Читать онлайн «Тайна Зои Воскресенской». Страница 73

Когда Леонид находился в заключении, ему потребовалась срочная операция, которая была сделана хирургом-онкологом, и жизнь его была спасена.

Я бы хотела отметить, что он был необыкновенным человеком. Об этом, например, говорят его письма из тюрьмы. Как обычно, они приходили в определенные дни, раз в месяц. Но содержание их поражает. Вот один пример: «Милые девочки! Поздравляю вас с наступающей годовщиной Великого Октября. Как я рад, что вы там готовитесь к празднику, трудитесь на благо страны…» И все в таком духе. Я берегу эти письма, они у меня сохранились. Это действительно была вера в страну, ради благополучия которой он работал всю жизнь. Раз в месяц мы ездили во Владимир на свидание с ним. Старались взять как можно больше родственников. А когда его освободили, много народу собралось проводить его, потому что он помогал всем, кому мог. Начальнику тюрьмы, например, делал контрольные работы и давал полезные советы, что позволило ему заочно закончить юридический институт. Словом, это был человек, нацеленный на служение Родине. Когда он вышел из тюрьмы, здоровье его было подорвано: так же, как его отец, он страдал язвой желудка. После освобождения вся его энергия и все силы были направлены на одну цель – реабилитацию. Он писал ходатайства по административной линии и всегда получал однозначный ответ: подождите, сначала вас реабилитирует партия, а потом уже и мы. И только после его кончины нам позвонили из конторы Пельше и спросили: «Вы знаете, какого человека мы потеряли?» Мы-то как раз знали об этом. Нам ответили: «Да, мы припозднились». Я хочу отметить, что такое возможно только в нашем государстве. Ведь реабилитацию закончили только в 1990 году. Некоторые говорили: «Вы с ним осторожнее, знаете, реабилитировали из КГБ». Не умеем мы ценить людей. Ведь не секрет, что он участвовал в подготовке ликвидации Троцкого. Но ведь это был приказ. Интересно, кто бы осмелился не выполнить приказ Сталина?!

Узнали мы об этом значительно позже, когда приехал Рамон Меркадер и спросил: «А где комерадо Леонидос?». Он перед нами стоял со звездой Героя Советского Союза, а комерадо Леонидос в это время почему-то сидел в тюрьме?! Ему тоже это было непонятно. Это все история. К ней надо подходить очень осторожно. Рамон Меркадер похоронен на одном из московских кладбищ под фамилией Романа Ивановича Лопаса. Я езжу к нему на могилу. Ну, это не важно. Когда у Леонида была беседа со Сталиным на эту тему, тот сказал: «Партия всегда вам будет благодарна, ваше имя будет вписано в историю золотыми буквами. И ваше имя будут помнить не только ваши дети, но и ваши внуки». Имя действительно будет вписано в историю, но в 1951 году он его посадил, а Хрущев сделал то же самое в 1953-м. И все припозднились оправдать его».

К этим бесценным воспоминаниям Зои Васильевны мне хотелось бы, дорогой читатель, добавить несколько строк о ней самой. З. В. Зарубина работала в органах государственной безопасности с 5 июля 1942-го по декабрь 1951 года. В 1939 году с золотой медалью окончила среднюю школу в городе Москве и поступила в МИФЛИ на историческое отделение. В сентябре 1940 года вышла замуж за Василия Михайловича Минаева. 2 июня 1941 года родилась дочь Татьяна. Через несколько часов после выступления наркома иностранных дел В. М. Молотова о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз муж ушел сначала в военкомат, а затем на фронт. Зоя Васильевна поступила на работу в госпиталь в качестве медсестры, затем какое-то время работала переводчиком. После того как от ран умер ее муж В. М. Минаев (она сохранила за собой девичью фамилию), Зоя Васильевна написала заявление с просьбой направить ее на фронт, мотивируя свое желание тем, что она является мастером спорта по легкой атлетике и чемпионом Москвы. Однако в военкомате учли не ее спортивные достижения, а знание немецкого языка, который она изучила в школе, живя до войны с матерью и отчимом в Турции, и направили ее на работу в органы государственной безопасности, где она проработала до декабря 1951 года.

Из разведки была уволена в связи с арестом в 1951 году ее отчима Л. А. Эйтингона. За период работы в разведке, в управлении, которым командовал П. А. Судоплатов (его замом был Л. А. Эйтингон), выполняла различные ответственные задания как переводчик. Кроме немецкого изучила французский язык, окончив с отличием французский факультет Высшей школы НКВД – МГБ, а в 1949 году заочно английское отделение Московского института иностранных языков имени Мориса Тореза. В совершенстве владея тремя языками, З. В. Зарубина работала переводчиком на международных конференциях в Тегеране, Ялте и Потсдаме.

После ухода на пенсию была зачислена преподавателем в Высшую школу МГБ СССР имени Ф. Э. Дзержинского, но через несколько дней ей предложили альтернативу – покинуть работу или официально отказаться от отчима – «врага народа» Эйтингона. Зоя Васильевна выбрала первое. Учитывая ее блестящие знания иностранных языков и прежние спортивные достижения, ей предложили должность начальника стадиона «Динамо», от которой она тоже отказалась.

Наконец в 1952 году З. В. Зарубина стала преподавателем английского языка в Московском институте иностранных языков имени М. Тореза, который окончила три года назад, затем – деканом факультета английского языка, а еще позднее организовала при институте первые в мире курсы подготовки переводчиков для ООН и была назначена директором этих курсов.

В 1970-е годы по просьбе А. А. Громыко Зоя Васильевна переходит на работу в Дипломатическую академию, где трудится до настоящего времени, несмотря на свой солидный возраст.

В 1988 году Зарубина принимала активное участие в организации Международного движения – «Педагоги за мир». В настоящее время она является вице-президентом этой международной организации.

С 1972 по 1975 год она принимала участие в подготовке известных Хельсинских Соглашений. Воочию убедилась, что такое «холодная война», какие споры ведут дипломаты, какие аргументы и контраргументы применяют.

Воспоминания З. В. Зарубиной дополнит рассказ ее брата Петра Васильевича Зарубина. Ныне он профессор, кандидат физико-математических наук, советник НПО «Астрофизика». Ранее был начальником Главного управления министерства оборонной промышленности, тридцать лет занимался организацией работ по созданию лазерной техники, в том числе лазерного оружия в нашей стране.

«Мои родители были совершенно разными людьми. Отец из рабочей семьи, сын железнодорожного кондуктора и прачки, уроженец Подмосковья. Свою юность провел на Таганке. В органы государственной безопасности пришел через Гражданскую войну. Был солдатом, участвовал в солдатском комитете. Четырежды ранен, полгода пролежал без движения на доске по причине повреждения позвоночника в результате ранения. Его образование состояло из нескольких начальных классов и какого-то рабфака. Несмотря на ранения и перебитый позвоночник, отец был человеком недюжинной силы. Не чурался любой физической работы, любил собирать грибы. Обожал музыку. Играл на балалайке, гитаре и пианино. Одним словом, отец – самородок со всеми вытекающими отсюда плюсами и минусами.