Читать онлайн «Мой лучший друг товарищ Сталин». Страница 75

Она, видно, была очень одинока, если говорила это мне.

В гостиную вошел Коненков. Он повел меня смотреть мастерскую.

Мастерская оказалась огромной светлой залой с очень высоким потолком. Она была заставлена скульптурами из дерева.

— Я покупал пни, поваленные деревья в Центральном парке, — басил он. — Я не хотел, чтобы их сожгли. Помните в Библии: человек умер — распался, истлел, прошел, как тень. Он горстка праха. Те, кто разроют могилу, найдут тление. Но срубленное дерево-пень оживает, как только получает воду. И когда выкорчевывают пни и корни, убивают притаившуюся жизнь. Срубленные деревья полны грез, и пни прячут в себе образы. Я их разгадываю…

Мы медленно шли мимо его «разгадок».

Христос с босыми ножками, выступавшими из деревянного сруба, деревянный Иуда, очень напоминавший «Крик» Мунка — лицо, запрокинутое в вопле. И, наконец, Эйнштейн — лукавый, со вздыбленными волосами. Тот самый портрет, с которого и начался ее роман.

Все эти деревянные скульптуры размещались на фоне странных изображений, которыми были буквально завешаны стены мастерской, — графических работ, приблизительно метра два шириной и метр в высоту. Я насчитал их семнадцать штук. Это и был предмет опасений Кобы.

Я остановился.

Он улыбнулся.

— В них — итог размышлений всей жизни. Вся серия рисунков обладает смысловым единством. Я назвал ее «Космогония» — панорама мира, составленная из изображений созвездий и планет, ветхозаветных и евангельских сюжетов. В графической форме вы видите взаимосвязь событий земной истории с начертанным в космосе Божественным Планом Веков. Здесь — события прошлого и будущего. Прежде чем приступить к ним, я работал несколько десятилетий. Я собрал уникальные трактаты по древней метрологии, начиная с пирамиды Хеопса, редчайшие труды европейских теологов и астрономов прошлых веков. В том числе тайный труд Исаака Ньютона «Замечания на книгу Пророка Даниила и Апокалипсис Иоанна». Великий Ньютон долгие годы пытался при помощи вычислений увязать пропорции храма Соломона, отражающие, как он считал, «божественный замысел, план грядущих веков», с космической гармонией и смыслом библейских сюжетов. Его тайная рукопись предсказывает конец света в 2060 году. Но Ньютон ошибся…

Помню, как стоял этот гигант с ослепительно седой бородой, освещенный заходящим солнцем, падавшим в огромное окно. И вещал:

— Всеобщая ошибка (в том числе и Ньютона) состоит в том, что в основу расчетов берутся измерения храма Соломона. Следует же брать строение куда более древнее — пирамиду Хеопса. Здесь вы видите результат моих размышлений. Эти семнадцать графических композиций представляют уникальный опыт эзотерического изобразительного текста. Этому нет аналогов в мировой культуре. На основании своих исчислений я предсказал начало войны и ее конец. Теперь предсказываю Апокалипсис. Это не одномоментный акт, а процесс, начавшийся, как я открыл, в 1874 году и длящийся по сей день. Думаю, ваш друг и мой брат во Христе вам это рассказал… — (Я был так захвачен увиденным и услышанным, что лишь выйдя из мастерской, изумился: откуда он знает о моей дружбе с Кобой? Уж не говоря о нашем с Кобой разговоре…) — Сейчас перед вами первое графическое изображение, — продолжал Коненков. — Прежде чем вы на него взглянете, вы должны усвоить истину: звезда Алцион в созвездии Плеяд есть неподвижный центр Вселенной — космическое олицетворение Бога. Именно это доказывает труд астронома Н. — (Забыл его имя). — Он рассчитал, что наша Солнечная система движется к центру Вселенной, коим является звезда Алцион. Алцион и служит тем «троном» — божественным центром, откуда осуществляется управление нашей Вселенной. Из этого становится понятно, почему сцены истории я расположил на картине между фигурой Творца (Алцион) и изображением Солнца, олицетворяющего Христа… Иными словами, все исторические события зависят от божественного закона и являются отражением всеобщего космического движения. Поскольку орбиты и траектории космических тел можно рассчитать, астрономическое предвидение будущего, — он остановился и закончил почти шепотом: — возможно… Вы поняли? Возможно!

Он подошел ко второй картине.

— Здесь пространство также разделено на три смысловые зоны. В верхней воспроизведен сюжет из книги Иова — «спор Бога и дьявола», нижнюю часть композиции занимает изображение египетской пирамиды Хеопса. Я провел собственное исследование пирамиды, но уже в контексте библейской истории. Я узнал, что в год строительства пирамиды Хеопса на небе одновременно появились звезда Алцион, символизирующая Бога, и звезда Альфа Драгонис — символ сатаны. И этот диалог Бога и дьявола, запечатленный у меня в верхней части картины, имеет не только астрономическое, но и библейское подтверждение. Есть подтверждение и архитектурное. Пирамида Хеопса строилась так, что вершина ее указывала на Алцион (Бога), а первый нисходящий коридор — на Альфа Драгонис (дракон, змий, дьявол). Последняя во время постройки пирамиды Хеопса занимала на небе место Полярной звезды. Архитектурная взаимосвязь этой пирамиды с космическими событиями и Священным писанием делает ее инструментом прочтения будущего…

Мы перешли к третьему полотну.

— В этой графической композиции основной акцент перенесен на события Второй мировой войны. Я считаю ее одним из проявлений уже начавшегося Страшного суда. Поэтому главенствующая символическая роль в композиции отведена образам Апокалипсиса. В правом нижнем углу Космогонии — апостол Иоанн Богослов на острове Патмос, где ему открылось видение грядущего Апокалипсиса. Второй созерцатель событий, изображенный здесь, — это я. Я ведь недаром родился в 1874 году. На этот год как и на год начала Страшного суда указывается в теософских комментариях к Книге пророка Даниила и в исследованиях пирамиды Хеопса. Кстати, и вы, мой брат во Христе, рождены в начале мистических семидесятых… Я вижу, что вы устали и уже плохо воспринимаете мой рассказ. Что делать, вы обычный человек… Я много работал с деревом. Большинство людей похожи на древесную стружку, которая кольцом обнимает собственную пустоту… Не обижайтесь… ибо тем не менее вам выпадет великая миссия.

Я уставился на него.

— Вы поможете вашему другу закончить свою миссию на земле… Ну вот, глядите, это важнейшая и последняя картина. Она пока в работе…

На огромный деревянный мольберт был водружен громадный картон. Здесь было множество изображений, которые я не запомнил. Но отчетливо помню, что в центре, в треугольнике, окруженном светилами, стоял Самсон, разорвавший цепи. И рядом цифры — 1953.