Читать онлайн «Бандитский Петербург. 25 лет спустя». Страница 287

Несколько слов о самом следствии. Незадолго до своей смерти адвокат Евгений Мельницкий заявил, что в «деле Якубовского» якобы наметился перелом, потому что верховный суд Израиля отказался выдать России лиц, причастных к краже рукописей. Заявление это кажется по меньшей мере странным, потому что такая позиция Израиля была известна следствию с самого начала и она никак не мешала плотному и плодотворному контакту между правоохранительными органами России и Израиля.

Что касается заявления Якубовского о готовности отвечать на вопросы лично Вильдану Узбекову, то последнему в тот момент, в связи с набиравшим обороты скандалом вокруг фирмы «Балкар трейдинг», было не до «генерала Димы» и его откровений.

Ну и, наконец, еще одна любопытная деталь: одним из доводов защитников «генерала Димы» был такой — зачем ему, богатому человеку, была нужна вся эта уголовная история с рукописями? Между тем никто не может сказать, что дела у Якубовского шли очень хорошо и его материальное положение было блестящим. А стоили рукописи на черном рынке столько, что эти деньги не помешали бы и очень богатому человеку…

В ноябре 1996 года Санкт-Петербургский городской суд признал Дмитрия Якубовского виновным в соучастии в хищении рукописей Российской национальной библиотеки (сняв обвинения в попытке контрабанды) и приговорил его к пяти годам лишения свободы в колонии общего режима с конфискацией имущества. Несмотря на интригующую завязку, 33 тома обвинительного заключения и огромное количество эпизодов, которые рассматривались на слушаниях, никаких сенсационных разоблачений в общем-то не последовало. Зато в апреле 1997 года «генерала Диму» ожидал еще один приговор: по постановлению федерального суда Калининского района он получил два года за «истязания молодого сокамерника», которого он совместно с другим сидельцем, боксером-тяжеловесом Сидоровым, в течение двух недель систематически избивал, склоняя к удовлетворению «своих сексуальных притязаний».{ Надо сказать, что история с «молодым сокамерником» получила огласку еще в ноябре 1995 года и тогда воспринималась многими как обыкновенная разработка ФСБ, устроенная, что называется, для «поддержки штанов», т. е. на тот случай, если Якубовский будет оправдан по основному обвинению.} Таким образом, общий срок «генерала Димы» вырос до семи лет, и 6 февраля 1998 года он был отправлен по этапу в Нижний Тагил. В мае 1998-го Верховный суд смягчил приговор до четырех лет лишения свободы: именно такой срок по вступившему в действие новому Уголовному законодательству предусматривался за «хищение предметов, имеющих особую ценность». Два дополнительных года, полученные Якубовским за избиения сокамерника, были поглощены этим сроком.

Время, проведенное в заключении, не прошло для опального «генерала» даром, тюрьма стала его «новыми университетами». За четыре года, проведенные в «Крестах» и нижнетагильской колонии № 13, опальный генерал успел написать третью по счету диссертацию, на тему «Конституционные основы прав заключенных в уголовном процессе», зарегистрировать четвертый брак со своим адвокатом Ириной Перепелкиной и выпустить в соавторстве с новой супругой две книги по юриспруденции.

В ночь на 19 декабря 1998 года, отбыв срок от звонка до звонка, Дмитрий Якубовский был освобожден. У ворот колонии его встречали жена с огромным букетом роз и несколько друзей. До Екатеринбурга они доехали в машине, а оттуда первым рейсом вылетели в Москву. В столице Якубовский вернулся к своей адвокатской деятельности. По иронии судьбы, его первым клиентом стал замначальника петербургского РУБОПа Дмитрий Милин, тот самый, который посадил «генерала Диму» за соучастие в хищении рукописей. Впрочем, Якубовский зла не помнил и считал, что Милин, так же как и он сам, «стал жертвой российской правоохранительной и политической системы».

Ныне Якубовский — известный адвокат, владеющий собственным бюро. Он активный участник столичного бомонда, причем тюремное прошлое отнюдь не отпугивает от него людей и клиентов (скорее, даже наоборот). По его собственным словам, они с женой получают по сто — двести писем в неделю. Впрочем, в этом нет ничего удивительного — в стране, где 15 процентов населения прошло через тюрьму, адвокат Якубовский без работы не останется.

P. S. Дмитрий Якубовский считал свой обвинительный приговор на 100 % заказным. Кража рукописей из Российской национальной библиотеки, которая благодаря супругам Гинзбургам завершилась посадкой Якубовского, так и осталась загадкой. Отсутствие в деле прямых улик до сих пор дает простор для домыслов.{ Кстати, после 1994 года в крупнейших библиотеках города было совершено достаточно громких книжных краж, но виновники подавляющего большинства из них были найдены и наказаны.}

Вина Якубовского в «хищении века» по-прежнему вызывает сомнение, удивителен и стремительный, беспрецедентный взлет этого человека к вершинам отечественного политического олимпа.

Октябрь 1995 г., лето 2003 г.

Летом 1995 года западный мир содрогнулся. Выяснилось, что выходцы из дикой России умеют не только разбавлять бензин ослиной мочой, но и совершать самые высокоинтеллектуальные преступления, которыми по праву считаются компьютерные мошенничества. Героем дня стал задержанный в Англии российский гражданин Владимир Левин, которого ФБР обвинило в совершении десятков переводов со счетов американского «Сити-банка» на общую сумму около десяти миллионов долларов. По версии американцев, Владимир Левин с помощниками переводили деньги в различные банки Израиля, США, России, Финляндии и Германии. Неизвестно, был ли Владимир Левин самым первым российским взломщиком компьютерных сетей западных банков. Но прославился он на этом поприще среди наших соотечественников, безусловно, первым. По некоторым данным, в Англии его права предложил защищать личный адвокат принцессы Дианы.

Володя Левин родился 29 марта 1967 года в Ленинграде и спокойно жил со своими родителями на Светлановском проспекте. После школы, как и все нормальные ребята, попал в армию, служил в войсках химзащиты, вырос до младшего сержанта, а в 1987 году был даже награжден знаками «Гвардия» и «Отличник Советской Армии». Володя рос в интеллигентной семье инженера и врача, поэтому ничего удивительного в том, что он поступил на химический факультет «Техноложки», не было. Володя учился хорошо, но компьютеры не были его профилем. Поговаривали, что в последние годы учебы Левина стали встречать в окружении крепких парней с характерно бандитской внешностью — якобы уже в то время Володя стал одним из приближенных главы большой питерской преступной группировки.