Читать онлайн «Япония по контракту». Страница 96

Шикарные магазины Гинзы показались ей надменными, а для кошелька и вовсе враждебными. А боковые улочки, в изобилии убегавшие от большой Гинзы, куда более свойскими — здешние магазинчики, лавчонки, ресторанчики притягивали невиданными вещицами, неотразимыми запахами. И сходной ценой. В дешёвом кафе она съела большую креветку, зажаренную в сухарях. Обедавшие с нею за одним столом японцы помогали, чем могли. Работяга в комбинезоне нацедил ей стакан воды из бака, старик подал палочки, молоденький клерк помог расплатиться… В сумерки над улочками зажглись гирлянды лампочек, зацокали лаковыми сандалиями дамы в кимоно, посреди серого делового Токио Гинза мерцала праздником, карнавалом…

Она уезжала из Токио без сожаления, посмеиваясь над собой — она честно выполнила программу, положенную японскому провинциалу в столице: посетила императорскую резиденцию, прошлась по Гинзе…

— Я была в театре Кабуки! — похвасталась она в лаборатории.

— А я там никогда не был, — равнодушно процедил Шимада.

— И я, — сознался Миура.

— А я вообще не понимаю, что они там делают? — пожала плечами Митико. — Кричат, кричат…

— Кабуки? — немедленно вступил в разговор вошедший в студенческую Хидэо. — Нет, я там не был. Но Токио я люблю! Я родился там. Это из-за войны нашей семье пришлось перебраться в провинцию. О, Токио! — Хидэо улыбнулся мечтательно и грустно. И не стал слушать её рассказ о том, как душно и суетно в Токио.

— Я только что вернулся из Лондона, — сообщил он, просыпаясь от сладких токийских грез. — Конференция прошла прекрасно! Моё имя упоминали тридцать четыре процента докладчиков, восемнадцать процентов цитировали мои работы…

Она посмотрела на него с надеждой — может, шутит? Но сэнсэй вычислял проценты всерьез. Ей захотелось его прервать:

— А как погода в Лондоне?

Хидэо посмотрел на неё сердито.

— Вас всё время интересуют какие-то посторонние вещи: погода в Токио, погода в Лондоне… Я не заметил, какая там погода! Я всё время проводил на заседаниях. Я был очень, очень занят!

Я и забыла,

Что накрашены губы мои…

Чистый источник!

Тиё

Только их крики слышны…

Белые цапли невидимы

Утром на свежем снегу.

Тиё

Кротость часто силу ломает.

Женщина захочет — сквозь скалу пройдёт.

Японские пословицы

Она не в Японии, в сущности, жила, а в университете. А университет — это мужчины. Что она знала о японских женщинах? С глянцевых картинок японских журналов, с открыток, с красочных календарей смотрели кроткими глазами ланей завёрнутые в яркий шёлк кимоно хрупкие красавицы. Но по улицам японских городов шли совсем другие женщины! Подхватив сильными руками тяжёлые сумки, пристегнув за спину малыша, они твёрдо, размашисто шагали в кроссовках, в брюках. Переноска тяжестей — дело женщины. В этом вопросе Япония была непоколебима. Городская толпа состояла из мужчин налегке и тяжело гружёных женщин. Молодые мужчины иногда брали на руки ребёнка, сумку никогда. Даже профессор западного стиля Кобаяси доверял таскать свои чемоданы супруге. Даже современно мыслящий ассистент Шимада использовал единственную в доме машину для своих поездок на работу, оставляя тяжёлые сумки жене. Даже представители просвещённого молодого поколения, студенты, галантно придерживали дверь, пока единственная девочка в группе, Митико, переносила наполненный керосином обогреватель. Русское сердце не выдерживало таких сцен.

— Почему Вы не поможете ей? — спрашивала она ребят.

Мальчишки недоумевали:

— А почему мы должны ей помогать?

— Но женщины слабее мужчин!

Парни удивлённо хлопали глазами, а случившийся поблизости Шимада, покрутив в недоумении головой, ухмылялся.

— Я понял, русские считают, что к женщине надо относиться, как к инвалиду.

Японским мужчинам мысль о женской слабости казалась дикой. Телевидение показывало популярную японскую певицу с твёрдым взглядом из-под низкой чёлки, с голосом мощным, хриплым. А в самурайском телесериале топила негодяев в офуре сильная красивая девушка. И в современных японских детективах убийцей часто бывала дама. Хрупкая, как статуэтка, невеста, мстя за своего жениха, ловко выхватывала из рукава кимоно нож, била резко, профессионально. Фильмы делали японские мужчины. Не сомневавшиеся в силе японских женщин.

Зухра пришла к ней в гости, принесла в подарок пиво. К несчастью, открывалки в доме не нашлось, и хозяйке пришлось ковырять пробку вилкой. Муж Зухры молча наблюдал, морщился брезгливо. Он даже великодушно предлагал обойтись без пива. Но помочь не пытался. И терпеливо ждал, пока она в конце концов сбила пробку о кромку умывальника и наполнила бокалы — разливать спиртное в Японии тоже дело женщины. И эту ценную японскую традицию полезно было бы перенести в Россию, чтобы муж без жены бутылки открыть не мог. Да не привьётся у нас такое, потому что руки у русских мужиков мастеровые. А вот у японских…

Это случилось во время коллективного пикника у моря. В ожидании парома студенты и сэнсэи зашли в маленькое кафе на берегу перекусить. Пожилой японец, родственник хозяйки, рассказывал, что был лесорубом в здешних местах, улыбался иностранке. Уходя, она пожала старику руку. Крик получился громкий. Все, кто был в кафе, переполошились. Старик тряс руку, дул на неё и быстро говорил что-то, показывая всем свою ладонь. А она оправдывалась смущённо, не понимая, как женщина могла так навредить руке хоть и бывшего, но всё же лесоруба. С этого дня она стала осторожнее пожимать руки японских мужчин — слабые, нежные, с тонкими пальчиками, отзывавшимися вяло, как шёлковые ленточки, ведь они держали только авторучку да тоненькие палочки для еды. Зато руки японских женщин можно было сжимать без опаски — даже у профессорских жён ладони были шершавые, крепкие — рабочие. Им приходилось стряпать, стирать, растить детей, сады, открывать бутылки, тяжести таскать… И на помощь мужей они рассчитывать не могли.

— А почему мы должны им помогать? — возмущался Хидэо. — Ведь женщины не работают! Это они должны о нас заботиться.