Читать онлайн «Причина времени». Страница 76

Таким образом, сформулированные Вернадским основы нового естествознания покоятся, как и каждое большое, улучшающее (или упрощающее) картину мира обобщение, на новой парадигме пространства и времени, на создании представления о биологическом длении -делении, необратимости, диссимметрии, становлении (старении, изменения возраста, что одно и то же) и других пространственно-временных свойствах ЖВ. В своей совокупности они характеризуют реальное, как называл его Бергсон, время, которое действует на нашей планете в течение всей геологической истории и сводится к геологически вечной смене поколений.

Нельзя не видеть, что все двадцать эмпирических обобщений связаны между собой и что все они вместе покоятся на “трех китах” – трех Больших Принципах. Поэтому хотелось бы еще раз к ним вернуться и рассмотреть вопрос об отношении времени и пространства к этим принципам, вернее, к той реальности, которая ими описывается. Для этого всего лучше, вероятно, изобразить их графически.

Но как изобразить принципы, например, принцип сохранения массы? Есть математические выражения, его описывающие, но наглядного воплощения его нет. Тем не менее эта иллюстративная на первый взгляд задача решаема. Следует изобразить схематически не принципы, конечно, а те области, где они действуют, то есть обозначить предметную среду. И эта задача нелегкая и как оказалось, она тоже стояла перед умственным взором Вернадского. Он пытался разделить природу на закономерные части, на некоторые области, где действует один принцип и не действует другой. Следовательно, дело в границах. Ими он всегда и занимался, вспомним его Таблицу противоположности живого и косного, составленную им по примеру Ламарка в статье “О коренном материально-энергетическом отличии живых и косных тел биосферы”. Фактически он изобразил границу, не имеющую никаких посредствующих звеньев и переходов от мертвого к живому. Другую границу – между материей и энергией, он тоже нашел, как мы помним. Она проходит по размеру частиц – 10 –3 см. Если частица больше по размеру, значит ее масса достаточна, чтобы она подчинялась закону всемирного тяготения, меньше – внутриатомным законам кулоновского взаимодействия или полевым закономерностям. В разные годы Вернадский называл эти области, где действуют разные законы, по-разному, но представление об эмпирических границах областей осталось неразработанным, оно постигается как бы духом учения, интенциями, а не строгими хорошо выраженными математическими и фактическими выводами, относится пока к вербальному уровню познания. Ярко характеризует его намерения введенный однажды им термин пласт реальности, которым он хотел обозначить эти различные области проявления разных законов или как потом установил, принципов. (Аксенов, 1992, с. 92 – 100). В термине есть весомость, материальная основательность, предметность, связанная с геологическими понятиями, которыми оперировал Вернадский. Для геологов пласты вещь очень осязаемая и понятная.

Но все же более правильным будет, вероятно, более абстрактный и общенаучный термин, введенный в свое время Пьером Кюри и принятый Вернадским – состояние пространства. Возможно, в нем заключен самый глубокий, интуитивный смысл напряженных поисков ума Вернадского. Сюда открывается дверь, за которой расположена новая страна, куда может хлынуть научное познание. Страна, где еще ничего не названо.

Надо заметить, что статье 1943 г., о которой идет речь, предшествовали еще две, фрагментарные, с частично перекрывающимся содержанием. Их параграфы иногда целиком вошли в итоговую статью, названия тоже близки по смыслу и показательны. Первая из них имеет заголовок “О состояниях физического пространства”, вторая – “О геологическом значении симметрии”. (Вернадский, 1988, с. 255 – 296). Как видим, затем произошел некий синтез и главный труд обрел название “О геологических состояниях пространства”. Таким образом, понятие о состояниях пространства служит смыслообразующим для разделения тех пластов реальности, о которых идет речь. И как видим, этих областей, пластов – три. Первый относится к ЖВ, второй к веществу инертному или косному, по терминологии Вернадского, третий – мир полей. Во всех этих работах, собственно говоря, в разных сочетаниях и по разным критериям проводятся границы между этими пластами и, следовательно, определяются специфика и основные черты этих миров или пластов.

Состояние пространства, как самый надежный и широкий термин есть главный из критериев, по которым можно судить о пластах реальности, хотя на границе между миром инертного вещества и поля можно воспользоваться и более простым критерием – размером частиц, который меняет состояние пространства, о чем уже говорилось выше, но это частный случай. “Состояние пространства тесно связано с понятием физического поля, играющего столь важную роль в современной теоретической физике... Во всех этих случаях (электрического, магнитного полей Земли или Солнца и т.д. – Г.А.) мы имеем дело с состояниями пространства, свойства которых проявляются не материально, а энергетически. В случаях же, охваченных мыслями Пастера и Кюри, мы имеем дело с состоянием пространства, прежде всего появляющимся в материальной среде”. (Вернадский, 1988, с. 258). Состояние пространства определяет и границу между живым и неживым веществом надежно и количественно, хотя чисто качественно и даже инстинктивно эту границу точно знает человек, а чувствует не только он, но и любое животное или птица. Они никогда в общем не путают живой организм и предмет, что можно понять по их поведению.

А теперь стоит изобразить эти пласты реальности (миры) графически, наглядно и просто.

Рис. 1. Пласты реальности по В.И. Вернадскому.

Итак, Мир № 1.

Мир, в котором действует принцип космичности жизни Гюйгенса. Или, если выражаться точнее и в одних и тех же терминах, следует сказать, что в этом мире действует принцип сохранения количества жизни. По справедливости его следует назвать принципом Гюйгенса-Вернадского.

Мир живого вещества. Он состоит из живых тел, которые строятся в свою очередь из обычных атомов и молекул, но находящихся в особом, оживленном состоянии.

Мелькнувшее здесь представление о принципе сохранении жизни не случайное. Как уже говорилось в главе 14, оно в неразвитой еще форме в истории науки появлялось неоднократно, особенно в трудах старых натуралистов, прежде всего у Бюффона и Ламарка. В своей “Естественной истории” Бюффон выдвинул гипотезу о “молекулах жизни”, которые бессмертны, только переходят из одного организма в другой и количество которых поэтому на Земле сохраняется постоянным. Он писал: “Фонд живой субстанции всегда один и тот же; он только разно представлен”. (Цит по: Канаев, 1966, с. 97).

Итак, основной вид движения в мире биоты – абсолютное, то есть собственное не сводимое ни к каким видам механического движения, которое инициируется размножением или сменой поколений. Это отсутствующее в неживой природе самоумножение, автомультипликация есть самый общий и самый яркий признак любого живого организма. Он подчиняется эмпирически найденной формуле Вернадского Nn = 2 ⁿ D .

Движение в этом мире подчиняется правилу движения масс с ускорением, поскольку размножение непрерывно увеличивает массу организмов, но лимитирующие условия среды снижают предельную теоретическую скорость прибавления масс до реальной стационарной скорости. Здесь согласно принципу № 16 из вышеприведенного списка, чем меньше масса организма, тем сильнее сила размножения, питания и дыхания, следовательно, наращивания масс или сила инерции.

Это мир абсолютного, выделенного, истинного и ни к чему другому не имеющему отношения пространства-времени. Здесь время выражено во всей полноте свойств. Отличается от мира инертной материи симметрией или более общим представлением – состоянием пространства. Прежде всего – необратимостью и диссимметрией. По состоянию пространства вещество здесь находится, как говорил Вернадский, в диссимметрическом состоянии, то есть в неравном количестве правых и левых изомеров. Это неравенство (оно же – не равновесие правого и левого) ни от чего не производное качество, оно воспроизводится автоматически, рождением. Можно сказать и по-другому: ЖВ абсолютно воспроизводит разное отношение к левым и правым структурам, не совместимые с физико-химическими и термодинамическими законами. Здесь существует выделенное, то есть привилегированное направление пространства.