Читать онлайн «Антология советского детектива-42. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)». Страница 1130

Йон Зиг был хорошо знаком со многими людьми, бывавшими у Харро Шульце-Бойзена, а также поддерживал тесный контакт с коммунистами — руководителями антифашистских ячеек на некоторых предприятиях Берлина.

Герберту Грассе были известны товарищи, работавшие в заводских ячейках, и некоторые писатели и артисты, собиравшиеся у коммуниста киноактера Вильгельма Шюрмана-Хорстера.

Отто Грабовски нашел старых друзей коммунистов из группы «Робби» (Роберта Урига).

Начались долгие трудовые будни. В садовый домик братьев Макса и Отто Грабовски, находившийся в Рудове, на Банхофштрассе, 117, был доставлен печатный станок.

Братья работали самоотверженно, не щадя себя. Одну половину домика занимала лавка красок, в другой жил Макс с женой. Днем в лавку заезжали клиенты, а ночью из цементированной ямы, у крыльца, извлекался станок и устанавливался в жилой половине домика. В подпольной типографии нейкельнских коммунистов печатались листовки, брошюры и бюллетень «Иннере Фронт», а также многие материалы и брошюры группы Шульце-Бойзена и Харнака.

Бюллетень «Иннере Фронт» печатался на плохой, дешевой бумаге. В каждом выпуске было от семи до четырнадцати страниц. Периодически выходили приложения к бюллетеню, печатавшиеся на немецком, французском, итальянском, чешском, польском и позже — русском языках. Эти приложения предназначались для немецких и иностранных рабочих, служащих полиции и солдат вермахта.

Бюллетень выходил нерегулярно, 1–2 раза в месяц, но тем не менее пользовался большим успехом, особенно среди рабочих берлинских предприятий.

Авторами большинства статей были коммунисты друзья Йона Зига: Вильгельм Гуддорф, Вальтер Гуземан, Мартин Вейзе и другие.

Так, например, в типографии братьев Грабовски была отпечатана брошюра Вильгельма Гуддорфа «Экономическая основа национал-социалистской Германии», в которой автор призывал патриотов Германии путем свержения господства финансово-капиталистической олигархии и слома ее фашистского государственного аппарата совершить решительный поворот в судьбах страны на благо народа. «Борьба будет еще более тяжелой, — писал он, — но никто не может уклониться от нее. Долг диктует каждому, в ком еще есть совесть, безоговорочно и всеми силами включиться в эту борьбу. Мы должны победить, и мы победим».

В одной из своих работ Йон Зиг разоблачал тщетные усилия гитлеровского правительства отвлечь немецкий народ от трудностей, которые с каждым днем все больше давали о себе знать повсюду. Его статья заканчивалась словами: «Конечная победа национал-социалистской Германии невозможна, нацистский режим должен быть уничтожен — это единственный путь для установления мира и спасения немецкой нации».

Йон Зиг был уверен, что с каждым днем будут увеличиваться их ряды, ряды армии незримого фронта. Ни удары гестапо, ни виселицы и тюрьмы не в силах помешать грядущей победе антифашистов, коммунистов, бойцов Сопротивления.

Йон рассказал Отто Грабовски о группе Шульце-Бойзена — Харнака. Ему известно, что в этой группе участвуют самые различные люди: писатели, артисты, студенты, военные. Среди них лишь немногие коммунисты, но их всех объединяет ненависть к национал-социализму, к преступной войне, развязанной Гитлером.

Йон Зиг, Вильгельм Гуддорф, Вальтер Гуземан и многие другие члены КПГ считали своим долгом расширять и укреплять подпольный антифашистский фронт.

— О контрнаступлении русских под Москвой нужно написать в наш бюллетень. Выпустить отдельную листовку, — предложил Йон. — Рабочие в первую очередь должны знать правду о событиях под Москвой.

Отто Грабовски с сожалением взглянул в свое ведерко и усмехнулся: за один час не вытащил ни одного окунька. Медленно он стал сматывать удочку.

— Верно, Йон, — проговорил он. — Мы выпустим листовку. Пусть только товарищи напишут ее. Восковку достанет Герберт Грассе.

Нейкельнские коммунисты поддерживали постоянный контакт с рабочими берлинских заводов «АЕГ», концерна Симменс, предприятий «БЕВАГ», «Шелл-ойль», «Хассе унд Вреде», «Дейче Верке», «Аскания», «Лоренц», мастерских железной дороги и городской электрички.

Йон был уверен, что придет час и рабочие скажут свое слово. А сейчас коммунисты должны еще больше работать. Листовка не только информация и призыв к борьбе. Листовка — визитная карточка антифашиста, сигнал о существовании коллектива, организации борцов. Рабочие должны не только помнить, но и видеть, что Коммунистическая партия Германии жива и она борется.

Свинцово-серые волны Мюгель-зее лениво бились у причала. Казалось, что они заговорщицки шептали: «Мы все знаем, мы все знаем…»

У руководителей группы Арвида Харнака и Харро Шульце-Бойзена было твердое решение: вести активную борьбу против гитлеровского режима. Но они понимали: силы немецких антифашистов распылены. Многие в тюрьмах и концлагерях, другие эмигрировали, а те, что остались в Германии, на свободе, ежечасно рискуют быть схваченными. Налаженная гестапо всеобъемлющая система доносов, духовное растление, полицейский аппарат и всеобщий страх ставили антифашистов в невыносимые условия. Нельзя забывать, что организация создавалась в период шумных побед гитлеровцев в Европе, в дни, когда Геббельс кричал о новых победах вермахта на Востоке… Однако Харнак и Шульце-Бойзен понимали: нельзя сидеть сложа руки, надо действовать. Надо жить и работать во имя будущего, которое трудно было представить себе светлым в той кромешной тьме.

Группа Шульце-Бойзена — Харнака, объединившая коммунистов и антифашистов из буржуазных кругов и немецкой интеллигенции, стала одной из самых значительных подпольных организаций Сопротивления в Германии в первый период войны. Ее руководители считали главной задачей создание широкого антифашистского фронта, опирающегося на рабочий класс и охватывающего широкие слои населения. С этой целью они участвовали в выпуске нелегальных листовок и других печатных материалов, которые в первую очередь распространялись в Берлине среди служащих, студентов, рабочих, а также солдат германской армии.

Учитывая силу и мощь безжалостной нацистской машины, а также временные военные успехи гитлеровцев на фронте, Харро Шульце-Бойзен и Арвид Харнак считали, что данная конкретная ситуация пока не способствует развитию массового антифашистского движения Сопротивления. Руководители группы пришли к выводу, что в настоящих условиях, только опираясь на внешние силы, можно сломить гитлеризм и добиться успеха.

Они понимали, что единственной реальной силой, способной противостоять натиску фашистских полчищ, является Советский Союз и только Красная Армия сможет разгромить германскую военную машину и гитлеровский рейх.

Харро Шульце-Бойзен и Арвид Харнак, а также их друзья знали немало ценных сведений. Арвид Харнак был видным чиновником имперского министерства экономики, он имел доступ ко многим документам, показывающим военную подготовку и планы фашистской Германии. Харро Шульце-Бойзен, служивший в министерстве авиации, был вхож в военные круги. Жена писателя Адама Кукгофа работала переводчицей в расово-политическом ведомстве национал-социалистской партии. Другие члены организации имели доступ во многие важные учреждения гитлеровской Германии.

Антифашисты решили установить связь с советским военным командованием. Решиться на это было нелегко. Нужно было перебороть себя, сбросить националистические шоры, отрешиться от многих традиционных понятий во имя высокой идеи и далекой, но благородной цели — возрождения новой, демократической Германии. И они нашли в себе мужество сделать выбор в пользу грядущей демократической, рабоче-крестьянской Германии!

Ганс Коппи взглянул на часы. Оставалось еще несколько минут до начала очередной передачи.

Его руки привычно настроили аппарат. В наушниках зашумели помехи.

Листок с рядами цифр был перед глазами, на столике.

Ганс уверенно отстучал ключом вызов-пароль. Глазок индикаторной лампы замигал. Радист явно торопился. Передать телеграммы нужно за очень короткое время: в его распоряжении были две-три минуты, не больше.