Читать онлайн «Под прикрытием (СИ)». Страница 203

Как без этого?!

Но приходят сюда без «железяк»… Это в основном, чтоб не распугать «дам»: в клубе как обычно - «танцы, шманцы, зажиманцы».

Кроме того, здесь вовсю идёт своеобразная торговля: хулиганы сбывали или обменивались краденным, покупали курево, спиртное, кокаин…

- Подробностей и непосредственных виновников выяснить не удалось, - сказал Миша, - но это дело рук одной из этих шобл – других здесь просто не бывает. Я бы больше подумал на Колчака – за тем чаще водится такой грех.

После краткого пересказа моим разведчиком нескольких довольно жутких историй, моё мнение о неком «Колчаке» сложилось - как о каком-то сексуальном маньяке. К тому же – злоупотребляющим «коксом».

Проанализировав разведанные, я принял решение:

- Короче: мочим хулиганов в «Рабочем клубе» - мочим их всех подряд. После этого - мочих их где поймаем: в сортире каком поймаем – мочим и в сортире!

Ребяткам очень понравилось про «сортир» и то и, дело слышалось:

- В сортире их мочить будет!

***

- Что за дела тут у вас в городе творятся, товарищи? Почему на улице можно избить комсомольца, силой увести у него девушку - изнасиловать её толпой и, не понести за это никакого наказания?

В ответ - ни «бе», ни «ме», ни «кукареку».

- Чем занимается сознательная молодёжь - кроме как собраниями, митингами, да субботниками в пользу детских домов? Вы увлеклись пустопорожней говорильней, товарищи! А меж тем знаете, сколько детей сиротят каждый год хулиганы?

Рисунок 100. Бюро Новгородского губернского комитета РКСМ. Первый ряд, слева направо: Николай Наумов - заведующий экономическо-правовым отделом, Николай Николаевич Ларионов - секретарь губкома, Сергей Фёдорович Маршунов - заведующий организационным отделом, Иван Филиппов - заведующий агитационным отделом. Второй ряд, слева направо: Александр Николаевич Иевлев - управляющий делами, Леонид Владимирович Сизов - секретарь Новгородского уездно-городского комитета, Николай Иосифович Котрба - член бюро губкома. 1923-1924 гг. (фото опубликовано в издании «Делу Ленина и партии верны (документы, воспоминания, хроника)» (Новгород, 1979. Вклейка)).

«Наезд» на комсомольскую номенклатуру продолжается:

- Наши отцы не боялись на царскую каторгу и на виселицу идти, а мы с вами выходит – боимся навести порядок в собственном городе?! Да, грош нам цена!

«Наезд» становится всё плотнее и плотнее:

- Окопались здесь, да? Пригрелись! Вас то не бьют по голове кастетами и не тащут ваших девок в кусты… Вам похуй, да?!

Переходим на идеологию:

- Комсомол – это боевой отряд Коммунистической партии, а не пассивные гомо… Хм, гкхм… А не попутчики да статисты – равнодушными глазами смотрящие на то, что творится вокруг!

Наконец, члены Волисполкома «скисли» и морально готовы – чтоб об них ноги вытирали. Однако, в политической борьбе «лежащих» принято добивать:

- А за каким чёртом, извиняюсь, мы вам членские взносы платим? Чтоб вы сопли зелёные, здесь перед нами жевали?!

Нет, это вовсе не я так «ребром» ставил вопрос! Это всё мои ребятишки – согласно моим «инструкциям»… Здесь же и сам виновник этого «грандиознейшего шухера» - Вася Пупкин с перебинтованной как у египетского городового головой, намертво вцепившийся в руку Елизаветы. Растерявшийся, в смятении… Но, говорящий на бесчисленных собраниях правильные и нужные слова:

- Товарищи! На моём и моей девушки месте, мог бы очутиться каждый из вас!

Вынырнувшие из-за него Ванька да Санька, хором спрогнозировали дальнейшее развитие событий при таком раскладе:

- Дождётесь! Прямо в кабинетах вас хулиганы изнасилуют!

Тех, аж передёрнуло.

Я тоже здесь присутствовал конечно же, эдакий - бритый наголо, всегда улыбчивый паренёк в поношенной кожаной куртке с незапоминающимся лицом. Иногда выступал с речью - но чаще, к кому-нибудь подходил и что-нибудь шептал ему на самое ушко… Ну, или ко мне подходили и спрашивали совета… Не всегда свои, кстати.

Ни с кем не сорясь, не произнося вслух особенно громких слов, потихоньку-помаленьку - я стал эдаким «мировым судьёй», примиряющим стороны.

***

А страсти меж тем, кипели воистину нешуточные!

Уже во вторник были опубликованы мои статьи (почти все) в газетах, а со среды – валом пошли «ответные» письма читателей. Тогда же, стали прибывать отряды комсомольцев из уездов и волостей, с теми же требованиями: покончить с хулиганством - как с пережитком проклятого прошлого. С ними я и Ефим Анисимов, тут же нашли общий язык – среди провинциальных руководителей тоже имелись весьма амбициозные личности, которые открыто кричали побледневшим лидерам Губкома РСКМ:

- Сами не справляетесь, освободите место для тех кто сможет!

- ДОЛОЙ!!! – скандировала толпа, - СЛАБАКИ, ТРЯПКИ, ТРУСЫ – ТАКИМ НЕ МЕСТО В КОМСОМОЛЕ!!!

Не… Члены Нижегородского Губкома - тоже были ребята боевые! С одним из них, Ларионовым Николаем Николаевичем  - участником Гражданской войны на Севере, красным партизаном и узником «демократического» концлагеря на острове Мудьюг, я даже успел подружиться.

Ну, или почти успел.

Но эти, ныне дорвавшись до «кресел» - уже несколько успокоившиеся на занятых тёплых местах и, «сытые»… Вернее – пресыщенные властью. Они, не ожидали такого развития событий и растерялись от столь неожиданного и бурного напора.

А наши из провинции – амбициозные и «голодные» до властных должностей, а с ними – до всех положенных по должности «почестей»!

В результате, им удалось (под моим чутким руководством, разумеется) урвать себе «место под Солнцем» - Ефим Анисимов, Кондрат Конофальский и ещё один парень из Ардатова вошли в состав Бюро Губкома РСКМ.

Те, в основном пришлые – принесённые в Нижний Новгород мутными потоками великой русской Смуты. Я, хоть не имею достоверной информации по каждому на своём компе, но почему-то уверен - они у нас надолго не задержатся…

Наши – местные: им здесь жить, учиться, работать и растить детей.

На многих заводах прошли митинги, по городу прошла демонстрация молодёжи, к которой присоединились и многие сторонние горожане. Участники её пели напечатанный в газетах «Антихулиганский гимн молодёжи»:

«…А нам от северных морей, вдаль до южных рубежей

От Курильских островов, до Балтийских берегов

Чтоб на земле сей был бы мир, но если красный командир

Позовет в последний бой, Вася Пупкин - мы с тобой!».

Демонстранты несли транспаранты и скандировали написанное на них:

- ХУЛИГАНСТВУ – НЕТ!!! ВАСЯ ПУПКИН – МЫ С ТОБОЙ!!!

Во главе демонстрантов все наши и, я среди них тоже – надрываю голосовые связки.

Вдруг, слышу сзади-сверху вместе с надвинувшейся на меня исполинской тенью:

- Слова «Гимна» - твои, Серафим?

Никак, Голованов? …Точно!

- Да, куда мне до народных поэтов! В газете напечатали – не читал, что ли?

Усмехается добродушной улыбкой великана:

- Опять скромничаешь?

Поздоровались за руку на ходу и представляю своим:

- Ребята, это – Александр Голованов! Александр, это – наши ульяновские ребята: Ефим, Кондрат, Елизавета…

Замечаю: Голованов, задержал ладонь Лизы в своей руке - несколько дольше положенного… Однако, всего лишь – «продолжения» не последовало.

- А это – Санька да Ванька… Или – Ванька да Санька, их и мать родная не различит. Хахаха!

- ХАХАХА!!!

После знакомства с Головановым, мнения ребят – после оценивающе-уважительных взглядов на его фигуру, было единодушным: