Читать онлайн «Африка грёз и действительности (Том 2)». Страница 105

Если бы две тысячи лет назад римляне или греки проникли к Замбези, они, несомненно, причислили бы эти водопады к чудесам света наряду с садами царицы Семирамиды и пирамидами древнего Египта.

Шумная группа туристов грубо нарушила наши грезы. Резкий голос какой-то дамочки, увешанной браслетами и ожерельями, господствовал над грохотом, вздымавшимся из глубины каньона. Между двумя зевками какой-то скучающий господин передвинул сигару из одного угла рта в другой и подал знак к уходу.

Самолет — сказочное достижение, но самолетам с богатыми снобами не следовало бы забираться в места, подобные водопадам Виктория…

— Билли, сколько воды протекает через водопады Виктория?

— К примеру, сейчас, в период наводнения, здесь протекает более полумиллиона тонн в минуту; по подсчетам это составляет около 540 тысяч кубических метров. Подождите, это 300 миллионов гектолитров в час.

— 324 миллиона. За день почти восемь миллиардов гектолитров воды. И 107 метров разницы в уровнях!

— Да, я знаю. Вы спросите меня еще насчет гидроэлектростанции. У вас на родине принято над этим задумываться. Мы уже подсчитали, что энергии водопадов Виктория хватило бы, чтобы снабдить электроэнергией всю Африку к югу от экватора, даже если бы там было гораздо больше промышленных предприятий, чем в настоящее время, и даже если бы большинство жителей пожелало зажечь в своих домах электрическую лампочку и послушать радио. Американцы с таким шумом разрекламировали плотину Болдер-Дам на Колорадо. Она им недешево обошлась. А у нас тут готовая естественная плотина. Замбези наполнила бы их искусственное озеро до краев за 50 дней.

— Так почему же вы не построите здесь гидроэлектростанции?

— Мы бы построили, да строить не на что. Но даже если бы нашлись средства, нам не позволили бы этого сделать. Вы знаете, что означала бы гидроэлектростанция на водопадах Виктория? Электрификацию колоний. Развитие местной промышленности. Переработку многих видов местного сырья. Усилившееся сознание независимости. Рост сознательности и организованности промышленных рабочих. А всего этого в колонии ведь допустить нельзя. Англии нужны наше сырье и дешевая рабочая сила. И нужно сбывать нам все то, чего нельзя продать в других местах. Нам придется еще подождать с гидроэлектростанцией…

На следующий день мы совершили поездку к баобабу на горке близ водопадов; с вершины дерева открывался широкий вид. На фоне его могучего ствола наша маленькая «татра» терялась, как серебряный жучок. Крутая лесенка с перильцами вела к самой верхушке дерева, узловатой, с голыми ветвями. Над водопадами непрерывно поднималось белоснежное облако, и легкий ветерок доносил к нам громоподобный рев воды. От водопадов по плоской местности извивалась едва заметная трещинка, проскальзывала под волоском мостика и терялась в зеленом буше. То были нижние каньоны реки Замбези. Мы поехали к пятому каньону и через полчаса стояли на краю пропасти глубиной более 100 метров.

Бурный поток, стиснутый отвесными крутыми скалами, клубясь, пробивал себе путь к ближайшему изгибу. Деревья на противоположном берегу, окаймлявшие края обрыва, казались миниатюрными. Объектив нашей кинокамеры нацелился глубоко вниз на бурлящий поток. В поле зрения видоискателя скользнул каньон, потом искатель нацелился на скалистые стены и медленно пополз вверх. Пласт за пластом, кусты, еще десятки метров крутой стены, пока в поле зрения не показалась узкая полоска зелени у самого горизонта. Мы шли по тропинке над краем каньона, и между кустарниками впереди открывались все новые красоты дикой природы, новые виды и перспективы, новые участки реки, бурлящей на дне каньона. Близился полдень, нам пора было отправляться осматривать новое чудо водопадов Виктория.

После полудня мы оказались на середине моста. В 111 метрах под нами гремел «Кипящий котел», охваченный искрящимся кольцом чудесной радуги. Ее замкнутый круг прерывался лишь полотном проезжей дороги моста, заслонявшим нам вид на часть пропасти, находившуюся как раз под нами. Мы не могли побороть искушения.

Осторожно, повесив камеры на шею, мы соскользнули на сплетение балок, составлявших нижнюю несущую конструкцию моста. С вершины арки мы медленно пробирались от заклепки к заклепке, от балки к балке, пока перед нами не открылся свободный, ничем не заслоненный вид в глубину. Потрясающая панорама с птичьего полета. Покрывало мельчайшей водяной пыли опускалось глубоко вниз, в узкую горловину, через которую вспененные потоки воды из каньона прорывались к «Кипящему котлу». А оттуда они катились дальше через преграду второго каньона поверх затопленных скал и порогов к ближайшей извилине. Почти отвесно под нами искрился яркими красками замкнутый круг радуги, окаймленный более широким и бледным, но таким же замкнутым кругом другой радуги…

Лучи солнца заманили нас под конец с нашими камерами к западному краю водопада. Перед нашими глазами потоки воды несутся к обрыву Водопада дьявола. Тонны водяной пыли поднимаются со дна каньона к небосводу и окутывают бурлящие водопады белоснежным покрывалом. На миг легкий ветерок вздымает покрывало и приоткрывает вид на каскады Главного водопада. Сквозь дымку тончайшей водяной пыли проглядывают пороги Радужного водопада, а на другом конце почти двухкилометрового фронта мы скорей угадываем, чем видим, Восточный водопад.

Витая лесенка, защищенная скалистым утесом, приводит нас к месту, возвышающемуся лишь на несколько десятков метров над поверхностью воды в каньоне. Нас оглушил грохот падающей воды, сбрасываемой бурным потоком с порогов Водопада дьявола. Воды низвергаются в глубину, разбиваются, разрываются на мельчайшие частицы, а воздушный вихрь в каньоне выхватывает из них миллионы мелких капелек и вздымает их к голубому небосводу.

Оглушенные грохотом водопада и потрясающим зрелищем бушующей стихии, мы обходим западный край каньона. «Rain forest» («Дождевой лес») — гласит надпись на табличке, укрепленной на дереве, и как бы в подтверждение этих слов на наши головы обрушивается ливень. Через несколько секунд мы промокли до нитки. Только камеры мы стараемся укрыть руками. Слева от нас за завесой водяных брызг гремит Главный водопад, а справа через стену ливня проникает солнечный свет. Пройдя полкилометра, мы остановились на выступе скалы против Радужного водопада. Терпеливо выжидаем под примитивным соломенным навесом, чтобы случайное дуновение ветерка приоткрыло поразительную картину, которую мы пока лишь угадываем за завесой распыленной воды. Недалеко от нашего укрытия блестит большая лужа. Одну ее половину бичуют тяжелые капли дождя, на другой пляшут солнечные лучи.