Читать онлайн «Азиатские христы». Страница 92

Только с Ария и можно считать достоверною обязательность фонетической грамотности для посвящения в епископский сан, а вместе с тем должно было возникнуть в феодально-безграмотном населении представление о священнике как о маге. Способность узнавать все, что говорил отсутствующий человек, при виде исцарапанного листа папируса (как греки переделали его первоначальное название бибилос, откуда и слово библия), должна была, конечно, казаться первобытному человеку несомненным сношением читавшего с каким-то сверхъестественным невидимым существом, нашептывающим ему содержание речи.

Является вопрос: не был ли Арий и тем первым человеком, который сообщил, что слова человеческой речи состоят из немного числа отдельных звуков и что, изобразив их рисунками предметов, имена которых начинаются с данного звука, можно слагать из их последовательности любую фразу речи.

Мне кажется, что это очень вероятно, и подтверждается моей астрономической проверкой всех древних греческих и латинских сообщений о солнечных и лунных затмениях, приведенных в IV томе «Христа». Там я указывал уже, что почти все начинающиеся с 400 года нашей эры, оправдываются астрономическим вычислением, а все описываемые до этого времени или фантастичны, или показывают принадлежность содержащих их документов, а с ними и событий много более позднему времени, чем 400 год нашей эры. От деятельности Ария до 400 года нашей эры прошло уже около 100 лет и при усердном содействии Ромейских императоров-теократов и обильных жертвоприношениях их магнатов, могла накопиться не одна сотня читающих и пишущих людей, а с ними стало возможным возникновение и сборников, вроде библейских книг Левитов, Чисел и Второзакония в их первичном виде и хроник императорских дворов и деяний самих императоров, и религиозных гимнов, и драматических пьес, вплоть до литургии.

И этот, обусловленный легкостью изучения звуковой азбуки, гигантской по тому времени скачок умственной культуры, должен был как и наши современные открытия передаваться, как заряд электричества по проволокам, по всем тогдашним путям сообщения, какими были тогда лишь реки, да морские берега. Случившийся в египетском городе Библосе (откуда и бибилос-папирус и Библия) взрыв впервые открывшейся для человеческого ума литературной и научной деятельности, перебросился, конечно, сначала в другие крупные центры торгово-административной жизни Великой Ромеи и более всего в Антиохию, и Константинополь. Из Антиохии по реке Оронто грамотность, вместе с арианством, хлынула на берега Евфрата, оттуда по реке Тигр в Багдад, Моссул (считающиеся за древнюю Ниневию) и Диарбекир, а по берегам Персидского залива, через Басру, недаром считавшуюся одним из центров мессианской учености средних веков, по берегу Персидского залива через гавани Абушер, Бендер-Аббаа, Чаубир Пассани и Карачи в устья Инда и прежде всего вверх по этой реке и ее притокам в Гайдарабад и Лагор. Оттуда через перевал открылись пути по притокам Инда в Дели и Калькутту и по Морокскому берегу в Индокитай, по рекам Иравади и Салуину и в долину Янцекианга, а оттуда по прибрежью Желтого моря в Корею и Японию и на запад по Тоанго и Амуру в Тибет и Монголию. И еще ранее этого, поток грамотной веры должен был идти из Инда по притоку в Кабул в Афганистане и через перевалы по реке Аму-Дарье в Бухару и Туркестан.

Мы видим, что путь арианской культуры был не так прямолинеен, как хотелось бы с первого взгляда, но ведь и электричество идет по проводам не во все стороны, а только туда, куда они ее ведут. А ведь греки, даже и в XIX веке являлись единственными путями для проникновения европейских путешественников во внутреннюю Африку. Припомните только путешествия Стэнли, Ливингстона и других. А ведь в средние века и вся внутренняя Азия была для европейских путешественников, миссионеров и даже завоевателей то же самое, что для нас была Африка в XIX веке. Ведь и в Америку и в Австралию европейская раса и культура ворвались исключительно по берегам морей и рек, а потому то же самое должно было произойти и для Азии, когда впервые ворвалась в нее арианская культура. Походы мифического Александра Македонского, как их до сих пор рисуют, [125] годны только для детей. А Ласса лишь позднейший пилигримский путь буддистов, возникший благодаря каким-нибудь явлениям природы, возбудившим суеверия.

Точно так же и в Европу арианство могло прийти из Царь-Града, только по притокам Дуная.

И лингвистические следы вполне подтверждают наш вывод о возникновении всех культов с претензией на философию и космографию из одной и той же головы Ария-Арона, египтянина, получившего свои первые откровения у подошвы Везувия и перенесшего их затем в Царь-Град вместе с открытой им или его неведомым учителем звуковой азбукой, делавшей его в глазах безграмотного императора и его безграмотного двора действительным магом и волшебником.

Не говоря уже о названии всего индо-европейского населения Арийцами (то же самое слово, как и ариане).

Мы видим в Малой Азии и Персии Коран, эту первичную Библию, у индусов и троицу-Тримурти, и Кришну-Христа, а затем и его отражение в мифе о Будде и Заратустре, да и о самом Конфуции, и все это показывает на то, что все эти религии только местные отголоски местного христианства IV и V веков, от которого уже далеко ушла современная православная теология, а азиатские отпрыски уклонились в другие стороны. Сравнительное изучение их историку религии на земле особенно важно потому, что только таким способом — отдирая все явно последующие уклонения и оставляя первоначальное (определенное таким по разным его признакам), мы из сравнения этих остатков сумеем восстановить и действительное состояние арианства и христианства в начале их возникновения и причины, по которым они так широко распространились ко времени крестовых походов и даже потом.

Глава III

Зенда-Веста — Святые Вести.

История их открытия и образчики их сказаний.

В 1762 году Западная Европа озарилась необыкновенным светом. В этом году была привезена в нее Анкетиль-дю-Перроном, как жемчужина со дна моря, как птица Додо с острова Мадагаскара, «древняя книга иранцев» — Зенда-Веста, содержащая учение мудреца Зоро-Астра (имя которого на балканской смеси языков значит Зритель Звезд [126]).

Найдена была эта книга в Индии, у парсов, называемых иначе гебрами. Первое их имя созвучно с персами, с которыми их и постарались отождествить, а второе созвучно с библейским словом гебер-еврей, с которыми их, однако, не отождествили.

Их теперь немного.

В начале ХХ века их было только около 80 000 человек, главным образом в Бомбее, где они занимаются и теперь торговлей и банкирскими операциями, составляя зажиточную группу населения. Говорят они на языке гузерати и очень склонны к европейской образованности. Кроме Индии, они имеются, конечно, в менее культурном виде, только кое-где в Персии в городах Иезде (около 4 000) и в Кермане (около 5 000), а в начале XIX столетия они еще существовали в незначительно числе и около «вечных огней» близ города Баку, до тех пор, пока пришедшие туда русские не потушили их огни, приспособив святые газы к промышленным целям добывания нефти.

Из всего этого видно, что они не нация, а одна из религиозных сект. Откуда же явились эти сектанты, или по крайней мере их учителя в Индию? Сопоставление их религии, в основе которой лежат храмовые жертвенники, где вечно поддерживается священные огни, с Бакинскими «вечными огнями», а также и некоторые другие указания, привели к заключению, что они переселились из Закавказья. Все это очень правдоподобно; из Балканского полуострова в Закавказье, а оттуда через Персию в Индию. Но почему же они не остались по всему этому пути до сих пор?

Они были вытеснены магометанами, — отвечают нам. — И это довольно правдоподобно, особенно если допустить, как мы сделали в VI томе, что истинным распространителем магометанства был не аравийский провожатый караванов между Меккой и Мединой, а Махмуд Гони, завоевавший под знаменем Корана к 1030 году нашей эры весь Иран. Все это явно указывает на средневековое происхождение Зоро-Астрова учения.