Читать онлайн ««Звезды», покорившие миллионы сердец». Страница 169

Дина Верни всегда действовала по принципу «Я покупаю то, что не в моде, и оно становится модным». Помимо картин множества найденных и раскрученных ею художников, Дина собрала одну из крупнейших в мире коллекцию кукол, а также потрясающее собрание старых экипажей – среди которых были даже карета Шатобриана, которую он использовал в бытность послом в Италии, и омнибус Тулуз-Лотрека – ныне на основе этой коллекции открыт музей. В своем поместье в Метанвиле недалеко от Парижа она разводила породистых лошадей, которых нередко одалживали у нее для съемок исторических фильмов. Однако главной целью в жизни Дины стало создание настоящего музея Майоля. Для этой цели она присмотрела старинное здание на рю Гренель, украшенное скульптурами и фонтаном, – когда-то

особняк был монастырем, отелем и кабаре, а в последнее время его поделили на квартиры, которые заселили разномастные жильцы. В течение полутора десятков лет Дина по кусочкам выкупала особняку владельцев. Ради этого она продала свою коллекцию кукол (за нее она выручила почти пять миллионов долларов) и уникальное собрание автографов, среди которых были письма Жорж Санд, к которой Дина всегда питала настоящую страсть, принесшее еще больше тридцати миллионов. Наконец в 1995 году Музей Майоля был открыт – в нем представлены не только работы Майоля, но и Анри Руссо, Пикассо, Кандинского, Дега, Энгра, Матисса и многих других. Многие сравнивают музей с самой Диной: он получился такой же живой, страстный, ни на что не похожий, полный любви и воспоминаний… Вклад Дины Верни в культуру Франции был оценен по достоинству – в 1991 году она была названа Кавалером ордена Почетного легиона.

Говорят, своих гостей Дина Верни всегда провожала словами: «Вы должны в этой жизни быть счастливым. Не отчаивайтесь и всегда смотрите в будущее». Она скончалась 20 января 2009 года, не дожив всего пяти дней до девяностолетнего юбилея. В одном из многочисленных некрологов про нее было сказано: «Мы знали ее как женщину из бронзы, но столь же правильно было бы назвать ее женщиной из ртути – до последних дней она была такой же подвижной, живой и непредсказуемой».