Читать онлайн «Первый и последний. Немецкие истребители на западном фронте 1941-1945». Страница 85

На Тегеранской конференции Рузвельт нашел возможность переговорить об этом лично со Сталиным. Эллиот, сын президента, был горячим защитником этой идеи. В конце концов после многих возражений Сталин, по-видимому, согласился, но проходили месяцы, а ничего не происходило. В феврале 1944 года после длительных переговоров со Сталиным Гарриман добился желаемого. Кремлевский диктатор объявил о своем намерении оборудовать шесть аэродромов, способных принять 200 американских бомбардировщиков, а также их истребительное прикрытие, но в то же время он отказался от создания подобных сооружений в Сибири для проведения стратегических налетов против Японии.

После такого сигнала к началу генерал Спаатс незамедлительно послал военную миссию в Россию. Первоначальное обещание о шести базах сократилось до трех, причем состояние всех трех было очень плачевным Их местоположение было таким Полтава, Миргород, Пирятин, при этом, вопреки желанию американцев, все они лежали слишком далеко к востоку. На протяжении апреля и мая, пока там начинались работы по расширению и ремонту, американские конвои шли через Атлантику и Персидский залив, чтобы доставить туда необходимые боеприпасы, оборудование, топливо и все, в чем нуждаются бомбардировщики. Русские предоставили людские ресурсы, но в меньшем количестве и не столь квалифицированные, как того требовали американцы. Тем временем была приблизительно назначена дата вторжения, причем от скоординированных американских налетов с запада и востока надеялись получить особый эффект, подобный шоку.

В конце мая после долгих и нудных формальностей, потребовавшихся для въезда 1200 человек американского наземного персонала, три советских аэродрома были готовы принять первые американские бомбардировщики. Операция "Неистовый Джо" могла начинаться. Так как 8-я американская ВА была полностью занята подготовкой к вторжению, то приказ совершить первый налет был дан 15-й ВА. Генерал Иэкер, командующий военно-воздушными силами США в Средиземноморье, лично летел в авангарде сил, состоявших из 130 "Летающих крепостей" под прикрытием 70 истребителей "мустанг", которые поднялись в воздух 2 июня. Целью являлся Дебрецен в Венгрии. Однако первоначально планировались налеты на авиационные заводы в Риге и Милеце в Польше, и в качестве более или менее жеста вежливости Спаатс запросил русских о том, согласны ли они с выбором таких целей. Москва же сильно возражала против этого. Шла долгая дипломатическая неразбериха, однако Москва стояла на своем. Она предлагала цели в Венгрии и Румынии, хотя для выбранных Москвой целей не было нужды приземляться в России Очень недовольные, американцы приступили к операции. Экипажам были даны строгие указания, как себя вести, когда они встретятся со своими братьями по оружию из Красной армии. Никакого панибратства! Безупречное поведение! Никаких политических бесед ни при каких обстоятельствах!

Все авиачасти после полета, протекавшего без происшествии, приземлились как на параде. Один из самолетов взорвался во время полета по необъяснимой причине. Москва объявила об успешном завершении первого челночного рейда между Италией и Советским Союзом.

11 июня соединение вернулось назад в Италию. Но в Германии ожидаемый эффект, подобный шоку, не наблюдался, видимо, оттого, что вихрь начавшегося вторжения заглушил новости об этом событии. И только тогда, когда американцы 21 нюня повторили операцию в то время как часть сил отсоединилась от крупномасштабного налета 8-й ВА на Берлин, мы внезапно заинтересовались и обратили на это внимание.

По всей видимости, первые новости, касавшиеся этого события, доставил "Не-177", который летел следом за американским соединением, не упуская его из виду. Германское командование действовало с невероятной быстротой: 200 немецких бомбардировщиков 4-го (стратегического) авиакорпуса рано вечером 22 июня поднялись в воздух с их базы в Восточной Польше с целью произвести нападение на эту столь важную и достойную внимания цель на расстоянии в 1000 км. Наши части освоили технику ночных налетов в виде потока бомбардировщиков при помощи самолетов наведения и световых сигналов, которую англичане довели до совершенства. Погода была благоприятной, оборона слабой. Без каких бы то ни было потерь немецкие бомбардировщики сбросили свой груз бомб па самолеты, стоявшие с мирной беззаботностью на аэродроме в Полтаве: 43 "Летающие крепости", 15 "мустангов" и несколько советских самолетов были уничтожены, также было повреждено еще 26 самолетов. 300 000 галлонов топлива, доставленного с таким трудом через полмира, сгорело в огне, при этом один американец и двадцать пять русских погибли. На следующий день Миргород и Пирятин также подверглись налетам. Хотя американцы на этот раз спрягали свои самолеты в безопасное место, были уничтожены боеприпасы и топливо. Германские военно-воздушные силы доказали еще раз свою способность вести стратегические военные действия.

Правда, это была последняя успешная операция такого рода. 23 июня советские войска начали крупномасштабное наступление, которое никак не удавалось остановить так, что все силы люфтваффе на Восточном фронте были призваны на помощь армии.

Однако налеты на Германию по-прежнему несли смерть, даже без использования русских баз. Почти каждый день и едва ли не каждую ночь совершались тяжелые пакеты, большей частью в количестве более 1000 бомбардировщиков. Немецкие города один за другим превращались в руины. В своих воспоминаниях "Бомбардировщик" Гаррис говорит: "Необходимо подчеркнуть, что за исключением Эссена, где нашей целью были вообще одни заводы, в ходе сражения за Рур разрушение самих заводов, которое осуществлялось в невиданных масштабах, можно рассматривать как бы в виде вознаграждения. Основные цели обычно находились прямо в центре города". Таким образом, в большинстве немецких городов разрушалась именно их центральная часть с их столетней или даже тысячелетней культурой, тогда как современные промышленные районы, во всем мире похожие друг на друга, хоть и поврежденные, но оставались более или менее нетронутыми.

Для точных или прицельных налетов лучше всего подходили летние месяцы с их ясной погодой и хорошей наземной видимостью. До конца июня только на одни наши заводы синтетического топлива было сброшено 20 000 тонн бомб с момента начала вторжения, и в течение июня сокращение производства горючего уже явно было помехой в плане проведения военных операций. Производство топлива упало с 927 000 тонн в марте 1944 года до 715 000 тонн в мае и до 472 000 тонн в июне того же года.

Американские истребители, оказывая содействие бомбардировщикам, приступили к свободной охоте за нашими запасами топлива, нападая по отдельности на транспорты с горючим и хранилища. В Лондоне была создана совместная комиссия для борьбы против немецких запасов горючего с целью координации отдельных операций союзников. Для того чтобы противостоять этим постоянным и тяжелым опустошительным налетам, Шпеер создал "специальный штаб Гейленберга", который с помощью армии из 350 000 рабочих, в основном иностранцев, занимался реконструкцией и децентрализацией заводов по производству синтетического топлива, строя широко разбросанные и хорошо замаскированные новые сооружения. После войны американские эксперты говорили, что союзники просто не могли не восхищаться той скоростью и той основательностью, с которыми проводились эти работы. Естественно, что в этой армии присутствовали вражеские агенты разведслужб, своим числом превышавшие численность полка.

Тем временем на участке вторжения стратегические бомбардировщики союзников посылались в бой только в особо важные точки. Так. 18 июля 1600 тяжелых и 350 средних английских и американских бомбардировщиков приняли участие в особенно ожесточенном сражении под Сен-Ло. За несколько минут на поле битвы было сброшено 7700 тонн бомб, это была одна из самых тяжелых бомбардировок в ходе войны. Несколько дней спустя фон Клюге доложил Гитлеру результаты совещания командующих. Столкнувшись с таким полным воздушным превосходством, нельзя было ничего поделать, кроме как отойти назад. Доклад заканчивался следующими словами: "Психологическое воздействие на сражающиеся войска, в особенности на пехоту, обусловленное непрерывными бомбардировками, — как раз тот фактор, который заставляет серьезно задуматься над этим".