Читать онлайн «Люди Зимнего дворца. Монаршие особы, их фавориты и слуги». Страница 170

В реестре купленных птиц их видовая принадлежность, как и положено, указывалась на латыни, например: «Cacatois f huppe roude», его купили за 250 руб. Во время пожара обитатели птични Малого Эрмитажа выжили, и позже их «эвакуировали» в Ботанический сад.

Когда в начале 1840-х гг. в Зимнем дворце появились два зимних сада, императрица Александра Федоровна попыталась «заселить» их своими диковинными птицами, которых она ранее вынужденно держала в Ботаническом саду. В октябре 1843 г. императрица распорядилась забрать «американских птиц» из Ботанического сада и «поместить в Большом саду Зимнего дворца, и поручить надзору находящегося при саде птичника»[1076]. К 1841 г. для «проживания» птиц в зимнем саду над Посольским подъездом и в висячем саду Малого Эрмитажа имелось «птичных клеток больших 5 и малых 40». Клетки были стационарными, с медными и бронзовыми каркасами[1077].

М. И. Антонов. Зимний сад Зимнего дворца

Под «Большим садом» подразумевался новый зимний сад над Посольским подъездом. Упомянутый «птичник» квартировал в подвале Зимнего дворца, и в его обязанности входило не только следить за «домашними» птицами, но и выхаживать их в случае болезни.

Профессионалы Ботанического сада озаботились составлением подробной инструкции, из которой можно узнать, какие «американские птицы» принадлежали императрице. Впрочем, даже ученым были известны названия только некоторых из этих птиц. Например, они указывали: «Колибри нужно кормить апельсинами, бананами, самыми сочными и сладкими грушами и давать ежедневно три или четыре живые мухи. Фрукты ему давать разрезаны пополам, но нельзя его оставить хоть один час без нового корма, когда он окончит прежний. Он употребляет ежедневно две груши средней величины и один с половиною апельсин. Температура менее 14 градусов ему вредна»[1078]. Судя по тексту, это был один «мальчик» колибри.

В документе упоминается еще о трех птицах, содержавшихся в одной клетке: большая птица называлась «папа», и привезли ее из Мексики. Далее: «Средняя, совсем зеленая, привезена из Флориды, и название ее неизвестно. Меньшая, с желтым на голове, привезена с острова Кубы, название ее неизвестно». Еще в Зимний дворец доставили «Перепелов хохлатых мексиканских».

За птицами в Ботанический сад отрядили специального офицера, он в теплой карете доставил нежных птиц в Зимний дворец. Но «американских птиц» птичий смотритель Александр Шамов так и не выпустил «на волю», под стеклянный купол огромного зимнего сада. Он писал в рапорте: «…поставить птиц в сад не осмеливаюсь», и причина тому «переменный и сырой воздух», который птицы «не могут переносить» и «замирают во время топки печей»[1079].

По сложившейся традиции, птицы спокойно прожили в зимних садах и птичне Малого Эрмитажа вплоть до 1881 г. К этому времени «поголовье» птиц значительно сократилось, да и особей экзотических видов практически не осталось.

После гибели 1 марта 1881 г. Александра II предполагалось, что Александр III с семьей переедет из Аничкова дворца в Зимний. Этим планам не суждено было осуществиться, поскольку 27 марта 1881 г. молодой император уехал на жительство в Гатчинский дворец. Но еще до этого Александр III нашел время, чтобы распорядиться – в висячем саду Малого Эрмитажа устроить «ящик со столбом и нашесточками из магони для двух ворон»[1080].

Когда в 1881–1882 гг. по распоряжению Александра III в Зимнем дворце проводилась всесторонняя ревизия, среди различных должностей слуг была указана и традиционная со времен Екатерины II «штатная единица» – «птичная должность», предполагавшая «хранение и кормление разных пород птиц, которые содержатся в клетках». Тогда эту должность занимал камер-лакей Ферапонтьев, получавший 440 руб. в год. К этому времени предметом его забот оставались всего 19 канареек, один щегол и два чижа, содержавшиеся в большой бронзовой клетке «о 9 отделениях в Садике в Новом павильоне». Видимо, о птицах к этому времени так забыли, что новый министр Императорского двора граф И. И. Воронцов-Дашков с недоумением пометил карандашом на полях документа: «Какие птицы?»[1081].

В 1917 г. закончилась история Зимнего дворца как главной императорской резиденции. После тяжелого периода Гражданской войны в России (1917–1922 гг.), Зимний дворец из резиденции превратился в музей. Это был тяжелый и даже мучительный процесс, поскольку вплоть до второй половины 1940-х гг. в Зимнем дворце сосуществовали две независимые структуры: Музей революции и Государственный Эрмитаж.

Мы остановимся только на драматических событиях 1917 г. Когда в конце февраля 1917 г. Петербург охватили волнения, коллекции Зимнего дворца и Императорского Эрмитажа не подверглись реальной угрозе полного разграбления, однако служители музея и резиденции пережили несколько острых моментов в бурные февральские дни. Последний директор Императорского Эрмитажа граф Д. И. Толстой вспоминал, что к 1 марта 1917 г. музей закрыли, поскольку на улицах Петербурга шла стрельба. Охраной Зимнего дворца и Императорского Эрмитажа тогда ведал дворцовый полицмейстер полковник князь Ратиев, в его подчинении находились дворцовые гренадеры и дворцовая полиция[1082]. К 10 часам утра 1 марта в музей явился представитель Государственной думы, потребовавший передать под его контроль охрану Зимнего дворца и Эрмитажа. Дворцовый полицмейстер отказался это сделать, но попросил представителя Государственной думы пройти в лазарет Зимнего дворца, чтобы успокоить волновавшихся раненых.

В ночь на 2 марта 1917 г. в подъезд Нового Эрмитажа со стороны Миллионной улицы ворвались пьяные солдаты с требованием убрать пулеметы с крыши Эрмитажа, которые якобы там находились. Надо сказать, что тогда по Петербургу ходили упорные слухи о пулеметах на многих крышах города для расстрелов восставшего народа.

Демонстрация на Дворцовой площади. 1917 г. (На балконе перед Фонариком в белых халатах – сестры милосердия дворцового госпиталя)

Демонстрация на Дворцовой площади

Во избежание повторения подобных эксцессов 2 марта Зимний дворец и Императорский Эрмитаж взял под охрану караул от 2-го запасного Саперного батальона. 4 марта 1917 г. директор Эрмитажа направил новым властям официальное письмо с признанием Временного правительства.

Парад на Дворцовой площади. Март 1917 г.