Читать онлайн «Ох, охота!». Страница 48

А. Степанов. Охотничья сцена

Появившиеся в мае телята через несколько минут после рождения, как и жеребята — вот что значит, жизнь — это бег! — встают на ноги. На вид они очень нескладные из-за длинных ног, несколько неуклюжие, как и все подростки, но через месяц усиленного кормления материнским молоком становятся гладкими, подвижными и ловкими. Иногда до следующего растела они не отстают от лосихи, а к двум годам становятся половозрелыми, самки огулива-ются, но самцы еще долго не участвуют в свадебных игрищах, а лишь наблюдают за ними со стороны. У быка обычно гарем из двух-трех разновозрастных самок, но рассказывают, встречаются и моногамные браки лосей, когда пара живет несколько лет, образуя чисто семейное стадо, что я вполне допускаю, ибо любовь — чувство весьма распространенное среди животных. В зимний период лоси сбиваются в стада, бывает до десяти-пятнадцати голов, возможно, чтобы совместно обороняться от волков. По наблюдениям очевидцев взрослые звери в этом случае встают в круг, прикрывая собой молодняк, и отбиваются копытами и рогами. И тут самое главное — выстоять, не рассыпать этого круга, и тогда волки отойдут ни с чем, дабы зализать раны и сделать следующую попытку, а лучше захватить врасплох и отбить теленка. Несколько раз мы отстреливали лосей с волчьми укусами — глубокими шрамами на задних ляжках, оставшихся от вырванных кусков кожи и мяса, а также с глубокими рубцами на ногах. То есть волк способен взять сохатого только сзади, почему он всегда старается быть к нему передом, поэтому в картинки, когда хищники нападают спереди и якобы хватают за горло, я не верю.

С хрущевских времен пытаются разводить лосей вольерным способом, и только из-за их молока, которое, говорят, омолаживает организм и продлевает жизнь. Якобы об этом кто-то из ученых рассказал Никите Сергеевичу, и ему захотелось жить вечно. И ладно еще, если это молоко лосихи; стремление к бессмертию наших вождей, политиков, а сейчас еще и олигархов привело к использованию стволовых клеток, получаемых из абортируемого материала, выкидышей и мертворожденных человеческих детей. Пока эти трупики будут востребованы, у нас никогда не будут препятствовать абортам и тем паче запрещать их. Теперь вдумайтесь в этот массовый, но благородно подаваемый факт каннибальства, и ужаснитесь, и подумайте, нужна ли человеку таким образом продленная жизнь? И человек ли он после этого?

Но вернемся к нашим сохатым. Так вот, на мой взгляд, содержание лосей на фермах дело бесперспективное, поскольку за прошедшие полвека эти животные так и не стали домашними, хотя уже несколько поколений рождены и выращены в неволе. В Вологодской области несколько лет назад был отстрелян лось с клеймом костромской лосиной фермы, то есть рожденный и выросший на ферме, привыкший принимать готовый корм, он не разучился находить пищу и жить в природе, как это происходит с хищниками, а преспокойно вернулся в родную стихию. Если бы было возможно одомашнить, наши предки приручили бы сохатых еще пятнадцать тысяч лет назад, как они приручили всех ныне живущих рядом с человеком животных и птиц. Не надо думать, что они не понимали ценности лосиного молока, а надо понять, что процесс одомашнивания диких животных закончился примерно в пятом тысячелетии до нашей эры и все попытки так же бесплотны, как попытки одомашнить пчел, которые живут рядом с человеком в приготовленных для них домиках, но до сей поры остаются дикими. Представители семейства оленьих вообще практически не приручаются, и те стада северных оленей, которые пасут пастухи и которые якобы считаются колхозными, как и пчелы, остаются вольными по сути, поэтому так часто отбиваются косяками и уходят к диким, и наоборот, дикие пристают к домашним. Разумеется, разводить лосей в неволе будут, коли есть спрос на молоко, якобы эликсир бессмертия, но никогда и никому не удастся низвести это гордое, вольнолюбивое животное до состояния мягкой и доброй буренушки с ромашкой в пасти (или во рту?).

Ведь почему-то наказывали старые люди — не приручайте диких животных…

Волк

Как и медведь, этот плотоядный хищник также был тотемным животным, о чем поведали нам легенды, сказки, устный фольклор, где человек часто оборачивается волком и наоборот. Пожалуй, последним князем-оборотнем был Всеслав Полоцкий, который, обратившись зверем, прорыскивал за одну ночь огромное расстояние, от Киева до Тьмутаракани, и, видимо, не зря он был в Киевской Руси единственным избранным Великим Князем, тогда как уже существовало наследственное право на престол. Сказочный волк практически всегда добрый помощник человеку; положительными качествами хищника — смелостью, силой, упорством — наделяют героев, и это теперь кажется странным, почитание волка у земледельческого, скотоводческого народа. И тут надо вспомнить историю еще более древнюю — вскормление молоком волчицы Ромула и Рема — основателей Рима.

А дело все в том, что волк это не просто хищник, не просто серый разбойник, коим он стал после смены идеологии на Руси — принятия христианства и превращения активного, энергичного, смелого и дерзкого «плотоядного» этноса в «травоядный». Только для травоядных волк — зверь разбойный, воспринимаемый как кара божья, кровожадный хищник; для плотоядных или всеядных это объект для подражания, символ выносливости и отваги. Это зверь, у которого нет в природе врагов, разумеется кроме человека. Травоядные племена, населявшие Апеннинский полуостров, никогда бы не построили Рима и Римской империи, если бы Ромул и Рем не вкусили молока волчицы и не получили бы фермент, изменяющий травоядную природу в плотоядную. Любопытно, что стало бы с основателями столицы мира, насосись они, к примеру, заячьего, самого жирного молока? И подпустила ли бы зайчиха человеческих детенышей к своему вымени?

Как бы мы ни тешили себя идеями гуманизма, но только плотоядные способны творить великое, осваивать огромные пространства, в том числе и космические, и строить империи. Даже не следует вспоминать великих завоевателей, достаточно посмотреть на США, где ратуют за свободу и справедливость в мире, однако сами с жадностью припадают к сосцам волчицы, не мытьем, так катаньем завоевывают этот самый мир и мечтают на своем Капитолийском холме о Третьем Риме.

А. Кившенко. Наперерез волку

Волк остается животным сакральным, несмотря на то, что мы об этом забыли. По народному поверью, если серых хищников вдруг появляется очень много, то это к войне. И старики сей факт подтверждают: перед всеми войнами и во время оных волчье племя дает сильный всплеск развития, то есть он выступает как предвестник. Как вы думаете, что это значит? Ведь известно, природа гармонична и нет в ней ничего лишнего, так почему или, точнее, для чего серые звери посылают нам такой сигнал? Что хотят сказать? Следует готовиться к войне? Или, может быть, перестроить свою мирную, травоядную природу в плотоядную хищную, дабы одолеть супостата?

Ф. Милославин. Охота на волка

Ответ лежит в области таких тонких материй, понимание которых мы уже утратили. В лучшем случае мы положительно относимся к волку, когда говорим, что он — санитар леса, и это единственная в нашем представлении созидательная роль зверя. Вероятно, у нас нарушилась цельность мировосприятия, в том числе и восприятие природного равновесия. Психология Мичурина «Не станем ждать милостей от природы…» глубоко проникла в сознание, и мы уверовали, что человек — царь, господин всей живой и не живой природы, способный переделать ее суть, и она, флора и фауна, существует нам в услужение. Вторая сторона медали — движение «зеленых», и хотя возникло оно, прежде всего, из политических соображений, однако же проповедует превосходство природы над человеком. То и другое ложно. Человек — разумная составляющая глобального природного цикличного процесса, замкнутого в тончайшем слое атмосферы, называемом биосфера. Вся живая и не живая природа, независимо от ее положения, имеет единую среду обитания. И разумеется, существует только благодаря постоянному взаимодействию. Если бы в этом процессе не нужны были хищники, будьте спокойны, они бы давно исчезли, как динозавры, и причина бы непременно нашлась. Но если уже на протяжении тысячелетий человечество борется, например, с волками самыми разными способами вплоть до яда, а они не исчезают, значит, их существование имеет острую необходимость для существования биосферы. Помните, как медведь, объявленный хищником и вредителем сельского хозяйства, был поставлен вне закона? И его били, как волка, круглый год, но перебить так и не смогли. Да слава Богу, опомнились! Человек истребил уже десятки видов животных, в том числе и хищников, на грани исчезновения тигры, снежные барсы и прочие, которых теперь охраняют, а численность все равно падает. Волков бьют кому не лень, а численность увеличивается, что должно бы насторожить, заставить задуматься, но нет, снова платят премии и самое парадоксальное — за смерть волка рассчитываются смертью лося: для стимулирования охоты за одного добытого серого дают лицензию на отстрел сохатого.