Читать онлайн «Всеобщая история кино. Том 6 (Кино в период войны 1939-1945)». Страница 88

«Раджа» принес Саху не только бесчисленных почитателей, но и ежегодную премию Ассоциации журналистов Бенгалии «за лучший сценарий» (1943); Всеиндийская ассоциация киножурналистов присудила ему тройную премию за сценарий, режиссуру и актерское исполнение.

В 1943 году Саху основал свою собственную фирму «Хиндустан четра», которая стала маркой высококачественных фильмов. В фильмах «Shararat», «Insaan» (с Шолханой Самарт), «Veer Kunal» (1945) он был сценаристом, постановщиком, актером и продюсером. Премьера большого исторического фильма «Veer Kunal» в Бомбее явилась вехой в истории индийского кино — картина была расценена Всеиндийской ассоциацией кино журналистов как лучшая за год».

Вокруг индийских кинозвезд продюсеры и газетные рекламы организовали атмосферу фанатического поклонения, используя методы Голливуда.

Газетные колонки, посвящавшиеся кинозвездам, писали об их режиме питания, их чтении, их любимых животных, их объеме груди или талии, об их пристрастиях и развлечениях. Но за пределами Индии и особенно в западных странах эти фильмы и эти звезды оставались неизвестными.

Однако одна из индийских картин привлекла внимание Соединенных Штатов. Это было «Дерево здоровья» (1943), документальный фильм, поставленный А. Бхашкаром, который в Голливуде считали претендентом на «Оскара».

После войны индийские продюсеры снова лелеяли надежду завоевать американский рынок фильмами на английском языке [452].

В 1945 году, когда война оканчивалась и независимость Индии становилась близкой перспективой, на тысячу фильмов не приходилось, кажется, четырех или пяти, представлявших художественный интерес. Но национальное пробуждение индийцев, в значительной степени стимулируемое событиями, открыло дорогу крупным кинопроизведениям.

Во время войны иранская киносеть значительно возросла, но в 1945 году в стране на миллион жителей приходилось лишь пять кинотеатров. 70 процентов импорта было монополизировано Голливудом, на долю советских, египетских и индийских фильмов приходилось по 6–8 процентов.

Так как Тегеран не имел ни одной студии, ни одной лаборатории, некоторые звуковые персидские фильмы ставились на индийских студиях. В конце войны несколько египетских, советских, американских и английских фильмов были дублированы на персидский язык в константинопольских студиях, но лишь по одному-двум фильмам от каждой страны. Как правило, довольствовались субтитрированием фильмов, чаще всего по особому способу: чтобы надписи не накладывались на изображение, между кадрами (как во времена немого кино) вставляли подписи, иногда составленные на трех или четырех языках: персидском, английском, русском и французском.

О кинематографии Ирана можно говорить лишь весьма относительно, поскольку в год там не приходилось и одного билета на человека. В то же время думали о постройке студий в Тегеране, где в 1947 году должно было начаться небольшое кинопроизводство.

Во время войны в Константинополе было пять студий. Очень плохо оснащенные, они занимались главным образом дублированием на турецкий язык американских фильмов, составлявших 70–80 процентов программ. В страну начали проникать некоторые египетские фильмы. Эти звуковые арабские картины также всегда дублировались на турецкий язык, так как закон запрещал коммерческий показ фильмов на иностранном языке.

Турецкое кинопроизводство началось в 1920 году при Мустафе Кемале. В период 1935–1945 годов в Константинополе было поставлено, по-видимому, 30–40 [455] фильмов. Их уровень был низким, техника примитивна, а диалог почти всегда записывался постсинхронизацией, после окончания съемки «немого варианта» фильма. Эта продукция, выпускавшаяся десятком мелких обществ, целиком окупалась на внутреннем рынке, экспорт ограничивался несколькими кинотеатрами на Кипре и в Ливане, посещаемыми турецкими колониями этих стран.

Как сообщает Лапьерр, в 1939 году имел большой успех фильм «Поверженная чалма» Фериха Темфика. Пропагандистские фильмы и музыкальные комедии с танцами, по-видимому, составляли большую часть продукции. В 1940 году из 256 фильмов, демонстрировавшихся в Турции, 180 прибыли из Голливуда, 50 — из Франции. Во время войны количество кинотеатров увеличилось, но нищета и неграмотность поддерживали кинематографическую оснащенность страны на чрезвычайно низком уровне. Некоторое кинопроизводство во время войны все же развивалось.

На всем остальном Ближнем Востоке (Сирия, Ливан, Палестина, Саудовская Аравия) не было ни одной студии. Обзор кинематографии в этих странах мы оставляем до следующего тома.

Значительное развитие египетского кино было одним из важных явлений военного времени. Постановка египетских фильмов началась в Каире в 1927 году; приход звука после 1932 года ознаменовал начало первого этапа роста египетского кинопроизводства [457].

В последний год войны Египет выпустил 110 фильмов [458] и стал, таким образом, на третье место в мировом кинопроизводстве после Голливуда и Индии, но впереди Франции, Великобритании, Японии, Италии, продукция которых временно была сильно сокращена войной.

Это расширение египетского кинопроизводства во время войны ежегодник изображает следующим образом [459]:

«В 1939 году в Египте было всего 130 кинотеатров, работавших нерегулярно, доходы от которых с трудом покрывали расходы. Сегодня таких кинотеатров более 200, они делают полные сборы, и число их беспрерывно растет. Арабские фильмы составляют программы по меньшей мере 70 процентов этих кинотеатров.

Перед войной в Каире, так же как в Александрии и других крупных городах Египта, экраны были в большей или в меньшей степени монополизированы американскими и французскими фильмами, но война полностью изменила ситуацию. В Каире из 13 первоэкранных кинотеатров семь показывали только арабские фильмы, пять — американские и один — французские. В провинции американские фильмы полностью исчезли из программ, за исключением серийных фильмов, которые составляли их первую часть.

Перед войной доходы не были крупными, и фильм никогда не задерживался в программе более одной недели. Война изменила положение, и сегодня стало обычным рассчитывать на доходы, в два раза превышающие довоенные, так же как видеть хороший фильм в программах кинотеатров в течение двух или трех недель.

Для арабского фильма правилом являются минимум две недели. «Gharam el-Intikham» — фильм, звездой которого был покойный Асмахан, — держался в программе 18 недель подряд в одном только Каире, а «Драгоценность» (Gawhara) — 12 недель в первом исключительном прокате, семь — во втором. Сегодня хороший египетский фильм легко может выдержать четыре недели и собрать 7–8 тысяч фунтов, и это несмотря на то, что цены на места возросли на 75 процентов».

Благодаря этому подъему в Каире увеличивалось число киностудий. Самой старой и самой значительной была студия, основанная в 1934 году обществом «Миср» (филиал банка «Миср»), которое с 1924 года было наиболее крупным обществом в египетском прокате. В 1945 году другая группа египетских капиталистов, чтобы создать конкуренцию «Мисру», основала большие студии «Аль-Ахрам». До этого несколько продюсеров открыли небольшие студии в Каире [460].