Читать онлайн «История религий. Том 1». Страница 69

В сложившейся обстановке необходимо было сформулировать и отстаивать какие-то новые мировоззренческие позиции, противопоставлявшиеся церковному христианству. Здесь-то и возникали затруднения, вытекавшие из того, что в революционном лагере в этих вопросах, как и во многих других, не было единого мнения. Разногласия обусловливались классовой природой тех группировок, которые составляли третье сословие, и философско-политической ориентацией их идеологов.

Основное разногласие проходило по линии «деизм — материализм». Первый не отвергал веру в бога и проповедовал «естественную религию». Второй требовал отказа от веры в какие бы то ни было сверхъестественные силы и признавал возможным поклонение лишь разуму и философии. Особенно остро выявилось разногласие между этими двумя ориентациями в тех горячих дискуссиях, которые происходили по данному вопросу в Конвенте и в Якобинском клубе в 1793 г.

Атеистические позиции наиболее активно отстаивали руководители Парижской коммуны 1789–1794 гг. Ж. Эбер, П. Шометт, А. Клоотс. Деистические идеи поддерживал Робеспьер. По отдельным вопросам Конвент оказывался не в состоянии отразить напор эбертистов, или, как их называли, бешеных, и принимал предложенные ими мероприятия, носившие, как правило, декларативно-символический характер. Так, по предложению Клоотса было принято решение о сооружении памятника Ж. Мелье — «первому священнику, отрекшемуся от сана и религии» ²⁹. В остальном же политика и официально провозглашавшаяся идеология оставались двойственными.

С одной стороны, совет Коммуны осуждал и запрещал все религиозные культы. В решении Генерального совета от 23 ноября 1793 г. было записано: «Все существующие в Париже церкви или храмы всех без исключения культов будут немедленно закрыты» ³⁰. Один из главных деятелей Коммуны, Жак Эбер, издавал и редактировал газету «Отец Дюшен», систематически высмеивавшую и разоблачавшую все религиозные суеверия. Вместе с тем специальным декретом учрежден был культ Разума ³¹. Атеисты, руководившие Коммуной, считали, что народным массам необходим объект поклонения, их воображению и эмоциональным переживаниям нужны внешние впечатления и образы, которые до сих пор доставлялись им религией и религиозными обрядами, проводимыми в торжественной обстановке храмов. В культ Разума был включен ряд символических церемоний, христианские церкви переименовывались в храмы Разума и обставлялись вместо икон и статуй святых бюстами деятелей революции. 20 брюмера (10 ноября) 1793 г. в соборе Парижской богоматери впервые проводился торжественный театрализованный праздник Разума ³².

С другой стороны, деистическое крыло идеологов революции, персонифицированное и, пожалуй, возглавлявшееся Робеспьером, не соглашалось на отказ от веры в бога и на провозглашение атеизма философской программой революции. В выступлениях Робеспьера в Конвенте и в Якобинском клубе пропагандировалась новая религия — культ Верховного Существа. В отличие от культа Разума, который вряд ли может считаться религиозным, здесь было нечто, имевшее прямое отношение к религии.

Робеспьер решительно высказывался против атеизма как мировоззрения, по его мнению, аристократического. Он отстаивал не только бытие бога как создателя мира, но и его деятельность в качестве управителя мира, субъекта «провидения». 7 мая 1794 г. Конвент по предложению Робеспьера принял декрет об учреждении культа Верховного Существа. Первый пункт этого декрета гласил: «Французский народ признает Верховное Существо и бессмертие души» ³³.

Буржуазная революция не нашла и не могла найти научно-последовательного пути своей борьбы с церковной контрреволюцией и с религией. Причиной этого было двойственное положение буржуазии в ходе революции. Ее идеологи и руководители предполагали, что в ходе исторического развития церковь и религия станут союзниками буржуазии в расстановке классовых сил капиталистического общества, ее оружием в борьбе за увековечение буржуазных порядков. Этим и определялась их позиция в рассматриваемом вопросе.

ПАПСТВО В XIX в. БУРЖУАЗНАЯ ПЕРЕСТРОЙКА ЦЕРКВИ

В начале XIX в. судьбы католической церкви оказались тесно связанными с деятельностью Наполеона и его претензиями на мировое господство.

Покончив с вольнодумными и атеистическими традициями Великой французской революции, Наполеон решил поставить католическую церковь себе на службу, для чего он должен был примириться с папством. Поэтому после завоевания Италии он повел переговоры с папой о заключении конкордата. В 1801 г. этот конкордат был заключен. Однако в последующие годы отношения между Наполеоном и папой оставались напряженными; в 1809 г. мир сменился открытой ссорой. Наполеон объявил Рим «свободным имперским городом», а папские владения — частью Французской империи. Тут же папа издал буллу, в которой отлучал от церкви Наполеона и всех, кто поддерживал его антицерковную деятельность. Император публично заявил, что из-за отлучения вряд ли выпадет оружие из рук его солдат, и приказал вывезти папу во Францию. После краха Наполеона Пий VII вернулся в Рим, и история папства как международной церковной силы была продолжена.

Первые полтора десятилетия дальнейшей его истории были периодом реставрации и укрепления папства после тех потрясений, которые ему пришлось пережить в наполеоновскую эпоху. Реакционный «Священный союз» делал все возможное, чтобы помочь католической церкви, и прежде всего он восстановил папское государство. В дальнейшем папы развернули активную деятельность, целью которой было поднять католическую церковь на средневековый уровень, позволявший ей претендовать на роль всемирного владыки. Апогеем этой деятельности явился созыв Пием IX в 1869 г. I Ватиканского Вселенского собора ³⁴. Разразившаяся вскоре франко-прусская война не дала Собору завершить свою деятельность, но он все же успел принять «Догматическую конституцию», в которой был провозглашен новый догмат о непогрешимости пап ³⁵. Принятие этого догмата вызвало оппозицию в рядах духовенства, хотя и представленную незначительным числом приверженцев. Под названием старокатоликов они откололись от папской церкви и в некоторых странах образовали свои независимые общины.

После того как войска Наполеона III, потерпевшего поражение в войне с Пруссией, оставили Италию, и в частности Рим, к стенам последнего подступила армия итальянского короля Виктора-Эммануила II. Папа собрался было выдерживать осаду, но несколько артиллерийских залпов по «священным воротам» заставили его капитулировать. Вскоре состоялся организованный властями Италии плебисцит среди населения папского государства по вопросу о том, сохранять ли его существование в дальнейшем. Чуть ли не единогласно население высказалось за его ликвидацию и за присоединение к Италии.

Светское государство католической церкви перестало существовать. «Заместитель Христа», заявивший, по Евангелиям, что «царство его не от мира сего», счел покушением на основы христианской веры то обстоятельство, что его лишили царства мира сего. Отказавшись вступать в какие бы то ни было переговоры с королем, предлагавшим ему в общем льготные условия соглашения, Пий IX объявил себя «ватиканским узником» ³⁶. Эта позиция была довольно удобна для пропаганды: можно было в массовых масштабах распространять лубочные картинки, на которых несчастный папа изображался в тюремной камере одетым в рубище и валяющимся на связке соломы. В действительности «узник» имел все для того, чтобы жить в роскоши и неге; кстати сказать, он этими возможностями не пренебрегал.

Ликвидация папского светского государства зримо выражала, так сказать, переход католической церкви из одной социально-экономической формации в другую: от феодализма к капитализму. Конечно, это не было единовременным актом. В течение всего XIX в. католическая церковь постепенно приспосабливалась к новым социально-экономическим и политическим условиям, а ликвидация сложившегося еще в средние века папского государства явилась решающим моментом поворота.