Читать онлайн «Причина времени». Страница 87

*******************

Посмотрим на нашу модель пластов реальности еще раз, только теперь приведем ее в движение. Как идут потоки вещества и энергии в мире, где есть живое? Для этого достаточно представить всю биосферу, все неживое вещество, существующее в окрестностях ее и все потоки энергии, которые действуют здесь. А можно и проще: представить схематично самый простой биоценоз, потоки солнечной энергии и окружающую неживую часть среды.

Рис. 2. Пласты реальности по В.И. Вернадскому. Потоки вещества и энергии в соответствии с принципом Ламарка.

Энергия или “сила” по старой терминологии, воздействует одинаково на инертное вещество, на материю, и на ЖВ. Например, солнечный луч падает на кусок камня и на растущий рядом с ним кустик травы. Согласно принципу Ламарка, в первом неорганизованная энергия нагревает камень, который затем охлаждается и в конце концов эти колебания его разрушают, во втором – солнечный луч попадает в организованную среду, где успешно используется для жизнедеятельности, то есть часть падающей энергии производит фотосинтез, переходит в свободную энергию, могущую совершать работу.

Мир № 1 есть источник усложнения всякого вещества. Под веществом здесь понимается биота, существующая на атомном, молекулярном уровне и в различных соединениях. В ЖВ и только здесь образуется всякое сложное вещество. Это полюс сложности универсума. Все, что мы извлекаем из так называемых “кладовых природы” на Земле, создано живым веществом. Некоторые исключительно сложные соединения, выходящие из организмов, даже не поддаются никакому анализу: различные запахи, смолы, мед и т.п.

Мир № 2. Ясно “по обстоятельствам дела”, что несмотря на прочность и какую-то невероятную устойчивость множества созданных ЖВ структур, ничто не вечно и на выходе из биосферы портится, упрощается, разрушается. Отметим направление движения: только от мира № 1 к миру № 2 и никогда ни при каких обстоятельствах обратного самопроизвольного или случайного движения к сложности быть не может.(49). Никогда из инертного не образуется живое, последнее только использует минеральные соединения. Именно направление движения имели ввиду и Ламарк, и Вернадский, когда составляли таблицу сравнения живого и косного. Это улица с односторонним движением. Сложное не может само собой, без посредства живого вещества образоваться из простого, зато нет ничего более обыденного, как непрерывная деградация и разрушение сложного до уровня простого.

Но как далеко идет разрушение? Древние думали что до небытия, так сказать, но не решили что оно такое? Что под ним понимать? В современной науке выяснено, что конечной станцией распада, уровнем полной деградации материи является космическое реликтовое излучение с температурой 3 K. Сюда устремлялось воображение авторов теории “тепловой смерти Вселенной”, когда они отвлекались от своих формул энтропии на более общие соображения и экстраполировали их на всю реальность. Так это или не так, или есть еще вакуум и вообще небытие как бочка без дна? Но глубина падения для нас сейчас не имеет значения. Важно найти границу раздела между мирами, которую, мне кажется, искал пока только один Вернадский. Он определил ее по критерию величины, по размеру: частицы размером 10 –3 см (надо думать, в условиях биосферы, то есть при нормальных температурах и давлении). Все что больше, можно называть веществом, где действует закон тяготения, все что меньше – полями, или переходящие в волны излучения, не существующие как масса покоя. Вместо закона тяготения в них действуют другие закономерности.

Сейчас важно направление потока, идущего через эту границу. Ясно, что они следуют тоже в одном направлении – по пути уменьшения организации вещества. Оно разрушается и улетает, так сказать. Мы живем в тающей Вселенной. Все мертвое вещество в ней тает, пропадает, уменьшается. Об этом говорит весь научный опыт. Разрушаются со ступени на ступеньку молекулы, а затем атомы. (50).

В близком нам макроскопического мире Земли, в эмпирической области фактов, а не в теориях “образования атомов” мы видим за пределами живых организмов только и несомненно распад. И он продолжается, говорит Вернадский, на атомном уровне, только сроки их распадения далеко выходят за пределы химических, геологических и иных методов наблюдения. Он назвал это направление распада закономерной бренностью атомов. “Рассмотрение атомов в разрезе времени сказывается резче всего в закономерной бренности их существования. Это точно и с несомненностью количественно мы пока знаем для 14 химических элементов из 92. Но весь огромный точный эмпирический материал, лежащий в основе химии, ясно указывает, что мы имеем здесь дело с таким глубоким проявлением строении атомов, которое должно быть общо им всем” (Вернадский, 1988, с. 229). Сегодня в теоретических науках, поскольку практически конца долгоживущих атомов никто не дожидается, считается, что не распадается только протон – главная часть атома водорода, из которого по большей части Галактика и состоит, остальное – примеси. Получается, что вселенная непрерывно тает от сложных соединений в сторону водорода, до протона.

А вот Мир № 3 не имеет ярко выраженного одностороннего направления. Это подозревавшийся древними Хаос на самом деле не хаос, а упорядоченное полями движение, но в разных направлениях относительно и Мира № 1 и Мира № 2. Поля воздействуют на все одинаково – и во всех направлениях.

В соответствии с принципом Ламарка о противоположном действии одной силы этот мир одинаково мощно воздействует как на живое так и на неживое, но производит разный эффект. В первом случае потоки излучения встречают на своем пути действующую организацию, во втором – организацию, покинутую так сказать, организующим началом. Потоки и были оформлены в науке как второе начало термодинамики или правило энтропии. Но их разрушающее действие касается только неживого Мира № 2.

Собственно говоря, многие, исходя из подобных очевидных наблюдений, делали вывод о существовании особой, антиэнтропийной способности ЖВ. Сразу после создания Майером закона сохранения энергии, исходившего, кстати, из наблюдений над живыми организмами, и после формулирования второго начала термодинамики возникло много работ, утверждавших, что живые организмы не подчиняются второму началу, или владеют антиэнтропийными приспособлениями.

Для примера возьмем довольно популярную у нас в начале двадцатых годов теорию эктропизма Ауэрбаха. Немецкий физик утверждал, что против обесценения энергии живой организм действует концентрацией энергии и назвал эту способность эктропией: “Жизнь – это та организация, которую мир создал для борьбы против обесценения энергии”.( Ауэрбах, 1911). Но как показал Вернадский, живое может как концентрировать вещества, так и рассеивать их и на этом существовать. Так что принцип эктропии не имеет физического смысла. Как пример подобных рассуждений можно привести еще рассуждения В.Н. Муравьева. В работе “Культура будущего” он писал, что если есть разрушение, которое мы наблюдаем в мире повсюду и с железной необходимостью, выраженные во втором начале термодинамики, как обесценение энергии и превращение всех ее форм в тепловую, то должно быть и обратное движение – к повышению качества энергии. Если мир существует, значит, он не мог разрушиться под действием энтропии и существует только благодаря концентрации энергии, производимое живыми организмами. (Муравьев, , 1998, с. 241 - 279)

Разумеется, и Ауэрбах и Муравьев, правы, как правы и многие современные исследователей, рассуждающие в сходных категориях о “третьем начале термодинамики”, каком-то аналоге особой “жизненной силы”. Но это правота натурфилософская, словесная, которая мало что объясняет. Между тем принцип Ламарка, утверждающий экологическую или биосферную способность живых существ использовать разрушительный поток, добавляет к этой правоте то “чуть-чуть”, после чего философия становится наукой. Наука антиинтуитивна, она противоречит здравому смыслу, на котором строится натурфилософия. Она действует путем уточнения своих формулировок, сужает их до степени применимости. Сужение суждения Ламарка заключается в словах “одна сила”. Одна и та же сила действует в живых организмах созидающе, тогда как в неживых разрушающим образом. Значит, энтропия не только может быть творческой силой, но благодаря ей живое и созидает. ЖВ не преодолевает нивелирующую силу, ничему не противодействует, оно и живет, используя направление энергии к ее усреднению, к рассеянию, то есть благодаря энтропии, о которой Ламарк ничего не знал, но догадывался. Ламарк нащупал механизм осуществления “силы”, заключенный в организации самой природы и благодаря своей идеи непроизводности жизни, но производности неживых химических соединений из живых организмов, механизм предвосхитил.