, родители старались, как можно больше времени проводить на первом, «детском», этаже Зимнего дворца (28 марта 1904 г.): «Долго сидели у детей, кот. все еще в кроватях».

Великий князь Александр Михайлович с Ксенией Александровной, великая княжна Ольга Александровна (младшая сестра Николая II), Николай II с Александрой Федоровной. 1896 г.

Николай II в спальне с дочерьми Ольгой и Татьяной. 1899 г.

Представительские обязанности императрицы подчас приводили к появлению новых вещей на детской половине. Так, в 1903 г. под патронажем императрицы Марии Федоровны в Петербурге прошла Международная научно-промышленная выставка «Детский Мир» (с 22 ноября 1903 г. по 25 января 1904 г.). Эту выставку посетила императрица Александра Федоровна с детьми. По окончании выставки многие из экспонатов были переданы на детскую половину Зимнего дворца устроителями выставки в качестве дара.

Например, фабрикант граммофонов В. И. Ребиков передал «выставленный им на выставке „Детский Мир“ граммофон Августейшим Детям Их Величеств, но затем решил поднести этот граммофон Государю Императору».[331] Граммофон передавался с пластинками «для раненых». В комнаты императрицы доставили «белый плюшевый ящик с 15 книгами по вопросам педагогики».

Кроме книг, в комнаты передали множество детских вещей. Фирма братьев Тонет передала детские люльку, кровать, гарнитур «обитый, состоящий из дивана, кресла, стула и столика, детский письменный стол с креслом». Вполне возможно, что именно этот детский гарнитур и был расставлен в императорской спальне. Специально маленькой Анастасии подарили детские саночки, Ольге – буковую гнутую качалку, Марии – буковый детский мебельный гарнитурчик из 5 предметов, Татьяне – буковую гнутую кроватку. Фирма «Сакс Ф.» передала в Зимний дворец куклу; предприниматель Войцехов – гарнитур зеленый детский, состоящий из дивана, двух кресел, двух стульев и одного стола; М. П. Пельц – детское платье; М. П. Мезенцов – пальто, капор и муфту для великой княжны Анастасии, эти вещицы «удостоились внимания императрицы Марии Федоровны при посещении выставки». Из французского отдела выставки передали несколько шляп для кукол. И вершиной подарков стало седло для лошади, предназначавшееся для великой княжны Ольги Николаевны[332].