Читать онлайн «Страна золотых пагод». Страница 27

Многие бирманские сказки — переложение европейских. Например, сказка «О том, как билума похитила королевскую дочь» — вариант сказки о спящей принцессе, которую вернул к жизни полюбивший ее прекрасный принц. А сказка «О короле и его министрах» — пересказ «Голого короля», лишь с той разницей, что в европейской сказке действует плут-портной, а в бирманской — корзинщик, который принес во дворец обычную бамбуковую корзину и выдал ее за волшебную. «Кто умен, тот, забравшись в корзину, увидит царство натов», — объявил он придворным. А все остальное повторилось, как в самой мудрой на свете сказке Андерсена.

В XIX веке Бирма была захвачена Англией. Завоевателей не интересовало «туземное» культурное наследие. Больше того, они самонадеянно считали, что его следует выкорчевать и заменить новыми, «прогрессивными» формами.

Подавлять национальные традиции и насаждать чуждые, европейские было политикой колонизаторов везде. И в Бирме тоже.

Англичане ввели свой язык в школах, потеснив бирманский. Особенно сказалось долголетнее использование английского языка в научной терминологии — химии, физике, медицине.

Когда после обретения независимости в 1948 году новое правительство провозгласило государственным языком родной — бирманский, для языковедов настала трудная пора. В словарях зияло много пустот. Пришлось заполнять их английскими выражениями, так как аналогов в бирманском не было. Лингвистам и переводчикам надо было срочно создавать учебники, энциклопедии, справочники на родном языке, упорядочить правописание.

Прошло несколько лет, прежде чем дети в школах начали писать и говорить на бирманском. Еще сложнее было с высшими учебными заведениями: старую терминологию нужно было заменить новой, звучащей на родном языке.

Сегодня в стране официальным языком признан бирманский, но многие деловые бумаги до сих пор пишут на английском. На языке малых народов учат детей в начальных школах в отдаленных, горных районах страны.

Такие вопросы могут задать вам в Бирме при знакомстве. Не удивляйтесь. Это не праздное любопытство, а желание правильно выбрать форму обращения к собеседнику, чтобы не обидеть его.

Каждый бирманец, родившись, получает имя и приставку к нему, которая будет изменяться с возрастом, образованием, положением в обществе.

Если перед женским именем стоит частичка Ма (сестра), значит, его обладательница — молодая девушка. С годами Ма переходит в До (тетя).

К примеру, девушку зовут Сеин. В юности ее будут звать Ма Сеин, в зрелом возрасте — До Сеин.

Точно так же обстоит дело с мужскими именами. Только у мужчин не два, а три титула: Маун (брат), Ко (старший брат) и У (господин, уважаемый человек). Несложно догадаться, что мальчика зовут Маун Теин; юношу, когда он пойдет работать или станет студентом, — Ко Теин, а солидного, почтенного человека величают У Теином. Если у него появляются дети, то они получают свои собственные имена, которые также будут «взрослеть» и «стариться» вместе с ними.

К имени учителя, врача часто прибавляют приставку Сая, к имени офицеров — Бо.

Не так просто непосвященному разобраться в бирманских именах и фамилиях. По ним трудно установить степень родства, поскольку каждый «сам по себе». Дети не имеют общей фамилии с родителями, мужья с женами. Выйдя замуж, девушка не меняет свое имя.

Имя человека обычно начинается здесь с одного из слогов, обозначающих день недели, в который он родился.

Отдадим должное монастырям. Хотя они и не ставили себе целью распространять просвещение в стране, тем не менее стали первыми школами, где обучали грамоте мальчиков. Пожалуй, ни в одной стране монахи не уделяли столько внимания образованию, как в Бирме. Не случайно по уровню грамотности населения Бирма долго опережала соседние страны.

Грамотность — тот ключ, который открывал дорогу к знанию… религиозных истин, ибо изучать религиозные книги— питаки и уставы монастыря — можно, только научившись бегло читать и писать.

Мальчиков, поступивших в монастырские школы, называли касанами. Чему учили в монастырях? Письму, чтению, элементарным арифметическим действиям. Давали знания по астрологии, логике, музыке, пению, медицине. Учили всему понемногу. Серьезного образования монастыри не давали, поскольку слишком рьяное стремление к знаниям не поощрялось: оно могло увести к познанию истинных ценностей этого мира, что отнюдь не входило в задачи монахов. Главное — изучать каноны религии. Часами ученики твердили, заучивая наизусть, отрывки из священных писаний.

В монастырях обучали только мальчиков. Девочки проходили «курс» домашнего воспитания.

Все мальчики в возрасте от семи до четырнадцати лет, будь то наследник трона или сын бедного пахаря, должны были посещать монастырские школы. Здесь они не только постигали азы науки, но и выполняли различные поручения: следили за чистотой, сопровождали монахов в утреннем обходе. Послушник — касан — надевал оранжевую тогу лишь к концу пребывания в монастыре. А когда юноша возвращался домой, он уже считался взрослым мужчиной.

Система монастырского образования продолжала действовать и после захвата Бирмы англичанами. Но теперь у нее появились мощные конкуренты. Новые школы открывались католическими и протестантскими миссиями. Возникали государственные школы, вырос ряд частных колледжей. В большинстве из них преподавание велось на английском языке. И только монастырские школы оставались исключительно бирманскими.

Завоеватели не могли не считаться с теми уважением и популярностью, которыми пользовались в народе монастырские школы. Там учили детей дисциплине, этике, прививали почтение к родителям, к старшим. Там учили, как жить, но не учили, как заработать на жизнь, не давали профессии.

Такое обучение не отвечало потребностям колонизаторов, которым нужны были чиновники для новой административной системы и работники для развивающейся промышленности и торговли.

Однако образование все же оставалось привилегией узкого слоя населения. Основная масса была неграмотна.

С первых лет, как только Бирма обрела независимость, развернулось настоящее наступление на неграмотность, ставшее общенациональным движением.

В 1964 году постановлением Революционного совета были национализированы все школы. Введено обязательное начальное и бесплатное восьмилетнее обучение по единым программам. Те, кому удавалось окончить одиннадцать классов, держали экзамены в вуз.