Читать онлайн «Немецкие гренадеры. Воспоминания генерала СС. 1939-1945». Страница 96

Союзникам было известно о перемещении танковых дивизий на западный участок фронта, а также то, что к югу от Кана, помимо пятидесяти боевых машин, оставшихся от сгоревшей в боях 12-й танковой дивизии СС, у нас были только две пехотные дивизии. Что могло быть очевиднее маневра, состоящего в том, чтобы смять слабый германский восточный фланг и устремиться на юг через Фалез? Тем самым британцы во взаимодействии с американскими силами окружали и уничтожали германские армии в Нормандии.

4 августа Монтгомери приказал 1-й канадской армии провести атаку в направлении Фалеза, чтобы ускорить крах германской армии. Выполнение этой задачи было возложено на командующего II канадским корпусом генерал-лейтенанта Саймондса. Генерал Саймондс был самым молодым командующим корпусом в канадской армии и, без сомнения, достойным противником. Он одно время командовал танковой дивизией в Италии, был прекрасным стратегом и тактиком. Пожалуй, он был выдающимся штабным офицером, но я не вправе судить, был ли он столь же способным боевым командиром.

Бои к югу от Кана убедительно продемонстрировали, что у канадцев не было энергичного танкового командира. При этом сражения проходили при их огромном преимуществе в живой силе и технике. Однако ни разу командиры канадских частей и соединений не решались принимать спонтанные решения или воспользоваться преимуществом благоприятной ситуации, возникающей в ходе боя. Боевым командирам недоставало инициативы, способности быстро воспользоваться возникающим удобным случаем и повести свои танки в глубину оборонительных позиций и в тыл противника. Канадцы в наступлении медленно ползли на юг – неуверенно, с опаской, ожидая приказов сверху.

Генерал Саймондс для проведения операции «Тоталайз» располагал следующими силами:

51-я британская пехотная дивизия,

1– я польская танковая дивизия,

4-я канадская танковая дивизия,

2– я канадская пехотная дивизия,

33-я канадская танковая бригада,

2– я канадская танковая бригада,

3– я канадская пехотная в бригада (в резерве).

Этими силами генерал Саймондс намеревался сокрушить оборону немцев и достичь города Фалеза. По словам командующего 1-й канадской армией генерала Крерара, дню 8 августа 1944 года суждено было стать даже еще более черным днем для германской армии, чем 8 августа 1918 года в боях к востоку от Амьена. (В ходе Амьенской операции 8—13 августа 1918 года германские войска за один день 8 августа потеряли 28 000 человек и 400 орудий. – Ред.)

План генерала Саймондса состоял в том, чтобы атаковать в темноте без артиллерийской подготовки и прорваться через опорные пункты германской обороны, используя длинные и плотные танковые колонны. Сопровождающая танки пехота должна была следовать в бронетранспортерах и атаковать предполагаемую вторую линию германской обороны. Ночная атака предполагала использование крупного соединения британских ночных бомбардировщиков. Вторая фаза атаки должна была начаться сразу после полудня с боевых действий 8-й (9-й. – Ред.) американской воздушной армии, которая должна была расчистить путь для танковой армады. Третья фаза должна была завершиться ближе к вечеру 8 августа окружением Фалеза.

В соответствии с планом, II канадский корпус 7 августа сосредоточился всей своей концентрированной мощью. Танки шли вплотную друг к другу и представляли собой в руках канадских командиров смертоносное «копье». По всей вероятности, такую концентрированную танковую мощь просто невозможно было остановить. Она должна была просто раздавить нашу оборону.

Развертывание сил канадцев, казалось бы, гарантировало им нейтрализацию германского восточного фланга в Нормандии. Слова Крерара оправдывались. Однако бог войны рассудил иначе. Несмотря на огромную концентрацию боевой техники, победа оставалась за людьми. Наступающие танковые колонны были остановлены германскими солдатами, которые не боялись смотреть смерти в лицо. Цель II канадского корпуса была достигнута на восемь дней позднее, чем планировалось. Развалины Фалеза попали руки канадцев только 16 апреля.

Как все выглядело на стороне немцев 7 августа? Семи главным соединениям союзников из нескольких сот танков и сотен тяжелых бомбардировщиков и истребителей– штурмовиков противостояла 89-я пехотная дивизия. У этой дивизии не было ни танков, ни тяжелых противотанковых орудий или мобильных резервов. Артиллерия была на конской тяге и могла быть легко нейтрализована. Восточнее Орна находились (и, в случае кризиса, могли поддержать 89-ю дивизию) лишь две боевые группы 12-й танковой дивизии СС. Однако боевая группа Краузе 7 авугста была задействована в атаке на плацдарм у Тюри-Аркура и оказалась примерно в двадцати километрах в стороне от района канадского наступления. В 12-й танковой дивизии, вместе со 101-м тяжелым танковым батальоном СС, батальоном I танкового корпуса СС, состоявшим из «Тигров», оставалось около пятидесяти танков и ничего больше. Более того, другое наше пехотное соединение в районе, 85-я пехотная дивизия, было еще на марше. Его передовые подразделения достигли только района Трена. Ожидать ввода дивизии в бой можно было самое раннее 10 августа.

Вслед за моим возвращением из района Тюри-Аркура в штаб корпуса было направлено пространное донесение об обстановке. Оно настоятельно предостерегало от отвода последних танков на юг Кана. В своем донесении я доказывал также необходимость того, чтобы две мои боевые группы были развернуты в нужном направлении.

Беспрерывные бомбардировки и грохот к северу от Бретвиля, начавшиеся незадолго до полуночи, говорили о начале ожидавшегося наступления союзников. На позиции 89-й пехотной дивизии обрушились мощные атаки с воздуха. Небо озарилось вспышками взрывов. Фронт был в огне!

Первые бомбы автоматически сработали как сигнал тревоги для наших частей. Разведывательные подразделения дивизии двинулись на север, пытаясь связаться с ведущими бои частями 89-й пехотной дивизии. Час за часом проходил в томительном ожидании наступающего дня. Грохот разрывов бомб, сброшенных с вражеских бомбардировщиков, напоминавший удары гигантского молота, говорил нам больше чем кто бы то ни было. Не могло быть и речи о том, чтобы убежать от этого адского огня; ад разверзся, чтобы поглотить наших солдат.

Еще до наступления светлого времени суток я с несколькими связными на мотоциклах помчался в Бретвиль, чтобы получить общее представление о том, что произошло. Какие– то секунды я наслаждался зеленью леса и думал о неделях, которые мы проводили на этих спокойных лесных дорогах в 1942 году во время доукомплектования дивизии. Шум фронта вернул меня к действительности. Смерть и разрушения не способствовали воспоминаниям о счастливых временах; громыхание битвы звучало как глухой грохот барабанов разрушения. Не было слышно звуков фанфар, возвещающих о победе.