Читать онлайн «Исламский энциклопедический словарь». Страница 107

Заслуги Зейда ибн Сабита

Как было отмечено выше, Зейд ибн Сабит согласился составить единый текст Корана. В организации этого важного дела ему помог Омар ибн Хаттаб.

Абу Бакр поручил Зейду не полагаться на свою память, и поставил условие, что он (Зейд) обязан для доказательства точности каждого аята, который он соберет в окончательный список, иметь два письменных свидетельства (см. ниже). Абу Бакр объявил о начале работы над собранием Корана по всему городу Медине и потребовал от горожан, которые имеют письменные фрагменты Корана, принести их в мечеть и сдать Зейду. Контролировал принесенные населением фрагменты Омар, который в точности знал, какие из этих фрагментов были проверены пророком, а какие нет. Считается, что многие из принесенных фрагментов были проверенными в Арза аль-Ахире (см. выше) экземплярами. Одно это показывает, какое большое значение для истории Ислама имела Арза аль-Ахира.

Ученые называют два принесенных фрагмента Корана письменным свидетельством. Два свидетельства сравниваются с третьим элементом. Третьим элементом (или оригиналом) являлись данные Зейда ибн Сабита, так как он был одним из лучших знатоков Корана, который знал его наизусть. Принесенные фрагменты он сопоставлял со своими знаниями. В то же время, были и некоторые исключения. Последние два аята суры "Тауба" были принесены в записанном виде одним мужчиной. Эти аяты были одними из самых последних, ниспосланных пророку, поэтому в письменном виде они были только у него. У других сподвижников письменного варианта этих аятов не было, хотя они были известны Зейду и другим сподвижникам в устной передаче (т.е. они знали их наизусть). Тот мужчина имел свидетельство только одного человека, а не двух, как было заранее оговорено. Его свидетелем был Хузайма ибн Сабит. Зейд, узнав про это, сказал: "Ведь пророк говорил про Хузайму ибн Сабита, что его свидетельство равняется свидетельству двух мужчин (шахадатайн)" и принял принесенные письменные фрагменты. Никто из сподвижников пророков (асхабов), узнавших про это не возразил Зейду о том, что эти аяты не из Корана.

В то же время Зейд ибн Сабит отказался принять фрагмент, принесенный самим Омаром ибн Хаттабом, в котором было написано о побивании камнями прелюбодеев (См. Раджм). Омар не смог привести не только второго письменного, но и устного свидетельства. Пророк говорил про побитие камнями: "Это знамение (аят) Аллаха!". Однако это он сказал в значении: "Это знамение (аят), который содержится в книгах, которые были ниспосланы в ранних книгах (до Корана)". Омар же забыл об этом и поэтому ошибся.

По некоторым данным, Зейд ибн Сабит принял аят 23 суры "Ахзаб", подтвержденный одним свидетельством. Однако и здесь это свидетельство принадлежало Хузайме ибн Сабиту аш-Шахадатайну (т.е. человеку, свидетельство которого пророк приравнял двум свидетельствам). При внимательном исследовании вышеупомянутых трех аятов, которые были приняты с письменным свидетельством одного свидетеля, нетрудно убедиться, что все они совершенно не связаны с вопросами "разрешенного и запрещенного" (халал-харам) и религиозными предписаниями (ахкам).

Необходимо отметить, что история Корана не сводится только к его собранию Зейдом ибн Сабитом в единую книгу. Ведь многие мусульмане знали его наизусть от начала до конца. И еще большее количество мусульман знало его частично. Они постоянно читали Коран за намазом и других молитвах (дуа). В хадисе Анаса упоминаются 6 лучших знатоков Корана: Убай ибн Кааб, Муаз ибн Джабал, Зейд ибн Сабит, Абу Зейд, Абу Дарда, Саад ибн Убада.

Среди тех, у кого следовало учиться Корану, пророк назвал и Салима Маулу Абу Хузайфу и Абдуллу ибн Масуда. Среди знатоков Корана (хафизов) пророк назвал и женщину Умм Вараку. Однако количество хафизов не ограничивалось только этими людьми. Согласно Ибн Хаджару аль-Аскалани (Фатх аль-Бари, 10, 425-430), среди мухаджиров знатоками Корана (хафизами) были Абу Бакр, Омар, Али, Тальха, Саад, Ибн Масуд, Хузайфа, Салим, Абу Хурайра, Абдулла ибн Саиб и другие. Среди женщин знатоками Корана (хафиза) были Аиша и Умм Салама. К этому списку Абу Давуд прибавил мухаджиров Тамима ибн Ауса ад-Дари, Укбу ибн Амира; ансаров Убабу ибн ас-Самита, Муаза Абу Хулайму, Муджамми ибн Джарию, Фудалу ибн Убайда, Масламу ибн Махледи.

Как видно из всего этого, нельзя ограничивать количество людей, знавших Коран и собравших его в единую книгу только узким кругом сподвижников. Не имеют никакой основы попытки ограничения знатоков Корана количеством лиц, указанных в хадисе Анаса. Некоторые ограничивали этот круг лиц до пяти и шести человек. Однако, как было указано выше, Коран был достоянием огромного количества людей, а не ограниченного круга лиц. В связи с этим уместно упомянуть, что еще при жизни пророка в Бир аль-Мауна пали шахидами 70 знатоков Корана (курра). Такое же число курра пало в сражении Йамама. В связи с вышеизложенным, необходимо отметить, что количество знатоков Корана при жизни пророка установить невозможно. Несомненно, что это количество исчислялось многими сотнями.

Таким образом, во время собрания Корана Зейдом ибн Сабитом при жизни Абу Бакра, было много знатоков Корана (курра) и ни у кого из них работа Зейда ибн Сабита не вызвала никаких нареканий или замечаний.

Размножение экземпляров Корана

Коран был собран в единую книгу сразу после смерти пророка Мухаммада, при первом халифе Абу Бакр. Но он был только в одном экземпляре.

Это продолжалось до периода халифата Омара. В период халифата Османа возникли некоторые споры относительно правильного чтения Корана. Коран был ниспослан в семи вариантах (харф) чтения (См. Кыраа). В этих пределах Шариатом и допускалось чтение Книги. Однако в массе народа были отмечены произвольные чтения на диалектах арабского языка, отличных от курайшитского, на которых говорили арабы из различных племен. Причем каждый считал, что якобы именно его диалект наиболее адекватно отражает смыслы Корана. Абу Давуд в книге "Масахиф" приводил сведения о том, что в чтении Корана были отмечены серьезные разногласия между учителями, преподававшими Коран и учениками. Эти недоразумения приводили к серьезным конфликтам. Халиф Осман был обеспокоен этим и неоднократно говорил на эту тему на хутбах.

Спустя некоторое время эти споры и недоразумения охватили и мусульманскую армию. В особенности они охватили армейские отряды, которые завоевали Азербайджан и Армению. В частности, серьезные разногласия начались между воинами-сирийцами и воинами-иракцами. Сирийские воины читали Коран по кыраа (чтению) Убайа ибн Кааба, а иракские солдаты по кыраа Абдуллы ибн Масуда. Стороны считали именно свое чтение единственно правильным и начали обвинять друг друга в фальсификациях. Еще немного, и стороны подняли бы друг на друга оружие. В этой обстановке командующий армией Хузайфа аль-Йаман срочно прибыл в Медину и даже не отдохнув с дороги пошел к халифу Осману, которому доложил о критической обстановке в армии. Хузайфа настойчиво просил халифа спасти мусульман от этой беды (об этом повествовалось в хадисе приведенном выше). Поняв всю серьезность положения, Осман сразу созвал Совет сподвижников пророка.

Необходимо упомянуть одно свидетельство от Али ибн Абу Талиба по поводу этого: «"Об Османе всегда говорите самые добрые слова, и не говорите о нем ничего плохого. Клянусь Аллахом, что в вопросах связанных с Кораном он не делал ничего самостоятельно, иначе как не получив санкцию Совета, который он собрал из числа нас (т.е. сподвижников пророка). Однажды он сказал: "Что вы думаете о чтениях (кыраа) Корана? По сведениям, которые у меня имеются, часть людей признает только свое кыраа единственно правильным и отрицает другие. Не являются ли подобные выходки поступками, граничащими с куфром (т.е. неверием)?" Мы сказали ему: "Прежде всего, мы бы хотели выслушать тебя". Он ответил: "Я хочу дать распоряжение о размножении единого и окончательного экземпляра Корана. Если я сделаю это, то не останется больше раздоров и недоразумений". Мы ответили ему: "Ты мыслишь верно"».