Читать онлайн «Харьков – проклятое место Красной Армии». Страница 110

Тяжелый, но в целом успешный бой на борисовском направлении вселил определенный оптимизм представителю Ставки на Воронежском фронте А.М. Василевскому. 15 марта он докладывал Верховному Главнокомандующему: «Наступление подвижной группы противника из района Борисовки, имевшей по показанию пленных задачей… захватить Белгород и во взаимодействии с ударом из района Липцы на север окружить наши войска южнее Белгорода, остановлено. Корпус Вовченко, действовавший на Борисовку своей тбр и приданной 96 тбр, к исходу дня отбросил танки противника (до 65) в Борисовку и полуокружил последнюю… С подходом к Борисовке остальных двух тбр корпуса началась ликвидация этой группы противника.

Направления от Харькова на север по Белгородскому шоссе и северо-восточнее Харькова в обход Белгорода с востока прикрывает армия Казакова, усиленная корпусом Баданова (до 120 танков)…

Считаю целесообразным:

1. Армию Чистякова к утру 17.3 выдвинуть на рубеж Пены (15 км восточнее Белое), Покровка, Гостищево и с этого рубежа 18–19.3 перейти в наступление в общем направлении через Борисовку, Золочев в обход Харькова, харьковской группировки противника с запада. С выходом армии южнее Борисовки – армию усилить корпусом Вовченко.

Выход этой армии на указанный рубеж прикрыть армией Москаленко, оставив в его распоряжении до 18.3 корпус Вовченко.

2. С выходом 21-й армии в район южнее Борисовки армию Москаленко уплотнить на фронте Краснополье, Головчино с задачей наступлением на Ахтырку обеспечивать фланг 21-й армии.

3. Одновременно армией Казакова, усиленной корпусом Баданова, нанести удар по Харькову с севера и северо-востока.

Общая цель операции – вырвать инициативу у противника севернее и северо-западнее Харькова, разбить харьковскую группировку противника и тем самым, еще до подхода армии Катукова, ликвидировать угрозу наступления противника на север в тыл армиям Воронежского фронта или на восток»[358].

Однако события последующих дней заставили Василевского взглянуть на обстановку уже по-иному. 16 марта бои частей 3-го гвардейского танкового корпуса с дивизией «Великая Германия» на борисовском направлении возобновились с неослабевающим упорством сторон. Накануне вечером генерал Вовченко приказал командиру 19-й гвардейской танковой бригады провести перегруппировку и с утра из района Погребняки, Становой, Хвостовка перейти в наступление с прежней задачей – овладеть Борисовкой. Бригаде придавался тяжелый танковый батальон майора И.Я. Амелина из 3-й гвардейской танковой бригады. Одновременно на Борисовку должна была наносить удар 18-я гвардейская танковая бригада.

Танкисты Амелина должны были нанести удар по противнику, захватившему высоту 221.2, в дальнейшем овладеть западной окраиной Борисовки; 167-му и 168-му батальонам предстояло атаковать противника на высоте 157,2 и овладеть южной окраиной Борисовки. Мотострелковому батальону приказывалось наступать вслед за танковыми. В резерв выделялся танковый батальон старшего лейтенанта Семусенко, который располагался западнее села Погребняки.

В 6.30 танки начали движение через гребни высот на вражеские позиции. Сразу же за высотой перед танкистами открылась широкая долина. На противоположную ее сторону, где разведкой было обнаружено сосредоточение 30 немецких танков, и был нацелен удар батальонов бригады. Машины одна за другой устремлялись на высоту. Ворвавшись на ее гребень, танки гусеницами вдавливали в талую землю вражеские пулеметы и минометы. Атака складывалась удачно. В течение часа батальоны продвинулись на 4 км, а некоторые подразделения даже вырвались на берег Ворсклы.

Но чем дальше танкисты и мотострелки прорывались в глубь вражеских позиций, тем сильнее ощущали сопротивление врага. Немецкая артиллерия и танки вели плотный огонь по боевым порядкам батальонов. Авиационная поддержка наступления отсутствовала. Танковые подразделения стали нести большие потери. Командир бригады приготовился ввести в бой второй эшелон, но тут последовала команда командира корпуса прекратить атаку. Вовченко понимал, да и вчерашний бой показывал то, что немецкие тяжелые танки, перейдя к обороне и имея преимущество в дальности стрельбы, попросту выжгут все танки наступавших бригад.

Интересно, что воспоминания об этих боях оставила и немецкая сторона. Вот что, в частности, писал об этом командир 11-го немецкого армейского корпуса генерал Раус: «В этом бою впервые столкнулись танки типа VI «Тигры» и «Т-34». Результаты этого столкновения для нас были более чем удовлетворительные. Например, два «Тигра», действующие как танковый головной дозор, смогли уничтожить целую группу танков «Т-34». Обычно русские танки находились в засаде на безопасной для них до сих пор дистанции тысяча двести метров и ждали появления немецких танков, чтобы атаковать их на выходе из населенного пункта. Они бы уничтожили их, ведь наши танки типа «Т-4» все еще уступали русским в дальнобойности. До сих пор такая тактика приносила свои плоды. Теперь, однако, русские совершили большой просчет. Вместо того чтобы покинуть деревню, наши «Тигры» искусно замаскировались и заняли наиболее выгодные позиции для того, чтобы обеспечить максимальную дальность стрельбы своим 88-мм орудиям. За короткое время они вывели из строя шестнадцать танков «Т-34», которые находились на открытом пространстве, и, когда остальные советские танки повернули назад, «Тигры» начали преследовать убегающих русских и уничтожили еще восемнадцать танков. Наши 88-мм бронебойные снаряды оказывали потрясающее воздействие, они просто отрывали орудийные башни у многих «Т-34» и отбрасывали их на несколько метров. Немецкие солдаты, бывшие очевидцами этих событий, немедленно придумали выражение: «Танк «Т-34» при встрече с «Тигром» всегда снимает шляпу».

Нужно сказать, что Раус достаточно объективен в своих оценках. Так, по архивным данным, 3-й гвардейский танковый корпус за несколько дней боев в районе Борисовки, на подступах к Томаровке и Белгороду потерял 110 танков «Т-34», 46 танков «Т-70» и 903 человека. Большое количество боевых машин было выведено из строя не только огнем артиллерии и танков противника, но и его авиацией. Как отмечалось в его отчете: «В течение боев корпус впервые столкнулся с применением пикирующей авиации противника, вооруженной пушкой с реактивным снарядом. 19 марта на боевые порядки 18-й гвардейской танковой бригады налетом авиации было выведено из строя 26 танков, из них «Т-34» – 19. В первый же день авиация противника вывела из строя все средства радиосвязи в бригадах и корпусе.

Управление танками противника производилось, как видно, из самолетов. Имели место случаи, когда танки противника, приняв боевые порядки, останавливались и ожидали своей авиации и только во взаимодействии с ней атаковали наши танки. Отмечается наличие в танках противника артиллерийских наблюдателей и корректировщиков полевой артиллерии»[359].