Читать онлайн «Захвачены в бою. Трофеи русской армии в Первой мировой». Страница 76

10 июня отличились кавалеристы 3-го Конного корпуса, в течение дня захватившие у мест. Кымплунг 11 пулеметов. 15 июня Ингушский и Кабардинский конные полки в районе Тлумач (у дер. Езерлны) захватили пулеметы и 7 германских орудий.

15 июня проявили себя бойцы 61-го пехотного Владимирского полка — подпрапорщик Никонов и старший унтер-офицер Файницкий, «захватившие действующий пулемет, убив 2 пулеметчика противника» ^{597}.

Трофеи 2-го армейского корпуса за 21 и 22 июня составили: «пулеметов 29, бомбометов 6, минометов 3, орудие одно 1,5-дюймовое, более 5000 винтовок и баллоны с горючей жидкостью» ^{598}.

21 июня части 7-го Туркестанского стрелкового полка взяли тяжелую батарею противника: «…по дороге на д. Градье прапорщик Носков с группой стрелков настиг неприятельскую батарею из 3 тяжелых орудий, которую защищали несколько австрийцев с пулеметами. Стрелки окружили австрийцев и открыли огонь; австрийский офицер, защищавший батарею, произвел два выстрела в упор в прапорщика Носкова, захватившего орудие, ранив его дважды, но тут же сам был убит на месте. Орудия остались в наших руках» ^{599}.

Блестящее дело ждало русскую конницу под мест. Волчецк. 23 июня германские батареи, успев сделать лишь несколько выстрелов, были атакованы русской кавалерией. Очевидец вспоминал: «Нам пришлось видеть поле атаки Новомиргородских улан (17-й уланский полк. — А.О.) на деревню… спустя несколько часов после атаки. Трупы улан и лошадей лежали главным образом вдоль двух канав, не широких, но с крутыми отвесными берегами, прокопанных вдоль домов. Очевидно, здесь лошади заминались… вот эти-то приостановившиеся в своем стремлении всадники и их лошади и были убиты из окон домов германскими пехотинцами. Там, где поле было чистое, атака пронеслась почти без потерь» ^{600}.

16-й и 17-й уланские, 17-й и 18-й гусарские полки взяли следующие трофеи: 16-й уланский Новоархангельский полк — 4 гаубицы, 17-й уланский Новомиргородский полк — 7 легких орудий и 17-й гусарский Черниговский полк — 3 тяжелых орудия.

Документ сообщал: «Уланской бригадой (16-й кавалерийской дивизии. — А.О.) во время конной атаки у Волчецк взято не 5 орудий, как указывалось ранее, а 6-орудийная крупповская батарея; кроме того, при преследовании взяты четырехорудийная батарея и 3 тяжелых орудия ^{601}.

23 июня у Галусии и Оптово Верхнеудинский казачий полк Забайкальской казачьей дивизии, атакуя в конном строю, захватил не только 400 пленных, но и 5 орудий. А на следующий день забайкальцы и донцы 17-го полка в конной атаке взяли 6 пулеметов.

24 июня сотня 1-го Читинского полка Забайкальского казачьего войска в районе станции Миновичи захватила 6 пулеметов, 11 запасных стволов, 24 ящика с патронами, 2 дальномера, 4 револьвера, 7 винтовок и 20 лошадей с полными вьюками.

1-й бригадой 77-й пехотной дивизии за 21–23 июня были захвачены 7 орудий, 10 пулеметов и 4 бомбомета. 11-й армейский корпус взял 13 пулеметов и 1 горное орудие.

Брались материальные трофеи и в июльских боях — например,

2 июля в ходе конной атаки частями 3-го Конного корпуса под сел. Альтжучком было взято 7 австрийских орудий.

В ходе наступления 11-й армии на р. Липа в боях 2–4 июля части 10-й пехотной дивизии захватили 8 пулеметов, 7 бомбометов, более 3 тыс. винтовок ^{602}, а в боях 7–8 июля — 2 пулемета, 2 бомбомета, 4 орудия ^{603}.

Так, 7 июля был захвачен 1 пулемет и 1 бомбомет 46-й ландверной пехотной дивизии. Во втором часу ночи 8 июля был захвачен 1 пулемет 31-го ландверного полка. Отличились части 38-го пехотного Тобольского полка.

Подразделения 40-го пехотного Колыванского полка захватили в с. Смолява 4 брошенных австрийцами орудия.

Во 2 часу 8 июля через р. Липу у с. Липа переправился 27-й пехотный Витебский полк, а у с. Новостав — 28-й пехотный Полоцкий и 26-й пехотный Могилевский полки, захватившие 3 пулемета.

7 июля части 101-й пд в 13 час 45 мин начали переправу, а затем бросились через проходы в проволочных заграждениях на штурм австрийских позиций. Несмотря на сильный огонь и большие потери, 403-й и 404-й пехотные полки, захватив окопы противника, вошли в лес. 401-й пехотный полк, переправившись через реку и прорвав позицию противника, начал двигаться на запад к д. Перемель, зачистив австрийские окопы и захватив пленных.

В этот период были захвачены австрийские орудия: когда 404-й пехотный полк вошел в рощу, стоявшая за ней австрийская батарея снялась с позиции и рысью понеслась в северном направлении. Русская артиллерия обстреляла ее беглым огнем. Ездовые бросили пушки и вместе с расчетами сбежали. Орудия были захвачены.

Форсирование р. Стырь и прорыв обороны противника частями 101-й пехотной дивизии вынудили австрийцев оставить свои позиции не только на левом берегу Стыри, но и на правом берегу р. Липы и на Новоставских высотах. Данное обстоятельство значительно облегчило положение соседних соединений, которые форсировали р. Липу и заняли Новоставские высоты (7-я, 10-я пехотные дивизии) и р. Пляшевку (105-я пехотная дивизия).

Трофеями 101-й пехотной дивизии стали 6 орудий, много винтовок и пулеметов, несколько траншейных орудий и большое количество военного имущества.

6-я Сибирская стрелковая дивизия, разгромив германскую 108-ю пехотную дивизию, захватила 23 орудия и 7 пулеметов (13 орудий, 3 пулемета — трофеи 21-го Сибирского стрелкового полка) ^{604}.

8 июля 6-я Сибирская стрелковая дивизия захватила 2 орудия и 2 пулемета.

13 июля 11-я армия продолжала наступление своим правым флангом и отбросила австрийцев к западу, захватив за один день боя 16 легких и 14 тяжелых орудий.

Л.В. Ветошников отмечал: «В результате этих боев 11-й армии удалось не только сорвать австрийский план контрудара группы Марвица, но и отбросить противника на запад, выпрямив свой фронт и захватив много пленных. Войска 11-й армии подошли вплотную к Бродам, захват которых являлся вопросом лишь некоторого времени» ^{605}.

Значительные трофеи захватили русские гвардейцы у с. Трыстень. Участник боя вспоминал: «Тяжело раненный взятым им в плен командиром австрийской роты взводный 8-й роты Федор Попов, рядовые Шевелев и Головизнин сопровождают в тыл к полковнику Курлову первые трофеи, захваченные 8-ю ротой: пулемет, офицера и 134 австрийца… Подпоручик Збиковский — бесстрашный рыцарь, поляк, страстно любивший Россию и полк, бросается во главе своей роты на бьющий в упор пулемет, убивает пулеметчика и падает сам, застреленный германским офицером. 2-й батальон с тремя офицерами, под командой полковника Ядыгина, преодолевал такое же отчаянное сопротивление, как и 13-я и 14-я роты, и шел на батареи.

Справа, из-за домов Владимировки, еще стреляло одно полевое орудие “Е”. Полурота 7-й роты, во главе с прапорщиком Меньшовым, бросилась к орудию и захватила его и прислугу.

Левее у самого конца Владимировки батарея “И” внезапно открыла огонь на картечь и начала косить наши цепи. Подпоручик Шелин со своею 5-й ротой бросился в атаку, в штыки. Разъяренные стрельбой в упор, люди перекололи всех артиллеристов и бросились на офицера, — он застрелился у всех на глазах… Полковник Ядыгин ведет лично на батарею “Ж” 7-ю роту и остатки 8-й под командой уже раненного в руку ефрейтора Пейко… Стремительным ударом он берет батарею, идет дальше на тяжелую батарею “З” и падает, сраженный насмерть осколком гранаты с какой-то батареи, выручавшей своих. Роты, без офицеров, проходят батарею с 4 тяжелыми орудиями, на бетонных площадках, нарываются на ружейный и пулеметный огонь» ^{606}.