Читать онлайн «1000 лет русского предпринимательства Из истории купеческих родов». Страница 93

Его наследники зятья – Владимир и Леонид Георгиевичи Лопатины, ибо у Александра Алексеевича не было мужского поколения, продолжали с успехом Локаловское дело до 1912 года, когда его продали хлопчатобумажникам и банкирам братьям Рябушинским. В этот момент мануфактура имела 19 364 веретена мокрого прядения, 996 веретен сухого прядения и 312 крутильных при 934 механических ткацких станках и при полном комплекте отделочных машин. Общее пространство земли, занятою фабрикою, составляет около 82,5 десятин, и, кроме того, при фабрике имеется лесных дач до 3 500 десятин. Фабрика вырабатывала ежегодно около 140 000 пудов пряжи номеров от № 2 по № 150 и выделывала до 212 000 кусков полотняного и салфеточного товара на сумму до 4 000 000 рублей. Работой на фабрике занято всего 3 475 человек, из коих взрослых мужчин – 1 530, женщин – 1 649 и подростков обоего пола – 178.

С переходом мануфактур к братьям Рябушинским приступлено к расширению всех отделов, а для ткацкой выстроен особый одноэтажный с верхним светом корпус. Установка новых машин еще не закончена.

Ч.М. Иоксимович

Малютины

Раменская фабрика «П. Малютина сыновья», в течение целого полустолетия славившаяся как своим техническим совершенством, так равно и особенными заботами по благоустройству быта рабочих, имеет во многих отношениях интересную историю. Когда в двадцатых годах прошедшего столетия в России стала нарождаться мануфактурная промышленность, князь Владимир Сергеевич Голицын в своем имении, на берегу озера при селе Раменском Бронницкого уезда Московской губернии основал большую барскую фабрику. Отсутствие технических познаний у предпринимателя, с одной стороны, и подневольный труд, с другой – привели к печальным результатам: дело, как и на всех барских фабриках, несмотря на бесплатный труд, шло плохо, убыточно; в течение 6–7 лет фабрика дважды выгорала. Сознав свое бессилие, как фабриканта, князь Голицын в середине тридцатых годов фабрику вместе со всеми рабочими сдал в аренду некоему Хайлову, в руках которого она пробыла тоже недолго.

В 1843 году Раменская фабрика перешла в аренду к братьям Михаилу, Павлу и Николаю Семеновичам Малютиным. Главным руководителем всех фабричных дел был П. С. Малютин (1792–1860), который сумел и подневольного крестьянина приохотить к работе. Управление техническою стороною Раменской бумагопрядильной фабрики, как и на всех почти фабриках того времени, находилось в руках англичан. Будучи человеком незаурядного ума и крепкой воли, Павел Семенович не мог питать симпатии к иностранному элементу, да еще далеко не первого сорта: в течение 10 лет он сменил пять директоров. Несмотря на противодействие со стороны директора – англичанина, Павел Семенович в 1851 году пригласил к себе на фабрику молодого русского технолога. Это был Ф. М. Дмитриев, только что окончивший курс в Петроградском технологическом институте. Дмитриев, несмотря на юный возраст, вскоре приобрел полное доверие со стороны Павла Семеновича; не прошло и пяти лет, как он уже становится ответственным директором на фабрике, по тому времени значительных размеров. Хорошо поставленное дело, несомненно, приносило большие барыши, но расширять его размеры сверх имевшихся 23 ООО веретен Малютины не находили для себя возможным:

Голицыны не соглашались продать свою фабрику, а Павел Семенович находил для себя рискованным возводить большие постройки на чужой земле; и Раменская фабрика до шестидесятых годов оставалась прежних размеров.

Братья Павла Семеновича были бездетными, и потому после их смерти он становится единственным владельцем фабрики. Кроме тех высоких качеств, которыми обладал сам Павел Семенович как промышленный деятель, успеху дела способствовали в большой мере и умело выбранные непосредственные помощники – сотрудники: Петр Семенович Гальцов и Федор Михайлович Дмитриев. Первый из них был преданнейшим слугою Торгового дома Малютиных; будучи человеком большого ума и такта, он в течение сорока лет был главным руководителем коммерческой части всего предприятия; это положение он занимал, как при самом Павле Семеновиче, так и при его наследниках, до самой смерти (1883 год). Что же касается Ф. М. Дмитриева, то это был замечательный человек и удивительный администратор, у которого не одно поколение инженеров училось искусству управлять большими промышленными предприятиями, который своей работой показал, что русские инженеры нисколько не будут уступать иностранцам, если со стороны наших промышленников они встретят к себе сочувственное отношение, а административная и филантропическая деятельность Федора Михайловича послужила живым образцом для нашего правительства при введении фабричных законов в 80х и 90х годах прошлого столетия. Многолетний сотрудник Федора Михайловича по Раменской фабрике Петр Семенович Гальцов называет его «гордостью не только дома Малютиных, но и всего нашего отечества». И действительно, вся научная (с 1869 по 1882 год), как профессора Московского Императорского технического училища, так и практическая его деятельность, как директора Раменской мануфактуры, заключала в себе идею сблизить интересы промышленника с благосостоянием рабочего класса.

Из незаурядных сверстников и сотрудников, Ф. М. Дмитриева и П. С. Гальцова, заслуживает доброй памяти и друг Федора Михайловича – А. А. Филатов, по профессии счетовод и кассир на Раменской фабрике. Усвоив в детстве одну лишь простую грамоту, Александр Алексеевич путем самообразования поднял себя настолько, что интересовался научными вопросами в области естествознания и истории, любил изящную литературу, интересовался философией. Появление в Раменском Ф. М. Дмитриева было праздником, оживлением для Александра Алексеевича; оба они благоговели перед всем чистым, возвышенным. Вскоре друзья идеалистыпрактики пришли к мысли о необходимости внести свет в рабочую среду – учредить в Раменском школу для малолетних рабочих. Но для этого нужно было преодолеть немало препятствий, из которых главным было – согласие помещика и затем материальная поддержка Павла Семеновича Малютина. Все было устранено, и 15го января 1859 года счастливый Александр Алексеевич был уже учителем огромной школы в 250 человек. Ученики делились на 2 смены по 125 человек в каждой. Ежедневные занятия, по 1–2 часа, велись в школе по системе Ланкастера, и, по свидетельству посетившего эту школу профессора М. Я. Киттары, успехи превзошли его ожидания. Несомненно, Раменская школа была знаменательным явлением того времени.

Сеяние разумного, доброго, начатое Ф. М. Дмитриевым и А. А. Филатовым, принесло добрые плоды: вскоре Раменская школа выросла в огромную школу, с 10–20 учителями, для которой Малютины выстроили прекрасное помещение; для надлежащей постановки учебного дела пригласили в руководители одного из видных московских педагогов Н. В. Кашина, который руководил и другою школою Малютиных при их Купавенском химическом заводе. По Раменской школе, как по живому образцу, начали впоследствии устраивать свои школы Морозовы и другие провинциальные фабриканты.

Когда же в 1866 году фабрика с прилежащей к ней землей была куплена наследником Павла Семеновича, Семеном Павловичем, расширение производства быстро пошло вперед; в конце 1868 года в новом здании были пущены в ход 31 116 новых веретен, а в следующем году – 80 ткацких станков. В 1876 году фабрика имеет уже 69 000 веретен и 675 самоткацких станков, количество которых в 1880 году доходит до 1 000 станков, а число прядильных веретен подымается до 98 000 штук; выработка же товаров достигла 268 500 пудов пряжи и 560 000 кусков суровых тканей. Эти последние увеличения фабрики произошли после смерти Семена Павловича.

Громадное по своим размерам и чисто русское дело, Раменская мануфактура была, безусловно, прочною только в руках первого поколения семьи Малютиных у Павла Семеновича и у его первого сына Семена Павловича. Что же касается остальных трех братьев: Михаила, Николая и Павла Павловичей, то в их руках оно больше шло по общему промышленному течению, по инерции данного основателями твердого и верного хода, при содействии таких надежных рулевых, как Ф. М. Дмитриев и П. С. Гальцов, которые твердою и верною рукою направляли доверенный им громадный корабль к намеченной цели. Со смертью этих одухотворителей фабрика резко изменяет весь темп своей жизни и как бы замирает на 10 лет. Так, в 70х и 80х годах два старших владельца фабрики Михаил и Николай Малютины были далеки от дел; первый из них, постоянно живя за границею, ограничивал свое участие в делах лишь огромными на себя тратами, так, например, за один 1878 год он сумел прожить 1 395 000 рублей; второй же, хотя и жил в России, но мало интересовался раменскими делами, будучи человеком с большим самомнением, подпадал под влияние льстивых людей, куривших фимиам пред ним, вследствие чего постоянно делал большие ошибки во вред делу.