Читать онлайн «23я бригада - 2 (СИ)». Страница 38

С 1 мая 1940 года в небе над монгольской границей начался новый этап воздушной войны.

В 15.40 1 мая монгольские летчики на И-15бис встретились с противником над горой Хамар-Даба. 19 монгольских истребителей вступили в бой с 16 японскими самолетами, потеряв при этом сбитыми 8 самолетов монголам удалось отогнать японских ассов.

На следующий день 29 монгольских истребителей взлетели с аэродрома Тамцак-Булак, чтобы прикрыть переправу через Халхин-Гол. Здесь их встретили 12 японских самолетов. В завязавшемся ожесточенном воздушном бою 5 монгольских истребителей были сбиты и 2 повреждены. 3 летчика погибли, остальным удалось благополучно приземлиться с парашютами.

За следующих два дня воздушных боев потери монгольской авиации, в составе которой не оказалось летчиков с боевым опытом достигли критической цифры 30 истребителей и 17 погибших пилотов. Японская авиация за пять дней боев потеряла всего шесть машин. Такие потери оказались неожиданными и для неприятеля, и для советского командования.

Командующий 57-м особым оперативным корпусом советских войск в Монголии всерьез озаботился положением в монгольском небе. 4 мая у него состоялся нелицеприятный разговор но прямому проводу с Наркомом обороны маршалом Тимошенко, который высказал большое неудовлетворение Москвы потерями монгольской авиации и приказал осуществлять все вылеты для прикрытия приграничных войск только совместными боевыми группами монгольских летчиков на И-15бис, а советских ассов на И-185.

Меры были приняты самые радикальные, пришлось увеличивать численность советской авиации в Монголии. На полевых аэродромах в районе Тамцак-Булака и Халхин-Гола были переброшены дополнительные эскадрильи И-185 и там расположилось уже 132 советских самолета. К тому же на полевых аэродромах в районе Халхин-Гола была переброшена целая дивизия монгольских летчиков численностью в 180 самолетов И-15бис. Все боевые вылеты теперь осуществлялись совместными группами, и советские самолеты висели в верху, прикрывая действия более юрких монгольских И-15бис у земли.

Не смотря на принятые решительные меры по приказу Зинченко монгольские летчики должны были составлять не более 30% самолетного состава при осуществлении совместных вылетов и в основном использоваться только для прикрытия аэродромов и путей доставки припасов не допуская внезапного нападения японских истребителей на ключевые объекты обороны в тылу.

Японцы же по нашим разведданным имели в районе конфликта всего 175 истребителей и 140 бомбардировщиков. Теперь воздушные силы сторон по боевому составу стали примерно равными, но советское командование всерьез надеялось на превосходство новых артиллерийских И-185 над японскими истребителями.

По приказу Зинченко общее руководство авиацией в районе реки Халхин-Гол, где были сосредоточены 72, 22-й и 56-й истребительно-авиационные полки, 150, 38-й и 56-й смешанные бомбардировочные полки стало осуществляться штабом авиационной группы во главе с комкором Смушкевичем Я.В., которому также было передано управление и Монгольской авиацией.

12 мая в небе над Халхин-Голом начались упорные воздушные бои, в которых с каждой стороны участвовали уже по несколько сотен самолетов. В этот день 70 советских истребителей поддерживаемых 30 монгольскими истребителями столкнулись со 120 японскими ассами. Противник не выдержав шквала 23-мм пушек И-185 вынужден был отступить в Маньчжоу-Го, потеряв 41 машину. Потери советской авиации в том гигантском воздушном сражении составили 11 самолетов, а монголы потеряли 14 машин, при этом погибли 9 летчиков, в том числе командир 22-го истребительного полка майор Глазыкин Н.Г.

Следующий этап ожесточенных воздушных боев произошел 14 и 15 мая. Соотношение сил было равным - примерно по 50-60 самолетов с каждой стороны. Итогом этих двух воздушных боев стала утрата японцами 25 своих истребителей, мы потеряли всего 4 самолета И-185 и 12 монгольских самолетов И-15бис.

К этому времени стало абсолютно очевидно, что слабо обученные монгольские пилоты на достаточно стареньких, вооруженных только двумя 7,62 мм пулеметами истребителях И-15бис на равных с японскими самолётами воевать не могут и по приказу Москвы монгольские пилоты от участия в боевых действиях были отстранены и направлены на тыловые аэродромы для продолжения обучения и повышения общего количества часов налета.

Командование Квантунской армии, естественно, не могло примириться с кардинально изменившейся ситуацией в воздухе. Генерал-лейтенант Мориги, командовавший императорской авиацией в районе Халхин-Гола, подписал приказ, который гласил: "Для того, чтобы одним ударом покончить с главными воздушными силами Внешней Монголии, которые ведут себя вызывающе, приказываю внезапным нападением всеми силами уничтожить самолеты противника на аэродромах Тамцак-Булака, Баин-Тумена, у озера Байн-Бурду-Нур".

Эта операция могла бы решить исход воздушной войны в Монголии, но как иногда бывает на войне помог случай. Нашей паре ассов, что вели свободную охоту над территорией противника удалось сбить японский одномоторный связной самолет. Самолет упал на Китайской территории и один китайский крестьянин среди обломков сбитого японского самолета нашел портфель со штабными документами. Этот портфель китайские партизаны передали советскому командованию.

В числе документов обнаруженных в портфеле оказалась и копия приказа генерал-лейтенанта Мориги и карта с районами сосредоточения японской авиации.

Смушкевич подготовил и прекрасно осуществил на всех прифронтовых монгольских аэродромах комплексную операцию по маскировке. В поле были выставлены сотни макетов самолётов и топливозаправщиков, а сами самолеты были передислоцированы на запасные аэродромы. В местах старых аэродромов были поставлены радарные станции и подготовлены авиационно-зенитные засады. Но этих мер, как показали дальнейшие события, оказалось недостаточно.

Удар по местам базирования советской авиации оказался хорошо продуманным. Ранним утром 18 мая над аэродромами 22-го истребительного полка в окрестностях Тамцак-Булака появилось 43 японских бомбардировщика, которых прикрывало 80 истребителей. Служба воздушного наблюдения и оповещения аэродромов сработала отлично, и советские истребители своевременно взлетели с запасного аэродрома и встретили врага в воздухе. После получения сокрушительного удара от зенитной артиллерии, вражеские самолеты развернулись на обратный курс и вот тут их встретила наша авиационная засада. Во время воздушного боя советские летчики потеряли всего 12 машин, а японцы потеряли 8 бомбардировщиков и 26 истребителей, однако когда после разгрома врага наши самолеты пошли к своим скрытым аэродромам на дозаправку, оказалось, что в воздухе висел высотный японский самолет разведчик, и он смог выяснить координаты наших запасных аэродромов. Уже следующей ночью противник нанес сокрушительный удар по вскрытым аэродромам, и истребительные полки понесли значительные потери, на аэродромах было уничтожено 30 советских истребителей и 16 бомбардировщиков. В эту ночь японская авиация потерь не имела.

Этот налет на наземные позиции советской авиации оказался последним. ТОВАРИЩИ из Москвы выразили озабоченность и потребовали принять решительные меры, что бы прекратить потери советской авиации. Зинченко рвал и метал, его телефон постоянно отвлекал от работы, в ярости Зинченко сам натравил на командиров авиаполков следователей с НКВД.

Позорище какое, да что ты будешь делать? - психовал Зинченко - этим тупым уродам никакие правила не писаны, им сука по сотне телеграмм в сутки отправляешь с требованием усилить бдительность, а там, на местах всем всё по хрен. Расслабились после первой победы, и в мыслях даже, видите ли, у них не было, что мол 'японцы такие коварные', и подумать они, мол, не могли, что японская авиация обойдет нашу зону радиолокационного наблюдения и зайдет фактически с тыла.

Теперь по приказу штаба фронта в небе постоянно висели наши разведчики и отслеживали все передвижения японской авиации, а зона радиолокационного обнаружения была построена в круговом секторе наблюдения.