Читать онлайн «История Руси». Страница 86

Стоит заметить, что Нарсе, имея еврейское происхождение по материнской линии, считался "полноценным" евреем и действительно мог быть главой еврейской общины в основанном им городе Хорезме-Кяте (в особенности потому, что его тесть являлся главой еврейской общины всего Ирана)140. К VIII веку эта община, естественно, должна была играть немалую роль в Хорезме.

В самом начале VIII века в Хорезме совершается государственный переворот. Известнейший современный узбекский историк Я. Г. Гулямов говорит о нем следующее: "...в Хорезме, по-видимому, образовалась большая и сильная социальная группировка, возглавляемая Хуразадом (иначе - Хурзад, родственник Чагана - тогдашнего правителя-хорезмшаха.- В. К.) и пользовавшаяся всей полнотой власти, в то время как власть хорезмшаха носила номинальный характер... Вероятно, смысл борьбы хорезмшаха и... Хуразада, опиравшегося на низшие слои дехкан (феодалов.- В. К.) и военнослужилое сословие, заключался в борьбе за власть, которая происходила между отживающим старым дехканством и новой системой". А к этому моменту Арабский халифат уже подчинил себе южную часть Средней Азии и не раз пытался - хотя и тщетно - захватить Хорезм. Крупнейший тогда арабский полководец Кутейба ибн Муслим в 709 г. овладел Бухарой и готовился к походу на Хорезм. Но в это время, оказавшись в безвыходном положении, "хорезмшах Чаган обратился к Кутейбе с жалобой на своего... родственника Хуразада... Кутейба с тысячью конников неожиданно явился к Чагану... Собрав войско, Хуразад принял сражение с Кутейбой, но попал в плен. Убив Хуразада, хорезмшах Чаган обратился к Кутейбе... с просьбой помочь ему расправиться с людьми Хуразада"141. В результате Хорезм оказался, наконец, в подчинении у Арабского халифата и, в частности, вынужден был позднее принять мусульманство,- хотя Кутейба поставил у власти (под арабским протекторатом) шаха из хорезмской династии.

Обратимся теперь к концепции С. П. Толстова. Он прежде всего обратил внимание на сообщение великого ученого-хорезмийца Бируни (973-1048), который писал о подавлении переворота в Хорезме, совершенного под руководством Хуразада: "И всеми способами рассеял и уничтожил Кутейба всех... ученых, что были среди них"; эти ученые, отметил С. П. Толстов, "фигурируют под именем хабр (множ. ахбар), а это имя и в древнем, и в современном арабском имеет только одно значение - еврейский ученый, ученый раввин"142. Ясно, что эти самые "хабры" играли очень существенную роль в перевороте, совершившемся в Хорезме. В другой работе С. П. Толстов говорит: "Расправа Кутейбы с учеными Хорезма, беспрецедентная для этого этапа истории завоевания Средней Азии и особенно странная в связи с союзом завоевателя с местной, остающейся немусульманской династией, позволяет предполагать наличие союза между мятежными общинами и каким-то слоем местной интеллигенции, являвшейся идеологом движения". А поскольку этой "интеллигенцией" были "хабры", то есть еврейские ученые, именно иудаизм (возможно, по мысли С. П. Толстова, "не вполне "ортодоксальный", приближенный к зороастрийским верованиям самих хорезмийцев") стал "идеологией мощного социального движения, возглавленного Хурзадом... и жестоко подавленного призванными хорезмшахом арабами... И не могло ли арабское завоевание привести к массовой эмиграции хорезмийских иудаистов в Хазарию?.. Хазарско-еврейское предание Кембриджского документа143, говорящего о воинственных иудеях-изгнанниках, делящих с хазарами боевые труды и, в конце концов, выдвигающих из своей среды царя-реформатора (утверждающего господство иудаизма в Хазарии.- В. К.), гораздо более вяжется с нашей гипотезой о потерпевших поражение в борьбе с арабами иудаизированных хорезмийцах-повстанцах, чем с гипотезой о еврейских купцах-миссионерах из Причерноморья или Закавказья". И далее об этих "повстанцах"-эмигрантах: "Изгнанные из Хорезма, они, опираясь на хазар, создали "новый Хорезм" на Волге в виде Итиля, может быть, на месте какой-нибудь очень старой хорезмийской колонии или фактории, на месте пересечения трех путей (двух сухопутных и одного морского) из хорезмийских владений в Восточную Европу: на волжский водный путь и на Северный Кавказ, Дон и Черноморье"144.

Нельзя не сказать еще и о том, что, по убеждению С. П. Толстова, переворот Хурзада в Хорезме был связан с идеологическим наследием знаменитого иранского движения конца V-VI века, вошедшего в историю под названием маздакизма (от имени его вождя - Маздака)145. Это было "социалистическое" или "коммунистическое" по своей направленности движение, преследующее цель установления экономического равенства и общности имущества - вплоть до обращения в "коллективную собственность" женщин (поскольку богатая знать владела большими гаремами); в качестве одного из образцов "хилиастического социализма" движение маздакитов характеризуется в известном труде И. Р. Шафаревича146.

В глазах С. П. Толстова существенное доказательство связи переворота Хурзада с маздакитской "традицией" состояло в том, что, согласно сообщению арабского историка Табари, Хурзад "расправился с хорезмийской знатью, отнимая у нее имущество, скот, девушек, дочерей, сестер и красивых жен"147 (именно эта последняя "мера" вызывала особенное возмущение у противников маздакитов). С. П. Толстов усматривает определенное единство в целом ряде восстаний и движений "маздакитского" типа VIII-IX веков в данном регионе: помимо хорезмийских событий 712 года, речь идет о движениях Абу Муслима в Мерве (747 г.) и Сумбад-Мига в восточном Иране (с 775 г.), восстании "краснознаменных" в Горгане (с 778 г.; это едва ли ни первое в истории "обретение" красного знамени!), мятежах Муканны (с 770 гг.) в Бухаре и Бабека (с 816 г.) в Азербайджане и так далее.

Хорошо известно, что в "первоначальном" движении самого Маздака большую и очень активную роль сыграла значительная часть иранских иудеев во главе с эксилархом (главой общины) Мар-Зутрой (этот сюжет освещен в ряде исторических исследований)148. После разгрома движения маздакитов многие из них, в том числе и иудеи, бежали в Среднюю Азию и отчасти также на Кавказ; именно в потомках этих эмигрантов видят идеологов перечисленных выше движений VIII века - Абу Муслима, Муканны, "краснознаменных" и других; притом, помимо позднейшего (IX век) восстания Бабека в Азербайджане, дело идет о движениях именно в Средней Азии. И поэтому едва ли прав Л. Н. Гумилев, безоговорочно утверждая, что "уцелевшие маздакиты бежали на Кавказ... Связанные с маздакитским движением евреи тоже удрали на Кавказ... и очутились они на широкой равнине между Тереком и Сулаком"149 - то есть именно там, где через столетие с лишним сложился иудаистский Хазарский каганат.