Читать онлайн «Ходок по Дороге (СИ)». Страница 49

Киннеровский деструктор рвал и жег живую плоть одновременно, квазистабильная плазма - штука страшная. Умирающие "шерстистые крокодилы" сучили ногами и били голыми хвостами по земле, выжившие всадники пытались бежать или хотя бы подняться на ноги и тоже падали от поражающих разрядов, крови и кусков тел вокруг было в изобилии… Вскоре чьи-то кишки оказались на гусеницах танка, а когда я переехал горку из нескольких убитых и раненых "крокодилов" и их наездников, что-то взорвалось под передними катками и кровью с ошметками тел плеснуло так, что брызгами заляпало несколько фронтальных видеокамер. Лобовая проекция пошла снизу красными потеками, однако, ходовая часть выдержала. А вот я, несмотря на то, что старался воспринимать происходящее снаружи танка хладнокровно, на секунду впал в ступор, выпустив штурвал.

Однако, поддаваться эмоциям было нельзя. Храбрости и воли к борьбе у противника было не отнять. Несмотря на всеобщее избиение, парочка клат-эйра пользуясь моей заминкой, ухитрилась приблизиться к нам сзади и запрыгнуть на танк. Схватившись за скобы и прижавшись к броне, они оказались в мертвой зоне, а затем принялись ломать саблей и кинжалом ствол и вращающуюся башенку малого деструктора. И это безобразие следовало немедленно пресечь. Одновременно с этим в башню продолжали колотить арбалетные болты и, несмотря на звукоизоляцию, я чувствовал себя сидящим в пустой консервной банке, которую долбят со всех сторон. Пришлось снова включать защиту. Обычному человеку модифицированное Л-поле не нанесло бы быстрого вреда, но взрывчатку в любом оружии вихревые токи подрывали мгновенно. Массивное холодное оружие так же могло стать отличным проводником электричества и забравшиеся на танк "десантники" должны были получить удар током. В теории, конечно, если верить знаниям Снежкина… Однако сработал какой-то другой фактор - на броне вдруг полыхнуло ярким светом как при коротком замыкании и всадников разом сбросило с башни, словно кто-то дал им мощного пинка. Может быть, защитное поле киннеров и магия клат-эйра несовместимы? Не знаю, остается только гадать…

В любом случае, через кавалерию мы прорвались. Потеряв не меньше сотни всадников, преследовать нас конные клат-эйра не стали. А передо мной замаячила следующая цель - те самые орудия, которые, спрятавшись за защитным валом, вели обстрел полуразрушенной стены замка. Странные это были пушки: с длинными конусообразными стволами, увитыми какими-то металлическими трубками. Покоились они на массивных шестиколесных лафетах, оборудованных чем-то вроде механизмов для вертикальной и горизонтальной наводки. Длиной осадная артиллерия техномагов была метров пять минимум, высотой в пару метров, калибром миллиметров в триста или вроде того - точно оценить на глаз было невозможно. Выглядели орудия как изделия девятнадцатого века, даже с поправкой на безумный дизайн и немаленькие размеры. Стрельба из них кроме дыма и звука выстрела, сопровождалась такими же синими вспышками, что и у "арбалетов" кавалерии, только гораздо более яркими. Видимо, магия была составной частью этих артсистем. Вокруг орудий суетилась прислуга: худые и длинноногие клат-эйра в черных комбинезонах с чешуйчатыми нагрудниками деловито отбрасывали в сторону дымящиеся гильзы длинными палками и заряжали стволы сзади какими-то продолговатыми снарядами, с натугой поднимая вдвоем каждый из них.

Первую батарею из шести орудий я вывел из строя двумя выстрелами в адиабатном режиме, не приближаясь к ней ближе, чем на пару сотен метров. Большего и не понадобилось - орудийную прислугу уничтожила высокотемпературная вспышка и взрывная волна, она же сорвала половину стволов с лафетов. Остальные орудия, я думаю, тоже пришли в негодность, впрочем, я не проверял. У меня уже были новые цели - осадные батареи номер два и номер три, находившиеся не столь уж далеко. Пришлось истратить еще три выстрела в адиабатном режиме, а затем проутюжить для гарантии позиции гусеницами, позволив Кате добить выживших артиллеристов и влепив несколько разрядов из деструктора Рябинина в те пушки, что выглядели наиболее целыми. Заряд батареи упал до пятидесяти трех процентов, и я понял, что пора заканчивать схватку. Движение штурвала, и "рысь" развернулась к стене замка, туда, где сейчас кипел бой. Десятка полтора големов с самопалами и несколько сотен пехотинцев штурмовали ближайший пролом, словно мотопехота при поддержке танков, и я решил напоследок помочь отбивающимся "эльфам". А заодно спрятаться за стеной и передохнуть немного, восстановив заряд до максимума.

Однако, мой план едва не сорвался. Бой у стены неожиданно вышел очень кровавым и энергозатратным. Больше всего проблем мне доставляли големы - эти средневековые "самоходки" при поддержке пехоты стреляли точно и оказались на диво эффективны. Пришлось снова включить защиту, чтобы отклонять их снаряды, а гарантированно уничтожить глиняного великана из деструктора можно было только выстрелом в голову или в носимый боезапас за его спиной. Но сделать это было не так-то просто! Катя вынуждена была снова отбиваться от пехоты из своего деструктора, и в этот раз ей пришлось стрелять постоянно, почти без пауз. Клат-эйра дрались отчаянно. Погибая, пехотинцы в чешуйчатой гибкой броне пытались закидать нас гранатами в виде взрывающихся шаров, жгли танк тепловыми лучами из странных переносных механизмов, похожих на огромные ручные кинокамеры прошлого века, обстреливали из магических арбалетов. Мы им отвечали по полной программе: я бросал танк из стороны в сторону, уходя от снарядов големов и ловя их на прицел, а медичка держала ближнюю оборону машины, одновременно уничтожая пехоту. А когда стало совсем туго, мне пришлось пойти на отчаянные меры и стрелять в адиабатном режиме прямо перед собой, накрывая вспышкой "рысь" и врагов вокруг, просадив при этом батарею до шести процентов.

Но это помогло. Разметав в клочья пехоту, "рысь" ворвалась в пролом стены, а в голову сунувшегося за нами последнего оставшегося на ходу голема попал ярко-белый шар, вылетевший из-за ближайшего полусгоревшего дома. Раздался взрыв и лишенный башки великан рухнул на мостовую, а я дрожащими руками направил танк по заваленной трупами клат-эйра и "эльфов" мостовой за угол улицы, где и заглушил машину, спрятав ее за каким-то здоровенным каменным строением. Вытер со лба холодный пот и глубоко вздохнул, пытаясь унять бешено стучащееся сердце. Охренеть! Еще бы чуть-чуть и… Пора завязывать с такими боями, вот что! Никогда не курил, а тут бы, честное слово, с удовольствием сделал бы пару затяжек…

- Мы победили? - спросила Катя странным голосом. Похоже, девчонка сейчас пребывала где-то на грани истерики. Немудрено, столько кровищи и смертей прямо перед собой мы еще не видели, даже на Котляровском шоссе. И большая часть сегодняшней боевой работы пришлась на медичку. Специфика средневековой схватки, ага… все вблизи, все рядом, вся кровища перед тобой, даже если ты в танке. Сколько сегодня пулеметчица намолотила народа из своего деструктора, я даже посчитать не берусь. Много, очень много.

- Хрен его знает, господин декурион, - только и сказал я, не удержавшись от нервного смешка. - Во всяком случае, не проиграли. Катя, ты у нас молодец. Выражаю благодарность за отличную работу, - протянул я Кате фляжку с крепким кофе. - На, дорогая, взбодрись немного.

Несмотря на нашу ссору, сейчас медичку следовало поддержать и успокоить. Во-первых, она и в самом деле хорошо воевала. Во-вторых, если Катя уйдет в нервный срыв и истерику, то никому из нас легче не станет. Ну и в третьих, мне ее было просто жалко. Не женское это дело - работать пулеметчиком.

- Явились, союзнички! - я показал пальцем в проекцию над приборной панелью, на которой нарисовалось несколько фигур в серых плащах, держащих в руках посохи. "Эльфы" осторожно приближались к машине, обходя ее сзади. - Смотри Катя, а вон тот красавчик в расшитом камзоле под плащом, кажется, Айвер. Явился собственной персоной, мля. Опять вырядился как на парад… Ну что же, давно пора поговорить с ним вживую. Подстрахуй меня ладно?