Читать онлайн «Арабески ботаники. Книга вторая: Томские корни». Страница 34

Вместе с Сергиевской они совершили 4 экспедиции по Западной Сибири и приграничным территориям с Казахстаном. В 1930 году вместе с Сергиевской он совершил большую поездку по Восточной Сибири. Несмотря на интенсивную работу по завершению «Флоры Западной Сибири», планы П. Н. Крылова простирались дальше, он считал ее только первым проектом на пути изучения флористических богатств Сибири. Уже в то время он считал своевременным приступить к изучению флоры юга Восточной Сибири. Возглавить эти исследования он поручил Л. П. Сергиевской.

Л.П. Сергиевская в экспедиции

В 1930 году его маршрут был особенно длинным, он побывал на Байкале, провел экскурсии возле Читы в Даурских степях, далее его путь лежал в Уссурийскую тайгу. В Никольске Уссурийском состоялась последняя встреча с академиком В. Л. Комаровым, который только что был назначен вице-президентом Академии наук СССР. Высокое положение в Академии давало возможность успешно отстаивать проект создания «Флоры СССР », и опыт П. Н. Крылова был для него бесценен. Академик чрезвычайно высоко ценил «Флору Западной Сибири», он считал ее лучшей из подобных работ, издаваемых в Советском Союзе. За неторопливой беседой они обсуждали возможность реализации этого гигантского по значимости и объему проекта, намечали перспективы совместной работы, обсуждали возможные кандидатуры для создания авторского коллектива. В то время они не могли предположить, что ученик Сапожникова и Крылова Б. К. Шишкин, который активно помогал Крылову в работе над рукописью его Флоры, будет завершать проект В. Л. Комарова — тридцатитомную «Флору СССР».

Последнее путешествие П. Н. Крылов совершил в возрасте 81 года. По предложению химико-фармацевтического института он был приглашен в качестве эксперта по изучению лекарственных и эфиромасличных растений. П. Н. Крылов чувствовал себя не очень хорошо, сильно утомлялся, беспокоило сердце. В самом начале экспедиции случилась авария: на экипаж, в котором ехали Сергиевская и Крылов, наскочила испугавшаяся лошадь, и он перевернулся. Крылов получил сильные ушибы. После этой аварии состояние здоровья Порфирия Никитича ухудшилось, он долго терпел, но через месяц вернулся в Томск. Несмотря на плохое самочувствие, он продолжал работу в Гербарии до конца ноября. 20 декабря 1931 года у него произошло кровоизлияние в мозг. Его перевели в клинику нервных болезней, где Порфирий Никитич скончался.

За время своей научной деятельности Крылов совершил 36 путешествий, написал около 100 научных работ, общим объемом 7 тыс. страниц. В честь Крылова названо более 50 видов растений. Б. К. Шишкин в честь его назвал род Krylovia.

После смерти П. Н. Крылова Гербарию Томского государственного университета присвоено его имя.

Лидия Палладиевна Сергиевская после кончины своего учителя в 34 года становится практически единственным хранителем Гербария, и эту ответственность она пронесла 38 лет — всю свою жизнь. И все эти годы она чтила память учителя — она завершила издание «Флоры Западной Сибири», последний, 11‑й том увидел свет в 1949 году. Но и после этого она не прекратила работы, поскольку за 22 года с момента выхода первого тома произошли большие изменения в изученности этой огромной территории, появились новые данные о распространении видов, найдены и описаны новые виды. Поэтому в 1964 году был выпущен двенадцатый том.

Л. П. Сергиевской описано 60 новых для науки видов сибирской флоры, среди них брахантемум Крылова, василек Крылова, мелколепестник Крылова, незабудка Крылова, птармика Крылова, ястребинка Порфирия, так она увековечила память о П. Н. Крылове. Ее жизнь была лишена каких‑то внешних потрясений, приключений, взлетов. Она никогда не была замужем. Смыслом всей жизни стал Гербарий. Трудно себе представить, но она лично проверяла правильность определения всех(!) поступающих в гербарий материалов.

В 1950 году, когда вся ботаническая общественность Сибири отмечала столетие со дня рождения П. Н. Крылова, его прах был перенесен на территорию созданного им ботанического сада. Лидия Палладиевна завещала похоронить ее рядом с ним. Она скончалась 21 сентября 1970 года и похоронена рядом с Крыловым. Здесь установлен памятник выдающимся сибирским ботаникам - П. Н. Крылову и Л. П. Сергиевской.

В честь Л. П. Сергиевской описаны следующие виды, навсегда увековечив ее имя во флоре Сибири: лядвенец Сергиевской (Lotus sergievskiae R. Kam. et Kovalevsk.), лапчатка Лидии (Potentilla lydiae Kurbatsky), лапчатка Сергиевской (Potentilla sergievskiana Peschkova), шиповник Сергиевской (Rosa sergievskiana Polozhij et Pros.), торулярия Сергиевской (Torularia sergievskiana Polozhij).

Гербарий, детище П. Н. Крылова и Л. П. Сергиевской стал образцом для подражания во всех сибирских гербариях. Если в начале века он практически был единственным на просторах Сибири, то сейчас гербарии имеют все сибирские университеты и академические учреждения биологического профиля. Около 500 тыс. листов имеет Центральный сибирский ботанический сад СО РАН, 80 тыс. листов имеет гербарий Алтайского университета, 25 тыс. - Кемеровского университета, гербарий им. Л. М. Черепнина Красноярского педагогического университета насчитывает 100 тыс. листов, Красноярского государственного университета - 20 тыс. листов, Тюменского университета - 50 тыс. листов, Института леса СО РАН - 20 тыс. листов и т.д.

И как прежде, практически все эти гербарии создаются и поддерживаются исключительно энтузиастами, не имеющими средств, а часто и подобающих помещений. В суровые годы «перестройки» Гербарий Томского университета выжил благодаря героической работе его сотрудников и всемерной поддержке администрации университета, которые понимают уникальную значимость этого научного подразделения.

Гримасы финансирования российских университетов привели к тому, что научные подразделения в них закрыты, а, следовательно, сокращены штаты, и, прежде всего, гербарных работников. Эта еще одна причина медленного развития гербариев Сибири. А ведь по нормативам гербарного дела на каждые 15 тыс. листов положен один куратор, но эти правила, очевидно, не для России.

Уезжая в Петербург в 1914 году, П. Н. Крылов оставил проникновенное завещание, которое впоследствии было наклеено на откидную стенку каждой из 1000 коробок, хранящихся в Гербарии: «Гербарий Томского университета — крупное научное достояние. Десятки лет, трудами многих лиц, с любовью к природе и науке, заботливо создавался и хранился этот результат сложной коллективной работы. На нем возникла «Флора Алтая и Томской губ.». Без него невозможно и дальнейшее изучение растительности Сибири. Чтобы сотни тысяч сухих и хрупких растений этого Гербария могли долгие годы служить делу изучения сибирской флоры, необходимо всеми мерами охранять его от разрушения и беспорядка.