Читать онлайн «23я бригада - 2 (СИ)». Страница 55

Не смотря на то, что на суше наступление застопорилось, в небе опять началась воздушная война. Японское руководство смогло перебросить на монгольское направление более 300 самолетов. 180 истребителей и 120 бомбардировщиков и продолжало собирать самолеты со всех участков фронта. Однако Зинченко первым же своим приказом организовал переброску значительных сил авиации с Улан-Уде, а также вытащил восемь зенитно-артиллерийских дивизионов с Читы. Теперь врагу противостояла по настоящему, страшная советско-монгольская воздушная армада общей численностью в 538 самолетов, большая часть из которых были новейшие истребители И-185, имелся крупный отряд штурмовиков СУ-2, пикировщиков ПЕ-2ш, скоростных бомбардировщиков СБ-2 и дальних бомбардировщиков ДБ-3, а зенитно-артиллерийское прикрытие наземных сил не позволяло противнику даже надеяться на возможность нанесения воздушных ударов по позициям советско-монгольских войск.

30 июля 1940 года Зинченко принесли шифротелеграмму от начальника оперативного отделения Генерального штаба Захарова М.В. В этой телеграмме говорилось, что имеется информация от японской агентуры о подготовке в первой декаде августа удара гомильдановских войск националистического Китая по провинциям, контролируемым китайской Коммунистической партии. Да, умеют играть товарищи бритты, как ловко выбили козыри Сталина. Теперь нашим там, в Китае придется сражаться не с японцами, а с китайскими национальными дивизиями и у японцев будут развязаны руки на монгольском направлении, ну что ж, тогда придется проучить самураев по полной.

Зинченко собрал свой штаб для планирования операции по полному разгрому вторгшейся в Монголию группировки маньчжуро-японских войск.

План операции предусматривал следующие вопросы: укрепление флангов, сосредоточение и перегруппировку войск, наведение переправ через Халхин-Гол и занятие исходного положения, действия войск при выходе на исходные рубежи, организацию взаимодействия, подготовку военно-воздушных сил и самое главное создание угрозы нанесения удара во фланг маньчжурской группе войск со стороны Борзи.

За несколько суток был разработан не только план предстоящей наступательной операции, но и детальный план оперативно-тактического обмана противника. Все передвижения войск в прифронтовой полосе производились только в темное время суток. Это позволило свести эффективность авиационной разведки противника до минимума. Категорически запрещалось выводить войска в исходные для наступления районы. Командный состав, проводивший рекогносцировки на местности, должен был выезжать в красноармейской форме и только на грузовых автомашинах.

Зная, что японцы активно ведут радиоразведку и подслушивают телефонные переговоры, в целях дезинформации противника была разработана целая радио игра, которая дублировалась и по телефонным аппаратам, так как диверсионные отряды самураев могли уже успеть подсоединится к нашим проводным линиям связи. Переговоры по средствам связи велись только о строительстве оборонительных сооружений и подготовке осенне-зимней кампании. Радиообман строился главным образом на коде, легко поддающемся расшифровке. Главной задачей дезинформация противника с целью создать у него впечатление о переходе наших частей к обороне. Для этого войскам рассылалась "Памятка бойцу в обороне". Передавались ложные сводки о построенных оборонительных сооружениях и запросы на инженерное имущество. Все передвижения войск производились только ночью. Шум танков, сосредоточиваемых на выжидательных позициях, заглушался шумом ночных бомбардировщиков и ружейно-пулеметной стрельбой. Чтобы создать у японцев впечатление об укреплении нашими частями центрального участка фронта, радиостанции работали только в центре фронта. Прибывшие в район боевых действий мощные звуковещательные станции производили имитацию забивки кольев, создавая полное впечатление ведения больших оборонительных работ. Чтобы приучить японцев к шуму танков, вдоль фронта постоянно курсировало несколько машин со снятыми глушителями.

Результатов действия наших штабистов и реальность планов оперативного прикрытия наступательной операции проверялась постоянным захватом языков. Пленные подтверждали, что японское командование действительно поверило в то, что мы готовимся к длительным оборонительным боям и собираемся досидеть в обороне до зимы.

Данные о системе оборонительных сооружений противника и его группировке регулярно уточнялись ведением воздушной разведкой и ночными поисками.

Огромную работу пришлось проделать по материальному обеспечению предстоящей операции. К началу наступления нужно было подвезти по грунтовой дороге на расстояние 780 км большое количество боеприпасов, горючего, продовольствия, топлива и других грузов, всего весом около 60 тысяч тонн. Для этого требовалось около 5 тысяч автомашин, а в наличии было только 2600 автомашин. Проблему решили просто, со стратегических складов в г. Иркутск и Улан-Уде грузы таскали машинами без прикрытия до Улан-Батора, а вот с Улан-Батора до Тамцакбулака уже была организована проводка военных колонн по всем законам военного времени, с боевым охранением, воздушным прикрытием и постоянной проверкой дорог от возможного минирования диверсантами противника. Благодаря неимоверным усилиям военных автомобилистиов к началу операции удалось создать приличные запасы, по боеприпасам общего назначения - 6 боекомплектов, по танковым - 9, по горючему - до 5 заправок, по артиллерийским снарядам 10.

Большое внимание в подготовительных мероприятиях уделялось организации связи и управления. В каждом полку и в батальоне был развернут пункт управления с радиостанциями КВ и УКВ диапазона, а при командирах взводов и рот разворачивались узлы связи с коротковолновыми радиостанциями и проводными телефонными аппаратами.

Большую подготовительную работу проделала советская авиация. Кроме увеличения числа боевых машин, значительно была расширена аэродромная сеть, что дало возможность приблизить истребительную авиацию к фронту и обеспечить аэродромный маневр. На базе самолетов ДБ-3 была создана специальная разведывательная эскадрилья, из самолетов ПЕ-2 была создана эскадрилья истребителей-охотников и высотных перехватчиков, которые непосредственно подчинялись командующему группой войск в Монголии. За каждым полком была закреплена эскадрилья штурмовиков СУ-2 и истребительная эскадрилья самолетов И-185, а во все батальоны были направлены авианаводчики с УКВ радиостанциями для поддержания связи с прикрывающей авиацией. Кроме того для доставки особо секретных донесений использовалась малая авиация в виде легкомоторных ПО-2.

Систематические дневные и ночные полеты нашей авиации также дезориентировали противника, так как японцы, привыкнув к ним, как к обычному явлению, не связывали их с наступательными действиями наших войск.

Вся подготовка была организована так, что в план предстоящего наступления был посвящен весьма ограниченный круг лиц. Командиры соединений были должны быть ознакомлены с планом наступления за 2 дня до начала операции. Всему личному составу войск планировалось довести боевой приказ о наступлении только вечером накануне начала операции.

Проводилась масштабная политическая работа среди войск, которая обеспечивала их высокий наступательный порыв. Все солдаты и офицеры были воодушевлены единым стремлением "проучить японских самураев, посягнувших на территорию дружественного нам монгольского народа".

К началу наступления советско-монгольских войск противник занимал укрепленный рубеж на восточном берегу реки Халхин-Гол на песчаных буграх и сопках. Передний край его обороны проходил по южной кромке "Больших Песков", по южным и юго-западным скатам высоты "Зеленая", шел по западному скату сопки "Песчаная" в 4 км восточнее горы Дунгур-Обо, далее пересекал речушку Хайластын-Гол в 4-6 км от ее устья и продолжался на север, проходя по западным скатам высоты Фуи, что наши называли 'высотой - Палец". Правый фланг упирался в государственную границу в районе озера Одон-Hyp.