Читать онлайн «Американский доктор из России, или История успеха». Страница 84

Каракас — город миллионеров, в нем живет больше богатых людей, чем в остальной Латинской Америке. Это потому, что в начале XX века в стране была открыта нефть. Она составляет 90 процентов экспорта страны (остальные 10 процентов — фрукты и цветы). Страна вообще намного богаче своих ближайших соседей, настолько, что в ней даже нет налоговой системы. Но распределение богатств такое, что из двадцати миллионов чуть ли не восемнадцать живут в нищете.

В громадном «Хилтоне», в центре Каракаса, в нашем номере нас ждала большая корзина тропических цветов, их прислал Мура. Вечером она приехала к нам. Интересно впервые встретить кузину, когда тебе уже за шестьдесят. Наша встреча была такая простая и естественная, будто мы знали друг друга всю жизнь. Зато когда мы вместе пришли в ресторан, головы всех венесуэльцов повернулись в ее сторону, люди указывали на нее. Нам с Ириной это было приятно.

Как моя родственница оказалась в Венесуэле, да еще стала знаменитой актрисой — это совершенно необыкновенная история. Ее отец, Мстислав Голяховский, двоюродный брат моей мамы, был полковником царской армии, в 1918 году он сбежал от революции в Сербию. Там собралась большая колония русских, и среди них несколько Голяховских. Они довольно хорошо вписались в ту жизнь, Мстислав стал успешным инженером. Уже пожилым человеком он женился на молодой русской беженке Наташе. Мура родилась в 1939 году. Во время войны Мстислав сражался с немцами на стороне сербов. И вот в 1945 году туда пришли союзники-победители — английская и советская армии. Победители делили между собой сферы влияния. Сталин заключил секретное соглашение с Черчиллем (которое стало известно лишь сорок лет спустя). По этому соглашению англичане выдавали советским агентам всех русских эмигрантов. И началась облава советских русских на царских русских — брат пошел на брата. Агенты КГБ арестовывали офицеров и их семьи, депортировали в Союз, и там они сразу же оказывались в лагерях ГУЛАГа. Нескольким моим родственникам удалось бежать из Европы в Америку и Австралию. Но Мстислава с семьей арестовали. Его сразу выслали в Россию, где он погиб. А Наташу с семилетней Мурой временно посадили в лагерь, бывший под контролем англичан. Оттуда их тоже должны были выслать в Россию. Порядки в том лагере были не слишком строгие. Наташа взяла дочку, пришла в кабинет к коменданту, встала у окна, подняла Муру на руки и сказала:

— Если вы сейчас же нас не выпустите, я на ваших глазах выброшусь с дочкой из окна!

Английский капитан все-таки был не советским агентом, а джентльменом. Он выписал Наташе с Мурой пропуск за территорию лагеря и сказал:

— Уходите немедленно, и чтобы я вас больше не видел.

Наташа хотела уехать в США, но пришлось бы слишком долго ждать визы. Оставаться в Европе она боялась. Так они очутились в Венесуэле, где, как ни странно, жило много русских — еще со времен революции и Гражданской войны. У Наташи был музыкальный талант, она подрабатывала пением. И Мура, глядя на нее, с детства мечтала стать актрисой. Но по-испански она говорила с сильным акцентом. В возрасте тринадцати лет ее отправили на два года в Мексику — учиться и заодно избавляться от акцента. Вернувшись, она стала выступать на разных сценических площадках, ездила с гастролями по всему континенту и завоевала славу, исполняя ведущие роли в классических и современных пьесах. Выступала и в Европе, как венесуэльская звезда. Но русский язык не забыла, говорила на нем очень мелодично и звучно.

Мура — красивая, талантливая, умная, знаменитая и богатая, но, увы, несчастливая в личной жизни: дважды выходила замуж и оба раза расходилась. Может, для актрисы это не так много, но больше замуж она никогда не вышла. От первого брака было у нее два взрослых сына, но отношения с ними тоже не сложились.

Мура показывала нам Каракас и красивые пригородные места, угощала национальными блюдами и редкими тропическими фруктами. Прямо напротив «Хилтона» — огромный Ботанический сад. Никогда до этого мы не видели многих из растущих там деревьев, кустов и цветов, не знали о существовании такой красоты.

Каким контрастом с ней стала прогулка по главной магистрали Каракаса с бульваром посредине. Улица застроена малопривлекательными домами с небольшими магазинами и лавками в первых этажах. Повсюду бойкая торговля дешевыми товарами. На протяжении трех-четырех километров мы не встретили ни одного интеллигентного лица, ни одного прилично одетого человека. Это было очень странно, потому что в Нью-Йорке мы привыкли видеть на улицах смесь людей самых разных сословий и достатка.

Зато в боковых улочках, почти безлюдных, за высокими заборами виднелись красивые особняки, утопающие в зелени. У ворот каждого дежурила вооруженная охрана. Удивленные, мы спросили Муру о причине такого контраста. Она воскликнула:

— Так у нас приличные люди по улицам не ходят, мы все ездим на машинах.

С той встречи началась у нас с Мурой дружба; много раз потом она бывала у нас в Нью-Йорке.

В назначенный день и час хирург-полковник приехал за нами на машине с военным эскортом. Политическая обстановка в стране всегда напряженная, и армия доминирует во всех сферах жизни. Госпиталь, в котором я должен был выступить, — комплекс из нескольких больших зданий, полупустых. Оборудование скромное. В Венесуэле около 50 000 докторов, но медицина там на значительно более низком уровне, чем в Соединенных Штатах. Большинство докторов по-английски не говорили, в Америке не были, так что мою лекцию переводили на испанский. Я рассказал им для начала о России, о которой они почти ничего не знали, и про Илизарова, о котором они кое-что слышали от кубинских, чилийских и бразильских коллег.

Отдых в Карибском море нам понравился, и на следующий год мы решили полететь на Арубу. Это один из трех маленьких островов вулканического происхождения — Аруба, Бонео и Кюрасао. Остров был открыт испанцами в 1499 году, но захвачен голландцами в 1634 году и с тех пор считался территорией Голландии. В 1986 году Аруба получила независимость, что звучит несколько забавно при населении в шестьдесят две тысячи человек. Они, конечно, не могут себя сами содержать, поэтому экономически и культурно остаются под крылом Голландии. Влияние голландцев сказывается на всем: язык голландский, законы голландские, за образованием едут в Голландию.

Основную статью дохода острова составляет туризм. Отелей там действительно много. Но во время войны США построили на Арубе нефтеочистительный завод, где работали американцы. Нефть доставляли из Венесуэлы, на Арубе ее перегоняли и заливали в танкеры. Положение страны было опасным: Карибское море кишело немецкими субмаринами. В 1985 году завод закрыли, американцы уехали, и поселок нефтяников остался заброшенным.