Читать онлайн «Сталин и Гитлер». Страница 66

Коммунистическая партия становилась все менее пролетарской, то же происходило, только в большей степени, и в национал-социалистическом движении. До 1933 года гитлеровское движение искало поддержки во всех слоях германского общества, но численность его членов из рабочего класса стремительно росла во время экономического спада после 1929 года, отражая популистский характер движения. Многие трудящиеся, вовлеченные в национал-социализм, происходили из сельских местностей либо были мелкими ремесленниками или выходцами из менее организованной части промышленного пролетариата, так что усиление поддержки со стороны рабочих было совершенно очевидным. В Саксонии, наиболее густо населенной промышленной области Германии, партия получила и самую широкую поддержку33. В период между 1930 и 1932 годами процент новобранцев из рабочих, занятых ручным трудом, достигал 36 из общего числа всех членов партии. Этот процент неуклонно возрастал на протяжении всего периода существования Третьего рейха и к 1944 году достиг сорока, а рабочие стали наиболее многочисленной группой в движении. Примерно пятая часть членов была представлена белыми воротничками, 10 % – крестьянами, остальная часть пришла в партию из среды профессиональной интеллигенции и бизнес-сообщества34. Партия в городах была представлена менее широко, чем в провинциях, откуда в 1933 году были набраны 43 % новобранцев, часть из которых была фермерами, другая часть – рабочими и третья – работниками, живущими в сельской местности, но работающими в городах35. Вопреки усиливающемуся плебейскому составу партии, существовала большая пропасть между должностным статусом рядовых членов и партийной верхушкой. Та же пропасть разверзлась и в Советском Союзе. Делегатами съезда 1930 года были в значительной степени работники ручного труда; на съезде 1939 года больше половины делегатов являлись представителями слоев интеллигенции и служащих, а в 1952 году, на XIX съезде партии процент делегатов от бюрократов и интеллигенции достиг 8536. Обеими партиями руководили аппараты, состоявшие из выходцев из чиновничьего сословия, учителей, менеджеров и технической интеллигенции, воспроизводивших в своих политических карьерах унаследованные модели социального разделения.

Возрастной и гендерный профили партий красноречиво характеризуют социальную реальность обеих диктатур. Обе партии были в значительной степени мужскими и преимущественно молодыми сообществами. В Национал-социалистической партии вход женщинам не возбранялся, если они играли какую-либо роль во вспомогательных организациях, но все же к 1935 году в партии на каждые двадцать членов приходилась только одна женщина. Начиная с 1938-го года, по мере увеличения числа молодых женщин, вступавших в партию через молодежные движения, это соотношение стало меняться, и во время войны, с потерей мужского состава партии на фронтах, у женщин появилось больше возможностей, что привело к увеличению их доли в партии. Однако на руководящих постах в партии продолжали доминировать мужчины. Статистика относительно доли женщин в партии лучше известна по Советскому Союзу: в 1932 году эта доля составляла 15,9 %, в январе 1945 года – 17 %, в 1950 году – 21 %37. В Советском Союзе руководящие посты занимали почти исключительно лица мужского пола.

Стремительная смена состава коммунистической партии при Сталине гарантировала, что состав партии никогда не будет стареть. В 1927 году возраст немногим больше половины членов партии был меньше тридцати лет; в 1946 – две трети членов были моложе 3538. В Германии партия началась с молодых членов, однако менее стремительная смена состава означала, что по мере старения диктатуры увеличивался и возраст членов партии. К декабрю 1934 года около 37 % членов партии были моложе 30 лет, а две трети – моложе 40. К началу войны многие члены партии достигли сорокалетнего возраста, и этим усиливающимся старением партии и объясняется возникшее после 1942 года стремление привлечь в ее ряды как можно больше участников Гитлерюгенда. И тем не менее члены партии, занимавшие руководящие посты, были сравнительно молодыми. Средний возраст руководителей региональных отделений в 1943 году был всего 45 лет39.

Организационная структура партий несколько отличалась от структур традиционных европейских массовых партий: она имитировала административные подразделения каждого государства и строилась по строго иерархическому принципу. Национал-социалистическая партия была основана на принципах «руководителей» и «последователей»; приказы вышестоящих должны были выполняться нижестоящими беспрекословно. Коммунистическая партия имела не менее авторитарный характер. В ее уставе была ясно прописана обязательность подчинения указаниям, данным свыше40. Первичной структурой в обеих партиях была партийная ячейка, тысячи которых составляли более сложный и крупный организм всей партии. Несмотря на то что первичная ячейка находилась у самого основания партийной структуры, она имела первостепенное значение, отчасти отражая собственные истоки партии, вышедшей из сети мелких, часто изолированных групп. По уставу коммунистической партии минимальная численность ячейки составляла три человека, хотя в действительности в нее обычно входило большее число членов. Каждая ячейка избирала комитет и секретаря (при Сталине кандидатов обычно выбирали заранее и их утверждала партийная иерархия). По мере роста численности партии ячейки, переименованные в «первичные партийные организации», стали подразделяться на три категории: с числом членов меньше 15 человек не имели права выбирать собственные комитеты; ячейки с числом членов от 15 до 500 человек избирали бюро и секретаря; только ячейки численностью более 500 человек могли формировать полную структуру с комитетом и официальным, полностью оплачиваемым секретарем. Каждый комитет первичных парторганизаций подразделялся на четыре отдела, в обязанности которых входили различные функции, один – организационный, другой – связанный с набором новых членов, третий – ответственный за культуру и пропагандистскую работу и последний – ответственный за массовую агитацию. В 1931 году в общей сложности насчитывалось 51 185 ячеек, организованных на фабриках и заводах, в колхозах, советах, университетах и в транспортных организация; к 1950 году всего было более 200 000 ячеек41.

Непосредственно над ячейками стояли районные и городские организации, каждая со своим комитетом, – райкомы или горкомы. В 1939 году всего их было 10 900. Они занимались регистрацией всех членов ячеек, контролировали процесс принятия новых членов и доводили до сведения провинциальных ячеек директивы вышестоящих организаций. Над всеми ними стояли 137 региональных или областных комитетов, представлявшие основные территориальные организации, ответственные во многих случаях непосредственно перед Центральным комитетом, базировавшимся в Москве. Шесть автономных областей или краев имели свои собственные краевые комитеты, которым подчинялись все области, расположенные на территории краев. Вышестоящие комитеты, в свою очередь, подразделялись на многочисленные отделы, или подкомитеты, занимавшиеся партийными финансами, местной экономикой, образованием, пропагандой или культурой. В 1935 году в партии были введены оплачиваемые должности, чтобы справиться с нагрузкой и довести до профессионального уровня выполнение регулярных функций, однако число таких должностей остается неизвестным42. На вершине этой огромной партийной пирамиды восседал Центральный комитет со своим всемогущим секретариатом, от которого тянулись нити управления вниз, к тысячам разбросанным по всей стране партийным ячейкам.