Читать онлайн «Арабески ботаники. Книга вторая: Томские корни». Страница 41

Ботаническое коловращение в России в эти годы было невероятным: обмен опытом, методическими подходами, что очень важно в ботанике, а самое главное — идеями. Здесь сразу на необъятных просторах Сибири зарождалась и крепла новая наука — геоботаника.

Идеи о выделении единицы растительности возникали постоянно. Но они появлялись не вовремя. В. И. Коржинский впервые ввел в обиход такие понятия, как «растительные сообщества», «ассоциации», «общественная жизнь растений». П. Н. Крылов первым предложил использовать термин «фитосоциология», под которым он понимал науку о сообществах растений. Противником, как ни странно, был В. Л. Комаров, который резко возражал против антропоцентризма и приложения термина «сообщество» к объектам растительного мира и крайне негативно относился к термину «фитосоциология».

Наиболее последовательно идею растительных сообществ отстаивал В. Н. С укачев, который в 1915 году опубликовал «Введение в учение о растительных сообществах», в котором изложены основные направления этой новой ботанической науки. Если единицей флоры является вид, то единицей растительности является фитоценоз. Применение этого понятия позволяло систематизировать растительный покров огромной территории всей России. Так зарождалась новая отрасль ботанических знаний — геоботаника.

В. В. Ревердатто с головой окунулся в эту новую науку, тем более, что опыт описания растительных группировок, полученный в низовьях Енисея, у него имелся.

После смерти В. В. Сапожникова в 1925 году Ревердатто стал профессором кафедры ботаники, а затем добился организации кафедры геоботаники и возглавил ее. Первый набор студентов на эту новую специальность состоялся в 1929 году. Среди них были сестры Куминовы — Маша и Саша, В. В. Тарчевский, будущий основоположник промышленной ботаники в СССР, В. П. Голубинцева, М. А. Альбицкая.

Необходимо отметить, что В. В. Ревердатто был прекрасным лектором. Вот как вспоминала об этом его ученица А. В. Куминова: «Слушая его, студенты мысленно перемещались в характеризуемые им районы, следовали за путешественниками по тропам исследований, постепенно входили в тайны изучаемого растительного мира. На лекциях царило оживление, вызванное живописными рассказами Виктора Владимировича».

Кафедра геоботаники занимала три комнаты на втором этаже университета в северном крыле. Один маленький кабинет принадлежал заведующему, в другом, большом, читались лекции, а третья комната была ассистентская для проведения научных исследований. Кроме того, многие студенты имели постоянные места в Гербарии для работы с гербарием, собранным в летний период. Надо отметить, что в современных университетах таких возможностей для работы у студентов нет.

В 1929 году на очередном съезде Коммунистической партии был взят курс на поголовную коллективизацию. Необходимо в срочном порядке картировать сельскохозяйственные угодья. В этих условиях студенты геоботаники взрослели быстро. Вместо ежегодной практики по ботанике, проходившей в Крыму, все преподаватели и студенты разъезжались на инвентаризацию кормовых угодий. В полевых условиях приобретались знания и тут же они использовались для практической работы.

На протяжении многих лет В. В. Ревердатто работал в Хакасии. Здесь, в Абаканских степях, был организован своеобразный полигон для практики студентов, отработки отдельных методических и теоретических геоботанических исследований.

Виктор Владимирович неоднократно сам проводил занятия со студентами. Вот как его запомнила А. В. Куминова: «Худощавый, очень подвижный, с характерной походкой боком в туальденоровой рубашке, подпоясанной узким кожаным ремешком, в шапке с козырьком, из‑под которой блестели очки и торчал нос, очень сильно обгоревший и шелушившийся от хакасского солнца, он быстро-быстро ходил по очередному участку работ, показывая, какие растения нужно собирать в гербарий или где заложить учетные площадки. Мне приходилось за ним бегать и в темпе выкапывать указанные растения, а старшим товарищам — учитывать все сказанное по ходу проведения исследований… Несколько экспедиций провел В. В. Ревердатто в Западный Саян. Верхом на незавидной крестьянской лошадке, с барометром-высотометром и биноклем через плечо — таким помню я его во время экспедиции в верховья Абакана, Оны, Джебаша, Хемчика. Поводья опущены, так как руки исследователя заняты — он беспрестанно записывает свои наблюдения в полевой дневник, отмечает пункты полевой маршрутной съемки, изменения высоты местности. Лошадь, как бы чувствуя себя участником исследовательского процесса, идет равномерно, тщательно выбирая, куда можно ступить по узкой горной дорожке, затерянной меж камней и корней деревьев. Но такое передвижение нарушается частыми остановками, и нужно как можно скорее слезать с коня, вооружаться копалкой и догонять уже успевшего устремиться в сторону от дороги начальника экспедиции. На ходу он бросает названия видов, и я, больше по интуиции, чем руководствуясь своими элементарными знаниями флоры, кидаюсь копать растения, чтобы успеть дальше за стремительным передвижением Виктора Владимировича вперед».

За считанные годы под руководством В. В. Ревердатто проведены детальные геоботанические обследования Сибири на площади 6 млн га с составлением крупномасштабных геоботанических карт.

Очень быстро, буквально за три зимних сезона (летом проводились бесконечные экспедиции), В. В. Ревердатто подготовил книгу «Растительность Сибири». Это была первая обобщающая работа подобного плана. В ней он развивает идею П. Н. Крылова об использовании в геоботаническом районировании основополагающих принципов: климатического, формационного, геоморфологического — для выделения крупных геоботанических единиц, а для более мелких — использование флористической и почвенной характеристик. Всего было выделено и охарактеризовано 50 единиц районирования. Им была задумана обширная программа детального геоботанического обследования Красноярского края, но текущие дела по картированию земельных угодий отнимали все время.

Кроме научной и преподавательской деятельности Ревердатто занимался большой общественной работой. Он участвовал в организации научных объединений, выступал с публичными лекциями и с докладами не только на ботанических конференциях, но и на хозяйственных активах. В Томске он состоял членом городского Совета, членом президиума горисполкома, активно участвовал в многочисленных научно-производственных совещаниях, которыми так изобилуют 30‑е годы. Он возглавлял Томское отделение Всероссийского ботанического общества, был заместителем председателя Новосибирского географического общества, возглавлял университетское бюро Всесоюзной ассоциации работников науки и техники и даже принимал активное участие в работе общества воинствующих материалистов-диалектиков. С 1926 по 1929 год он декан физико математического факультета; с 1929 по 1930 год — член правления университета; с 1930 по 1935 год — проректор по науке. В 1937 году он был директором биологического НИ при Томском университете. В 1935 году Президиум АН СССР без защиты присудил В. В. Ревердатто степень доктора наук.