Читать онлайн «Молодой Сталин». Страница 121

В Британии мне оказал большую поддержку доктор Джон Кэллоу, директор Мемориальной библиотеки Маркса (www.marx-memorial-library.org) и главный эксперт по истории пребывания Ленина в Лондоне: его советы помогли написать главу о годе и мифической поездке Сталина в Уэльс; также в этом вопросе я обязан Энди Бруксу, генеральному секретарю Новой коммунистической партии; Тони Атьенце; Полу Барратту и Дункану Хиггитту из “Вестерн мейл”.

В Британии и Франции сэр Эвелин де Ротшильд предоставил в мое распоряжение архив Ротшильдов; поиском информации о Сталине в них занималась Мелани Эспри. Я благодарю их.

Благодарю за помощь Эндрю Робертса; Рональда Харвуда; Джона Уизероу, редактора “Санди таймс”; фоторедактора “Санди таймс” Рэя Уэллса; Миклоша Куна; Лена Блаватника; Клэр и виконта Рэймонда Аскитов; Джона и Викторию Химан; Дэвида Кинга; Эндрю Кука, исследовавшего деятельность Особой службы; Раира и Татьяну Симонян; Джеффри Эллиотта; доктора Дэна Хили, исследователя сексуального насилия в царской и сталинской России; Розамонд Ричардсон; доктора Кэтрин Мерридейл за материалы о Каменеве; Марка Франкетти; Сергея Дегтярева-Фостера; Нату Галогре; Джона Холлидея; Ингеборгу Дапкунайте; Лоренса Келли; леди Александру Гордон-Леннокс; Дэвида Стюарта-Хьюитта; лорда Брюса Дандаса; достопочтенную Ольгу Полицци; Энтони Бивора; первого посла ее величества в Грузии Стивена Нэша, Эндрю Майера; посла ее величества в Грузии Дональда Макларена и его жену Майду; моего тренера Стюарта Тейлора (www.bodyarchitecture.co.uk), который не дает мне сойти с ума. Как обычно, спасибо Чарльзу и Патти Палмер-Томкинсонам – за поддержку и воодушевление.

Особая благодарность – моей преподавательнице русского языка Галине Олексюк.

Я хочу поблагодарить моего английского редактора Айона Тревина из издательства Weidenfeld & Nicolson. Он доброжелательно и с умом редактировал все мои книги по истории. Благодарю ассистентов редактора Анну Эрве и Би Хемминг; издателя Алана Самсона; славного короля всех выпускающих редакторов Питера Джеймса; составителя указателя Дугласа Мэттьюза и составителя карт Дэвида Хоксли. Благодарю также редактора версии этой книги в мягком переплете – Сьюзан Лэмб (издательство Phoenix). Хочу поблагодарить моего американского редактора в Нью-Йорке, несравненного Сонни Мехту, и его старшего коллегу Джонатана Сигала (издательство Alfred A. Knopf).

Мой агент – Джорджина Кэйпел (Capel & Land) – помогает мне все с тем же рвением и пользой. Особую благодарность я должен выразить лорду и леди Уайденфельд и Энтони Читэму – за их мудрость, поддержку и многолетнюю дружбу.

Я должен, как всегда, поблагодарить моих родителей, доктора Стивена и Эйприл Себаг Монтефиоре, во-первых, за тонкий медицинский и психологический анализ личности Сталина; во-вторых, за здравую, хоть и безжалостную, редакторскую помощь; в-третьих – за то, что они самые замечательные друзья и любящие родители, о каких только можно мечтать.

Эта книга посвящена моему сыну Саше, но я должен сказать, что в моей жизни есть и еще один источник света – дочь Лили. Стыдно сказать, но оба они научились узнавать на картинках Сталина раньше, чем Паровозика Томаса[224]. Благодаря чудесной няне моих детей Джейн Роу работать дома оказалось сущим удовольствием.

И наконец, главная благодарность. Моя дорогая жена Санта была в восторге от “любовного четырехугольника” с блестящими и чарующими Екатериной Великой и князем Потемкиным, но кровавое присутствие Сталина в нашем семейном быте терпела с трудом. Теперь в нашей жизни начинается собственная эпоха десталинизации, и я благодарю Санту за солнечную поддержку, тихое обаяние и золотые россыпи фантазии, веселья и любви.

В основу этой книги легли архивные разыскания – главным образом в сталинских архивах Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. РГАСПИ (Москва) и ГФ ИМЛ (Тбилиси), а также в Государственном архиве РФ (Москва), архиве музея Сталина в Гори, архивах Батуми, Государственном архиве Азербайджанской республики и, наконец, архивах Бориса Николаевского и парижского отделения охранки (оба – Стэнфордский университет, Калифорния).

Мне повезло отыскать новые источники, зачастую не опубликованные или опубликованные частично и почти не использованные историками. Архивные источники надежней, чем устные рассказы, но, конечно, здесь кроются свои подводные камни: эти источники нужно тщательно анализировать. Антисталинские тексты часто оказываются настолько же ненадежными.

К примеру, многие архивные тексты, использованные в этой книге, были записаны официальными партийными историками в годы сталинского восхождения к власти, культа личности и Террора – с 1920-х по 1950-е. Тексты, записанные в 1930-е, вероятнее всего, были собраны в Грузии аппаратчиками, работавшими под началом наводившего ужас первого секретаря Закавказского крайкома Лаврентия Берии. Исследователь должен понимать, что эти тексты записывались под давлением и должны были представлять Сталина в выгодном свете. Памятуя об этих обстоятельствах, мы должны читать между строк, чтобы понять, о чем действительно хотели поведать свидетели.

Но тексты, записанные до апогея Террора в 1937 году, часто на удивление откровенны, бестактны или даже неуважительны по отношению к Сталину. Если в официальных воспоминаниях Сталин выставлен не в лучшем свете, рассказ почти наверняка правдив. Многие свидетели были так наивны или прямодушны, что их воспоминания в то время было невозможно цитировать – в лучшем случае небольшие отрывки. Такие воспоминания не уничтожались, они просто хранились в архивах. Многие тексты редактировались, копировались и отсылались в московский архив Сталина; между вариантами существуют разночтения. Но оригиналы обычно оставались в местных архивах.

Многих свидетелей опрашивали по нескольку раз, так что иногда у нас имеются три версии воспоминаний одного свидетеля, но с важными различиями. Почти всегда первая версия – самая откровенная. Некоторые очевидцы были тактичны, но не боялись острой критики: так, воспоминания Сванидзе, насколько мне известно, в основном неопубликованные (за исключением дневников жены Алеши – Марии Сванидзе, которые, впрочем, относятся к 1930-му), представляют на удивление критическое отношение к Сталину, хотя он в то время был уже диктатором, а Сванидзе входили в его ближний круг.