Читать онлайн «Основы дипломатической службы». Страница 84

Попытки противников действительного разоружения прикрыть свое нежелание двигаться вперед бесконечными дискуссиями по отдельным техническим деталям контроля не раз разоблачались советской и другими делегациями. Участие в переговорах представителей нейтралистских стран оказало существенную помощь в выявлении и устранении искусственных препятствий к соглашению по ряду вопросов и помогало подготовить разумные компромиссы по отдельным вопросам. Особенно это сказалось при рассмотрении вопроса о прекращении испытаний ядерного оружия, когда восемь нейтралистских государств— членов Комитета внесли 16 апреля

г. компромиссный меморандум, в котором высказались против проведения обязательных международных инспекций за подземными испытаниями. Советское правительство уже 19 апреля поддержало эту основу для дальнейших переговоров. США и Англия отвергли этот меморандум и тем самым показали нежелание идти к заключению соглашения о запрещении всех испытаний ядерного оружия (включая и подземные). Уже в то время становилось ясно, что при таком подходе западных держав нельзя будет добиться соглашения о прекращении всех испытаний и что надо искать возможности заключения хотя бы частичного соглашения, что и было сделано в результате инициативы Советского Союза в году.

В Комитете 18-ти вследствие негативной позиции западных держав по ряду основных вопросов разоружения не удалось достичь каких-либо соглашений по главным вопросам, но ход переговоров позволил выявить позиции сторон, предварительно согласовать некоторые общие положения проекта договора и показать Генеральной Ассамблее ООН (которой Комитет докладывал о своей работе) и широкой общественности причины главных затруднений, облегчив возможности выработки некоторых новых предложении для устранения затруднений и продвижения вперед.

На XVII и XVIII сессиях Генеральной Ассамблеи ООН советская делегация показала свою готовность устранить выявленные в ходе переговоров в Комитете 18-ти расхождения по ряду вопросов (в частности, в вопросе о сохранении в процессе разоружения так называемого «ядерного зонтика» из ограниченного числа ракет у СССР и США для известной гарантии взаимной безопасности, а также в вопросе о методике сокращения обычных вооруженных сил и вооружений). Однако западные делегации такой готовности не проявили. Это является лишним доказательством действительных намерений каждой из сторон. Опыт многосторонних переговоров (с участием представителей нейтралистских стран) в Комитете 18-ти может оказаться полезным на последующем этапе развития международных отношений.

После длительных переговоров СССР с США Англией и Францией о прекращении испытаний ядерного оружия, после переговоров по этому вопросу в 1962—1963 годах в Комитете 18 государств по разоружению, когда выяснилось. что ввиду позиции западных держав невозможно заключить соглашение о запрещении всех испытаний ядерного оружия, Советское правительство напомнило о своей готовности заключить договор о прекращении ядерных испытаний в трех средах — в атмосфере, в космосе и под водой. При этом было подчеркнуто, Что, поскольку западные державы заявляли неоднократно о ненужности какой-либо инспекции для контроля за прекращением этих испытаний, имеется возможность без промедления заключить соглашение на этот счет. Одновременно была выдвинута идея о том, чтобы вместе с заключением соглашения о прекращении испытаний был заключен пакт о ненападении между странами Варшавского Договора и странами, входящими в НАТО. В результате переговоров по дипломатическим каналам было согласовано, что для обмена мнениями по этим вопросам в Москву прибудут специальные представители правительств США и Великобритании.

14 июля 1963 г. эти представители — заместитель Государственного секретаря США А. Гарриман и министр по вопросам науки Великобритании лорд Хейлшем — прибыли в Москву. 15 июля они были приняты Председателем Совета Министров, который изложил А. Гарриману и лорду Хейлшему соображения Правительства СССР относительно договора о прекращении испытаний ядерного оружия в трех средах, а также договора о ненападении между НАТО и странами Варшавского Договора.

В дальнейшем почти каждый день в МИД СССР происходили встречи министра иностранных дел СССР А. А. Громыко с А. Гарриманом и лордом Хейлшемом. В этих встречах, которые носили неформальный характер (без протоколов и т. п.) с обеих сторон, участвовали советники. После каждой встречи публиковалось краткое коммюнике, которое отражало определенные этапы обмена мнениями между участниками встреч. Так, после второй встречи 17 июля в коммюнике говорилось, что ее участники «достигли прогресса в подготовке некоторых положений соглашения о запрещении ядерных испытаний в атмосфере, в космическом пространстве и под водой», а о встрече 20 июля говорилось уже, что министры и их советники «обсуждали проект соглашения о запрещении ядерных испытаний». Другими словами, если при первых встречах имел место общий обмен мнениями и обсуждались отдельные положения будущего возможного соглашения, то через несколько дней речь шла уже о конкретном проекте соглашения. Действительно, Советское правительство уже в самом начале переговоров внесло свой проект договора о запрещении ядерных испытаний в трех средах, а представители США и Великобритании — свой проект такого договора. В ходе переговоров был выработан текст договора, который включал положения как одного, так и другого проектов, причем появились и некоторые новые статьи и положения.

По настоянию советской стороны, например, в преамбулу договора была включена фраза: «Провозглашая своей главной целью скорейшее достижение соглашения о всеобщем и полном разоружении», что подчеркивало дальнейшее направление и главную задачу борьбы в интересах укрепления мира. В преамбуле и ст. 1 было также указано на то, что участники договора будут стремиться «к запрещению навечно всех испытательных ядерных взрывов, включая все такие взрывы под землей», что имело важное значение для последующих усилий государств с целью полного запрещения всех ядерных испытаний.

Немаловажное значение имело и то положение ст. 3 договора, в котором говорилось, что он будет «открыт для подписания его всеми государствами». Эта формула впервые в послевоенное время была внесена США и Великобританией в международный договор, ибо, как правило, западные державы не допускали подписания договоров государствами, которые ими не признавались или которые не были членами ООН и специализированных учреждений ООН. Благодаря такой формуле Германская Демократическая Республика, например, получила законное право подписать этот важный международный документ, что она и сделала уже 8 августа, то есть в первый же день открытия договора для подписания.

Наряду с работой над договором о запрещении ядерных испытаний на встречах министров и их советников шло обсуждение вопроса о заключении пакта о ненападении, проект которого был представлен советской стороной. В результате обсуждения было согласовано положение совместного заключительного коммюнике от 25 июля, в котором говорилось: «Главы трех делегаций обсудили советское предложение относительно Пакта о ненападении между участниками Организации Североатлантического Договора и участниками Варшавского Договора. Три Правительства согласились полностью проинформировать своих соответствующих союзников в двух организациях относительно этих переговоров и проконсультироваться с ними о продолжении обсуждения этого вопроса с целью достижения удовлетворительного для всех участников соглашения». Таким образом, США и Великобритания взяли на себя обязательство вернуться к обсуждению вопроса о пакте после консультации со своими союзниками по НАТО, чтобы завершить его удовлетворительным для всех соглашением.

После выработки приемлемого для трех держав текста договора о запрещении испытаний ядерного оружия в трех средах он был парафирован (т. е. на тексте договора были поставлены инициалы представителей государств — его участников) 25 июля представителями СССР (А. Громыко), США (А. Гарриманом) и Великобритании (лордом Хейлшемом), после чего последние вылетели в свои столицы, чтобы доложить о результатах переговоров своим правительствам. После докладов А. Гарримана и лорда Хейлшема правительства США и Великобритании одобрили текст договора и- командировали соответственно Государственного секретаря США Д. Раска и министра иностранных дел Великобритании лорда Хьюма для подписания договора в Москву. 5 августа 1963 г. в Кремле состоялось подписание договора министрами СССР, США и Великобритании в присутствии руководителей партии и Советского правительства. На подписании присутствовал также специально приглашенный тремя правительствами Генеральный секретарь ООН У Тан.