Читать онлайн «Украинский легион». Страница 95

25 февраля 1945 года Дьяченко перевез украинцев из Берлина в городок Нимек для дальнейшего формирования и обучения. Здесь был сформирован первый батальон бригады в составе трех учебных рот, унтер-офицерской, пулеметной, минометной и хозяйственных рот. Каждая сотня состояла из 5 взводов, в каждом из которых состоял 21 человек. Командиром каждого взвода был офицер либо унтер с правами офицера и два его заместителя. Такая организация являлась обычной структурой для… немецких воздушно-десантных частей.

Особую «статью» представляло собой наличие в составе формирования 4-й роты, кадрами которой были 32 бывших повстанца из УПА, присоединившиеся к бригаде в районе Глаца. В процессе формирования бригады сразу же возникла «вечная» для всех комплектующихся восточных частей проблема — нехватка офицерских и унтер-офицерских кадров. Решить проблему удалось лишь частично привлечением престарелых эмигрантских кадров. Старики-офицеры после первых же часов занятий в поле «исчезали» в казармах и больше уже не выходили на занятия. Возраст брал свое. Другой проблемой были 16–17-летние «моторные хлопцы», объединенные в 3-й батальон.

В городках Глаце и Нимеке личный состав бригады проходил обучение в соответствии с программой, написанной самим П. Дьяченко. Немцы в ход занятий не вмешивались. Основная тяжесть учебного процесса легла на плечи начальника штаба бригады, майора Владимира Хладича (Гладича). Под его руководством личный состав вскоре после начала занятий снискал похвалу немецкого руководства.

1-й батальон имел на вооружении автоматические штурмовые винтовки «штурмгевер», второй — обыкновенные карабины «маузер». Пулеметчики располагали двумя тяжелыми пулеметами, минометчики — двумя минометами.

Помимо организационных трудностей, существовала реальная угроза быстрой переброски формирования на фронт. Для скорейшей и полной украинизации бригады и с учетом продвижения союзников в глубь Германии Шандрук отдал приказ Дьяченко провести принятие присяги военнослужащими бригады 23 марта 1945 года.

В этот день в торжественной обстановке военнослужащие бригады приняли присягу. В ее тексте отсутствовали клятвы верности Гитлеру и рейху. После произнесения слов присяги каждый солдат подходил к престолу, целовал крест и Евангелие, становился на колени и целовал знамя бригады и произносил: «Присягаю!»

4 апреля 1945 года генерал Шандрук вместе с доктором Ф. Арльтом выехали в штаб-квартиру главнокомандующего фельдмаршала Ф. Шернера с прошением о включении 2-й дивизии УНА в состав немецких войск и ее обеспечении всем необходимым. Шернер делегацию принял, выслушал и направил Шандрука к генералу фон Штрахвицу, который не только дал согласие на включение дивизии в состав своей группировки, но и выделил ей новые казармы, куда дивизия должна была прибыть через пять дней. Графа Штрахвица Шандрук пригласил посетить расположение 1-й бригады, чем тот и воспользовался. При посещении украинского формирования на графа Штрахвица неизгладимое впечатление произвела учебная рота, которую возглавлял майор Хладич. По признанию графа, такой дисциплины, четкости и порядка он не наблюдал с 1941 года. Штрахвиц посетил два батальона, признал их образцовыми и приказал сформировать моторизованную роту, для которой выделил мотоциклы. По его приказу рота должна была быть готова к немедленному прибытию на фронт.

Между тем фронтовая обстановка требовала выдвижения на линию огня все новых и новых резервов. Вопреки решению Штрахвица вышестоящее немецкое командование выделило 2-й бригаде участок по обороне предместий Бранденбурга.

3 апреля 1-ю бригаду 2-й дивизии УНА эшелонами перебросили на фронт близ города Глаца. К штабу бригады были прикомандированы немецкие майор Мартин, капитан и два унтер-офицера, которые вплоть до окончания переброски бригады из своих вагонов не выходили и делами не интересовались. По свидетельству самих украинцев, эта команда связи в основном «сражалась» с горилкой, получить которую могла только с разрешение генерала Дьяченко.

По состоянию на 12 апреля бригада имела следующее расписание:

• 1-й батальон (лейтенант Фуре) в составе 3 рот (1–3),

• 2-й батальон (хорунжий Хладич) в составе 3 рот (4–6),

• 3-й батальон (хорунжий Старовойт),

• батальон тяжелого оружия,

• моторизованная сотня (хор. Иваненко),

• хозотдел (хор. Яременко),

• взвод жандармерии (сотник Сокальский),

• санитарный взвод.

• Роты (сотни) бригады были скомплектованы по принципу землячеств: 1-я состояла из миргородцев, 2-я — из уроженцев Лубенщины, 3-я — черниговцев.

Многие отделения состояли не только из уроженцев одной области и района, но и родственников.

До г. Бауцена бригада не доехала, т. к. первый же эшелон, на котором перевозились штаб бригады, 1-й батальон и моторота, был обстрелян пулеметным и артиллерийским огнем в 12 километрах от города. Быстро покинув вагоны, украинцы спешились и заняли близлежащие к железнодорожной магистрали высоты.

В это же время пришло известие, что Бауцен окружен, но его гарнизон еще держится.

От близлежащих немецких инстанций был получен приказ занять наиболее подходящие для обороны позиции и не допустить расширения прорыва фронта. В целом бригада вошла в состав корпуса «Герман Геринг». После прибытия второго эшелона бригада установила контакт с соседями. На фронт были выдвинуты два батальона, третий был в резерве.

17 апреля бригада получила приказ провести разведку сильным подразделением в направлении Бауцена и попытаться установить связь с окруженной группировкой. Передовой отряд был скомплектован из 4-й роты, мотопатрулей и 2-й роты. Группа солдат из 2-й роты сумела прорваться в Бауцен и доставить в расположение бригады из города двух фольксштурмовцев.

Одновременно с удачным началом боевых действий начались проблемы внутренние. Из подчинения вышла 4-я рота, в составе которой были бывшие члены УПА. Припертый свидетельствами однополчан, командир роты Кириленко признался, что имеет указание от представителя Украинской головной вызвольной рады при штабе генерала Шандрука любыми способами не ввязываться в бой. Таким образом, этот офицер имел фактически двух командиров и не знал, кому из них подчиняться. Дьяченко лично предупредил уписта, что, если еще раз проявится неготовность исполнить приказ, он будет расстрелян.

22 апреля вечером 3-я рота перешла в наступление и выбила противника с его позиций и заняла близлежащую станцию. В бою были взяты 12 военнопленных и вагон с табаком.

23 апреля бригада в составе двух батальонов развернула наступление и, встречая незначительное сопротивление, продвинулась на 5 километров в направлении автобана Бауцен — Дрезден. Ситуация осложнялась отсутствием связи с соседними немецкими частями.

27 апреля с утра автобан наполнился отступающими немецкими обозами и деморализованной пехотой. В это же время в бригаду прибыл командир и отдал приказ о наступлении 2-й и 3-й ротам. Пройдя немного вперед, роты попали под интенсивный артобстрел. Противник перешел в контрнаступление и прорвал линию обороны залегшей 1-й роты, чем создал угрозу прорыва в тыл бригады. С передовой в штаб ушло донесение о создавшейся опасной обстановке.

Генерал Дьяченко, получив донесение, выехал на «Фольксвагене» в штаб бригады и мобилизовал там всех, кто мог держать в руках оружие, включая немцев — водителей грузовиков. Дьяченко лично повел их в атаку на прорвавшегося неприятеля. Под натиском тыловиков передовые линии советской пехоты начали отход. Развивая успех, Дьяченко приказал 5-й и 6-й ротам перейти в наступление, поддержанное прибытием и вводом в бой шести немецких 37-мм зенитных автоматических пушек. Локальный успех способствовал развитию наступления. Противник сдавался. К 11 часам утра бригада взяла в плен 300 рядовых, 10 офицеров (в основном младших лейтенантов) и… комдива Войска Польского полковника Лилевского. Трофеями стали 4 противотанковых орудия, 5 полковых минометов, около 20 пулеметов, 200 подвод с различным войсковым имуществом.