Читать онлайн «Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность». Страница 66

В 1861 г., по смерти отца, Александра, в возрасте 18 лет, сделалась по обычаю в среде духовенства «невестой с местом», т. е. место священника в приходе города, которое занимал ее отец, могло быть занято только лицом, которое женится на дочери. Такое грубое насилие и принудительное соединение судьбы двух лиц из-за места возмутили Александру, и она упросила своего брата Валериана, уже бывшего священником, занять место отца, а сама осталась жить у него и открыла домашнюю школу. В 1866 г. в Нижнем открылось женское епархиальное училище, и Александра Викторовна поступила туда воспитательницей; жизнь ее пошла однообразно и тихо за рукоделием и чтением книг. Она была застенчивая и замкнутая, но в ней жила беспокойная мысль и горячая жажда знаний. Она была общей любимицей учениц, а у сослуживцев пользовалась уважением как чрезвычайно прямой, честный и отзывчивый на все хорошее человек.

В этом училище Александра Викторовна прослужила восемь лет и уже начала терять надежду на перемену своей жизни, когда судьба свела ее с Потаниным; последний жил в ссылке в г. Никольске Вологодской губ., и туда же был сослан ее брат Константин Лаврский из Казани, инициатор устройства студенческой столовой и редактор либеральной «Камско-Волжской газеты». Александра Викторовна приехала со своей матерью из Нижнего, чтобы повидаться с братом, который сдружился с Потаниным. Гости прожили в Никольске неделю у Лаврского, и Потанин почти каждый день бывал у них.

Иногда все уходили за город в лес, и горожанка Александра Викторовна восхищалась близостью к природе и завидовала ссыльным; она считала себя узницей в худших условиях в стенах епархиального училища.

После отъезда гостей началась, как мы уже упоминали, деловая переписка между Лаврской и Потаниным по поводу организации последним метеорологических наблюдений в Никольске; постепенно она перешла в интимную и закончилась тем, что Александра Викторовна с матерью и сестрой приехала опять в Никольск и вышла замуж за Григория Николаевича. Она осталась у него до конца срока его ссылки, а затем переехала с ним в Петербург и готовилась принять участие в первом путешествии в Монголию в 1876 г.

По отзыву писателя Ядринцева, друга Потанина, Александра Викторовна в то время была высокой сухощавой блондинкой с подстриженными волосами и тонким, певучим голосом. Она была скромная, застенчивая, одевалась очень просто; в обществе была молчалива, мнения и суждения ее были сдержанны, но метки и остроумны. Она отличалась тонкой наблюдательностью, давала весьма удачные характеристики и определяла людей сразу. Эти качества оказались очень ценными для путешественницы; ее знание жизни и проницательность имели большое значение для Потанина, отличавшегося недостатком практичности и чрезвычайной доверчивостью.

В путешествиях Александра Викторовна обнаружила замечательную выносливость и неутомимость, хотя перед первой экспедицией казалась слабой и малокровной. В ее слабом теле оказался большой запас нервной энергии, воли и способности преодолевать трудности. Она ездила на равных условиях с членами экспедиции мужчинами, качаясь целый день на верблюде или сидела в седле на лошади, которая шла шагом под палящим солнцем, под дождем или в морозные дни под холодным ветром. Вечером ночевала в общей палатке или юрте, согреваясь у огонька, довольствуясь скудной и грубой походной пищей, и спала на земле на тонком войлоке. При ночевках в юртах кочевников ей приходилось мириться с их нечистоплотностью, с насекомыми, с немытым котлом для супа и чая, с чашкой, которую не моют, а вылизывают. На китайских постоялых дворах она ночевала на жестком и горячем кане рядом с мужчинами, иногда вместе с погонщиками и носильщиками, в тесноте, тяжелом воздухе и шуме, довольствовалась пищей китайца. А в этих условиях после дневного перехода, откладывая отдых, нужно было помогать мужу в ведении дневника, в записи наблюдений, в приведение в порядок собранных за день коллекций, аккуратном раскладывании растений в листы гербария или перекладывании их в сухую бумагу.

Присутствие женщины среди членов экспедиции всегда привлекало большое внимание местного населения, особенно в Китае, где женщина, не говоря уже об обычаях, стеснена в значительной степени и в свободе передвижения своими изуродованными ногами. Это особенное внимание часто было тягостно. Чтобы уменьшить его, пришлось отказаться от женского костюма, вообще не удобного для верховой езды, и носить полумужской.

Во время трудных переходов в горах Александра Викторовна получила жестокий ревматизм, особенно мучивший ее в последнее путешествие.

Случались и ночевки под открытым небом, например при больших безводных переходах через Гоби, когда останавливались на несколько часов, не разбивая палаток, а также зимой на снегу во время путешествия по Урянхайской земле. Бывали дни, когда в экспедициях кончались запасы хлеба и сухарей и приходилось прибегать к корням, выкапываемым из нор полевых мышей. Износившиеся европейские костюмы приходилось заменять туземными.

Особенно мучителен был описанный в XIII главе переезд через Монголию из Кяхты в Калган в начале последнего путешествия в тряском экипаже на переменных лошадях. После этой поездки у Александры Викторовны в Пекине начались приступы сердечной болезни, которая и свела ее в могилу в возрасте всего 50 лет. А длинный переезд в телеге из Пекина в Си-ань-фу по скверным дорогам зимой, с ночевками в холодных комнатах постоялых дворов, когда приходилось мерзнуть днем в телеге и вечером в комнате, согреваясь и отравляясь у жаровни с углем, не досыпая из-за того, что приходилось вставать в 3—4 часа утра в ожидании выезда, способствовал развитию этой болезни.

Помимо того, что Александра Викторовна постоянно помогала Григорию Николаевичу в работе и поддерживала в нем бодрое настроение, ее присутствие в составе нескольких экспедиций увеличивало их значение еще и потому, что она как женщина имела доступ в семейный быт местного населения, часто строго замкнутый для постороннего мужчины. Она бывала в гостях у жен монгольских князей и китайских чиновников, у китайских мусульман; наблюдала их быт и нравы, беседовала с ними и записывала свои наблюдения. Это дало ей материал для самостоятельных литературных работ, которые она писала во время перерывов между путешествиями и печатала в сибирских и центральных журналах и газетах. Ее отдельные очерки, содержавшие путевые впечатления, характеристики жизни и быта различных народностей Азии, описания празднеств в монастырях Монголии и городах Китая являются хорошим дополнением к отчетам Потанина, в которых этой стороне путешествия часто уделено мало внимания.