Читать онлайн «Верования дохристианской Европы». Страница 46

Лучше всего сохранилась «низовая мифология» — бесчисленные предания, россказни и «былички» о леших, баенниках (банниках), кикиморах, русалках и прочих существах, которые — исключительно по внешним признакам — могут быть сопоставлены с кельтскими феями, или ши (принадлежат к иному миру, непростые отношения с людьми — могут навредить, но могут и отнестись покровительственно, внешне выглядят пугающе или, наоборот, излишне привлекательно). Однако мир славянской нечисти обладает принципиальным отличием от мира обитателей «полых холмов». Кельтские ши — это «состарившиеся», утратившие изначальную мощь божества из Племен Богини Дану. Славянская же нечисть определенно никогда и не принадлежала к роду высших богов, и, следовательно, изначальное «благородство происхождения» ей абсолютно чуждо. Это именно нежить и нечисть, по большей части пакостная. Трудно представить себе, чтобы Луг, светозарное божество кельтов, довольствовался горшком каши или пучком соломы в качестве знака уважения со стороны людей.

Другое важное различие: если ши (то есть старые боги) могут вступать с людьми в брачные отношения и производить на свет вполне жизнеспособных детей, будущих мудрецов, героев, прекрасных королев (характерна история мудреца и провидца Мерлина, которому приписывают именно такое происхождение), то редкие и случайные эпизоды связи людей и славянской нечисти неизменно заканчиваются отвратительно и жутко. Говоря языком биологии, люди и Племена Богини Дану принадлежат к одному виду, а люди и славянская нечисть — нет.

В чем причина ее неимоверной «живучести» в памяти народной?

В России практически на протяжении всей ее истории сохранялась ситуация, которую принято называть двоеверием. В условиях двоеверия древние языческие суеверия и элементы христианского вероучения сравнительно мирно уживаются вместе. Бабушка, исправно посещающая церковные богослужения, не считает чем-то зазорным кормление баенника, задабривание домашней кикиморы или заговаривание зубной боли с призыванием как христианских святых, так и языческих духов, вроде «Лихоманки» с ее зловредными сестрами.

Двоеверие — термин достаточно условный, некоторые исследователи вообще отказывают ему в праве на существование. Однако отчетливые признаки этого «несуществующего явления» мы можем наблюдать до сих пор.

Человек, живущий в двоеверии, искренне убежден, что святой Никола-Угодник и дедушка-леший, святая Параскева и кикимора — равнозначные существа из одного и того же потустороннего мира. Такой человек не осознает, что святой Николай и дедушка-леший изначально принадлежат взаимоисключающим мирам и поклоняться им одновременно — невозможно.

И тем не менее это происходит, и русский крестьянин не затруднится «похристосоваться» с домовым на Пасху.

Христианство вытеснило из народного сознания только лишь высших богов. Но ничто не смогло поколебать веру в божеств низовых, наиболее близких к человеку.

Если до принятия христианства и простой люд, и князья верили одинаково, в одних и тех же Перунов и леших, то после этого знаменательного события произошло отчетливое расслоение. Знать и городской люд довольно быстро усвоили все правила и понятия христианской жизни. Крестьяне же, внешне приняв крещение, по сути оставались все теми же язычниками. Соответственно, боги знати — высшие боги — «умерли»; боги же простонародья, низшие божества, никуда не делись. Например, еще в 1534 году новгородский архиепископ Макарий писал Ивану Грозному: «Во многих русских местах скверные мольбища идольские сохранялись… Суть же скверные мольбища их: лес и камни и реки и болота, источники и горы и холмы, солнце и месяц и звезды, и озера… Всей твари поклоняются яко богу и чтут и жертву приносят бесам…» И это — в шестнадцатом веке!

Считается, что лучше всего сохранилась мифология восточных славян. Западнославянская известна только по нескольким местным вариантам (отдельные местные божества, которым поклонялись славянские племена балтийские, чешские, польские). Хуже всего обстоит дело с южнославянской мифологией: эти народы очень рано попали в сферу влияния древних цивилизаций Средиземноморья, а затем быстро приняли христианство.

Определенно, что древние славяне, как и другие племена, поклонялись стихиям и силам природы: «Они все бога прозваша: солнце и месяц, землю и воду, звери и чади», — писал автор «Хождения Богородицы по мукам» (XIII в.). Верили славяне в родство людей с животными (тотемизм, то есть происхождение целого племени от легендарного божественного предка, имеющего облик зверя, — например, от медведя).

Славянская вселенная

Судя по всему, «славянская вселенная» была устроена трехчастно: в срединном мире обитают люди, в нижнем мире горит неугасимый огонь, а небеса простираются над землей несколькими сводами, и на каждом ярусе небес находятся разные светила и воплощения стихий.

Трехчастное деление мира у славян подтверждает находка так называемого «Збручского идола», который также условно называется Святовитом (Свентовитом). Это четырехгранный столб высотой в два с половиной метра. Его нашли в 1848 году у села Гусятин в реке Збруч (приток Днестра). Столб разделен на три яруса, на каждом из которых высечены различные изображения. Нижний ярус представляет подземное божество с разных сторон. На среднем мы видим мир людей, а на верхнем показаны боги.

Считается, что столб был создан приблизительно в десятом веке, когда на этом месте находился культовый центр. По данным раскопок, идол был установлен на территории святилища, расположенного на горе Бохит; само же это святилище существовало еще со скифских времен.

Академик Б.Рыбаков предполагает, что подземная часть мира, показанная на идоле, демонстрирует нам божество, держащее земную плоскость. Он сопоставляет это божество с богом Велесом. На главной лицевой грани верхней части, обращенной ко входу в капище, изображена богиня плодородия с турьим рогом изобилия в руке, — Макошь, Мокошь, «мать урожая». По правую руку он видит Ладу со свадебным кольцом в руке. По левую руку от Макоши находится Перун с конем и мечом. На задней грани — Дажьбог с солнечным знаком. На средней части идола изображены фигурки людей, которые по размерам меньше богов.

Представления о божествах могут сильно различаться у разных исследователей, поскольку достоверно нам, в общем, ничего толком не известно. Одни, например, считают, что Лада и Жив (или Лада и Лель) — славянские аналоги Афродиты и Купидона, светлые божества любви и брака. Как будто это подтверждается наименованием «лада», которое Ярославна обращает к князю Игорю, когда заклинает ветер не метать вражеские стрелы в воинов ее «лады». Другие же полагают, что «Лада» — порождение «кабинетной мифологии», измышление ученых, а само слово «лада» является всего лишь песенным припевом, вроде «ля-ля-ля»: «А мы просо сеяли, ой дид-ладо, сеяли…»

По еще одной версии, Лада и Леля — не пара любовников, а два женских божества, покровительницы рожениц, богини-рожаницы. Так или иначе, в народных вышивках сохранились изображения рослой стилизованной богини и двух женских фигурок поменьше, как бы поклоняющихся этой богине. Считается, что это — Лада и Леля (рожаницы), поклоняющиеся более значимой богине Макоши. Иногда эти две богини предстают всадницами с сохой — они также находятся по сторонам от «Макоши».

Если общий смысл таких изображений в целом понятен, то конкретика их остается в области гипотез и предположений.

Верхний мир у славян чаще всего описан как состоящий из двух «слоев»: одно небо содержит запасы воды, другое является воздушным обиталищем светил.

По представлениям земледельцев, на небе существует постоянный запас воды, которая может принимать вид тучи, способной «утучнить» землю, пролиться в виде дождя. Небо твердо, и эта небесная твердь располагается за слоем воздуха.

Земля — округлая плоскость — окружена мировым океаном (или двумя большими реками). Академик Рыбаков, исходя из данных фольклора, предполагает, что славянские представления о море не имели законченного вида. В славянских сказках море находится где-то на краю земли — на севере или на юге. Вода может быть и священной, и демонической. Она может воскрешать мертвых («живая вода»), но в ней же могут обитать и чудовища.