Читать онлайн «В поисках памяти». Страница 128

Церемония началась в 16:00. Когда все лауреаты и члены Нобелевской ассамблеи были на сцене, явился король в сопровождении королевы Сильвии, их трех детей и тетки короля, принцессы Лилианы. Когда королевская семья заняла свои места, зазвучал королевский гимн, которому стоя подпевала аудитория из двух тысяч высокопоставленных гостей. Большой живописный портрет Альфреда Нобеля был, казалось, главным лицом на этом мероприятии.

Награждение началось со вступительного слова на шведском языке, которое произнес Бенгт Самуэльсон, председатель правления Нобелевского фонда. Вслед за ним выступили представители пяти присуждающих премии комитетов, рассказавшие об открытиях и достижениях лауреатов. Нашу премию представлял Урбан Унгерстадт — выдающийся нейробиолог и член Нобелевского комитета при Каролинском институте. Рассказав по-шведски о достижениях каждого из нас, он повернулся и обратился к нам на английском:

Дорогие Арвид Карлссон, Пол Грингард и Эрик Кандель! Ваши открытия, связанные с «передачей сигналов в нервной системе», поистине изменили наши представления о работе мозга.

Благодаря исследованиям Арвида Карлссона мы теперь знаем, что болезнь Паркинсона вызывается нарушением выделения дофамина в синапсах. Мы знаем, что можем восстанавливать эту нарушенную функцию с помощью препаратов несложного вещества, которое называется леводопа и позволяет восполнять утраченные запасы дофамина, тем самым улучшая жизнь миллионов людей. Благодаря работам Пола Грингарда мы знаем, каков механизм этих процессов: как вторичные посредники активируют протеинкиназы, приводя к изменениям клеточных реакций. Мы начали понимать ту ключевую роль, которую играет фосфорилирование в самой координации сигналов, поступающих в нервные клетки через разные медиаторы. Наконец, работы Эрика Канделя показали нам, как эти медиаторы через вторичные посредники и фосфорилирование белков обеспечивают формирование кратковременной и долговременной памяти, составляя саму основу нашей способности к существованию и осмысленному взаимодействию в этом мире.

От имени Нобелевской ассамблеи Каролинского института я хочу передать наши сердечнейшие поздравления и прошу вас выйти вперед, чтобы получить Нобелевскую премию из рук Его Величества Короля.

Арвид, Пол и я один за другим встали и вышли вперед. Каждый из нас пожал руку королю и получил от него украшенную грамоту в кожаной папке, в которую также была вложена золотая Нобелевская медаль. На одной стороне этой медали представлен профиль Альфреда Нобеля (рис. 29–3), а на другой — две женские фигуры, одна из которых изображает гения медицины, а другая — больную девушку. Гений медицины, держа на коленях раскрытую книгу, собирает воду, текущую из скалы, чтобы утолить жажду больной. Под звуки труб я трижды поклонился, как положено по этикету: королю, Нобелевской ассамблее и, наконец, Дениз, Полу, Эмили, Минуш, Рику и всем остальным почетным гостям. Когда я вернулся на свое место, Стокгольмский филармонический оркестр сыграл третью часть непревзойденного моцартовского концерта для кларнета. В этот торжественный момент мелодичные соло, написанные для слушателей с венским темпераментом, таких как я, звучали еще прекраснее, чем обычно.

29–3. Мои внучки Либби и Эллисон вместе со мной на сцене во время перерыва на церемонии вручения Нобелевских премий. В руках у нас Нобелевская медаль. (Фото из архива Эрика Канделя).

Сразу после церемонии награждения мы направились в банкетный зал в городской ратуше. Это великолепное здание, завершенное в 1923 году, было построено по проекту великого шведского архитектора Рагнара Эстберга по мотивам архитектуры площадей севера Италии. За стоящим в центре большого зала столом, накрытым на восемьдесят персон, разместились лауреаты, королевская семья, премьер-министр и другие высокопоставленные гости. Гости лауреатов, члены присуждающих премии комитетов, представители ведущих университетов, а также правительства и бизнеса расселись за двадцатью шестью столами, окружающими центральный стол. Вдоль стен сидели студенты, по несколько человек из каждого шведского университета и некоторых колледжей.

После ужина каждый лауреат или один представитель от группы лауреатов поднимался на подиум, чтобы сказать несколько слов. От нашей группы выступил я:

Над входом в храм Аполлона в Дельфах было выбито изречение «Познай себя». Со времен первых рассуждений Сократа и Платона о природе человеческой психики многие выдающиеся мыслители — от Аристотеля до Декарта, от Эсхила до Стриндберга и Ингмара Бергмана — на протяжении многих веков видели мудрость в стремлении разобраться в самом себе и в собственном поведении. <…>

Арвид Карлссон, Пол Грингард и я, которым вы оказываете честь сегодня, и другие ученые нашего поколения попытались перевести абстрактные философские вопросы о психике на эмпирический язык биологии. Ключевой принцип, направляющий нашу работу; состоит в том, что психика представляет собой набор операций, выполняемых мозгом — поразительно сложным вычислительным устройством, которое создает наше восприятие окружающего мира, направляет наше внимание и управляет нашими действиями.

Мы трое сделали первые шаги в направлении поиска связей психики с молекулами, определяя, как биохимия передачи сигналов в пределах нервных клеток и между ними связана с психическими процессами и психическими расстройствами. Мы установили, что нейронные сети мозга не остаются неизменными и что взаимодействие между мереными метлами могут регулировать молекулы нейромедиаторов открытые здесь, в Швеции, представителями вашей вели кой школы молекулярной фармакологии.

Глядя в будущее, наше поколение ученых пришло к убеждению, что биология психики будет не менее важна для науки этого века, чем для науки XX века была биология гена В целом биологические исследования психики — это нечто большее, чем многообещающее естественнонаучное направление: это также важный гуманитарный проект. Биология психики устраняет разрыв между естественными науками, которые занимаются миром природы, и гуманитарными, которые занимаются смыслом человеческого опыта. Открытия, которые будут получены этой новой объединенной наукой, не только позволят нам лучше разобраться в психических и неврологических расстройствах, но и приведут к более глубокому пониманию самих себя. Наконец, еще при жизни нашего поколения нам удалось получить первые биологические данные, приближающие к этому более глубокому пониманию собственного «я». Мы знаем, несмотря на то что слова того изречения больше не запечатлены в камне в Дельфах, они запечатлены у нас в мозгу. Это изречение на века сохранилось в человеческой памяти посредством тех самых происходящих в мозгу молекулярных процессов, которые вы отметили сегодня высокой наградой и в которых мы еще только начинаем разбираться.