Читать онлайн «23я бригада - 2 (СИ)». Страница 32

Боевые действия у Номонхана, то есть у реки Хал-Хингол начались как то буднично. В начале, как и в реальной истории, были обычные провокации.

С 11 марта 1940 года к востоку от реки Халхин-Гол начались стычки разведывательного характера, продолжавшиеся до 16 марта.

11 марта на монгольский пограничный пост на спорном участке границы совершил налет отряд Маньчжурской (баргутской) кавалерии численностью до 300 человек, поддержанный 5-7 бронемашинами. Нападение было совершено при поддержке японской авиации. В результате нападавшие разбили у Номон-Хан-Бурд-Обо Монгольскую пограничную заставу в 20 конных бойцов-цириков и вышли к восточному берегу реки Халхин-Гол.

Подобное нападение на монгольские пограничные заставы западнее Дунгур-Обо повторилось 14 марта, только на сей раз удар был нанесен японской авиацией, которая совершенно беспрепятственно сбросила на расположение заставы 52 бомбы.

С этого дня развернулись активные боевые действия японской авиации, проводившей разведывательные полеты и бомбометание, им противостояли монгольские летчики на И-15бис. По всей границе монгольские пограничные заставы и посты подвергались пулемётному обстрелу с воздуха. Командование Квантунской армии стремилось заранее подготовить своих лётчиков к действиям в районе военного конфликта, ознакомить их с местностью. Во главе японской авиации стоял опытный ас Моримото, успешно действовавший в китайском небе. Под его командованием наносились многократные удары по военным аэродромам на монгольской территории. Однако появление у Монголии, хоть и устаревших, но всё таки, боевых самолетов требовало от японского руководства предпринимать активные отвлекающие маневры на второстепенных участках. Например, в небе появлялось 20-30 японских истребителей, которые активно маневрировали вдоль государственной границы. Им на перехват подходили монгольские истребительные эскадрильи и устраивали патрулирование границы параллельными курсами, а в это время в 100 километрах восточнее границу пересекали японские бомбардировщики, которые сбрасывали бомбы на беззащитные монгольские пограничные заставы, почти не получая никакого ущерба при ведении огня зенитных пулемётов.

После такой разведки боеспособности сил Монгольской Народно-революционной армии в восточной части страны японцы совершили настоящее вторжение с переходом государственной границы крупными военными группировками, и у этого вторжения была своя предыстория.

Еще в марте 1939 года японский Генеральный штаб направил в штаб Квантунской армии своих офицеров Гэрада и Хаттори из оперативного управления для планирования предстоящей операции, речь шла об операции в районе реки Халхин-Гол.

В апреле командующий Квантунской армией генерал К.Уэда отдал приказ ? 1488 'О действиях войск в приграничной зоне', установивший так называемые "Принципы разрешения пограничных конфликтов между Маньчжоу-Гo и СССР". Согласно четвертому параграфу приказа 1488, командиры воинских частей и даже подразделений Квантунской армии должны были сами "в случаях, если не ясно точное прохождение границы " определять самостоятельно, где должна проходить 'справедливая' линия государственной границы. При этом командирам всех степеней давалось право атаковать любого противника, который якобы нарушил новую - 'справедливую' границу Маньчжоу-Го. Одновременно в приказе генерала К.Уэды командирам приграничных частей было рекомендовано не втягиваться в крупные приграничные конфликты.

Появление приказа 1488 сразу же вызвало всплеск нарушений границ Советского союза и МНР японскими военнослужащими, которые при соприкосновении с пограничниками сопредельной стороны на "законном" основании пускали в ход оружие. Теперь многие нарушения советской границы выливались в вооруженные схватки. В приграничной полосе стали звучать не только винтовочные выстрелы, но и пулеметные очереди, и взрывы ручных гранат. Однако при каждом боестолкновении советские пограничники упорно удерживали занимаемые позиции и вынуждали противника отступить. Все это было следствием усиления советских пограничных застав танкетками с 12,7 мм пулеметами, 50 мм ротными минометами и 14,5 мм противотанковыми ружьями и доведения численности застав до штатной численности обычной стрелковой роты. Для своевременного маневра силами и средствами в состав каждой пограничной комендатуры были включены резервные роты на бронеавтомобилях БА-6 усиленных 82-мм миномётами.

Командование Квантунской армии заранее продумало и обустроило театр предстоящих боевых действий на восточных границах Монголии. Строились новые казарменные и складские помещения. Спешно достраивалась железная дорога из Солуни на Халун-Аршан и далее на Ганьчжур. Новая железная дорога велась через Большой Хинган, а затем шла параллельно монгольско-маньчжурской границе. Эти пути позволяли осуществлять быструю переброску войск к границам МНР и к территории советского Забайкалья. Советское руководство, анализируя разведданные всё еще не могло определить направления главного удара японо-маньчжур в Монголии, поэтому никаких активных действий инженерному оборудованию рубежей прикрытия Монгольской границы не предпринимало.

После нападений с земли и с воздуха на монгольские пограничные заставы японский командир 23-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Мититаро Камацубара 15 марта 1940 года отдал подчиненным частям приказ "уничтожить войска Внешней Монголии в районе Номонхана", то есть все части, расположенные на восточном берегу реки Халхин-Гол. Выполнение этого приказа японские войска начали в ночь на 16 марта 1940 года, на год позже, чем это произошло в реальной истории, при этом речь шла уже не о рядовом нападении на монгольскую пограничную заставу.

Два кавалерийских эскадрона японо-маньчжур нанесли удар вдоль берега реки Халхин-Гол, оттеснив монгольских пограничников, пытаясь срезать далеко идущую в степь часть монгольской территории. На следующий день 15 японских бомбардировщиков нанесли удар по 7-й погранзаставе, разрушив ее постройки. Монгольские истребители И-15бис, что были подняты с аэродромов по тревоге попросту не смогли догнать японские бомбардировщики, и из-за ограниченного радиуса полета, были вынуждены вернуться на свои аэродромы базирования. В результате этого нападения три цирика (монгольские солдаты) были убиты, а 25 военнослужащих Монголии получили ранения.

Монгольское правительство выдвинуло из Улан-Батора к горе Хамар-Даба сводную оперативную группу 6-й кавалерийской дивизии в составе: 2-х моторизированных полков, сводного кавалерийского дивизиона и артиллерийского дивизиона. О событиях на монгольской государственной границе у реки Халхин-Гол было доложено и в Москву.

В принципе ситуация начала складываться также как и в реальной истории, однако всё еще не удавалось установить силу и направление главного удара японцев по Монголии, они тупо срезали выступ и не пытались переправиться на противоположный берег реки Халхин-Гол.

Для оказания помощи Монгольским пограничникам приказом полномочного представителя СССР в Монголии из числа 11 танковой дивизии 57-й оперативной группы Советских войск в Монголии была сформирована механизированная батальонно-тактическая группа, которая была передана под полное оперативное управление монгольскому генералу. На прикрытие монгольской границы прибыло 24 танка БТ-5, батарея 76 мм буксируемых артиллерийских орудий и батарея 45 мм противотанковых пушек, а также две зенитно-артиллерийские батареи счетверенных 12,7 мм самоходных установок на базе грузовых автомобилей и батарея 85 мм зенитных орудий.

В первом эшелоне войск прикрытия границы действовала первая ротно-тактическая группа советских войск под руководством заместителя командира стрелково-пулеметного батальона капитана Быкова.

17 марта посла Японии господина Того пригласили на прием к Народному комиссару иностранных дел СССР товарищу Молотову В.М., который от имени Советского правительства сделал официальное заявление: 'Я должен предупредить, что всякому терпению есть предел, и прошу посла передать японскому правительству, чтобы больше этого не было. Так будет лучше в интересах самого же японского правительства. Имеется бесспорный факт, что японо-маньчжурекие части нарушили границу МНР и открыли военные действия, есть точные данные, что это нападение на территорию МНР совершили японо-маньчжурские войска и самолеты. Мы с этим мириться не будем. Нельзя испытывать терпение монгольского правительства и думать, что это будет проходить безнаказанно. Мое заявление находится в полном соответствии с Пактом о взаимопомощи между СССР и МНР'.