Читать онлайн «Тайная история американской империи: Экономические убийцы и правда о глобальной коррупции». Страница 87

Успех этого начинания навел Джексона на мысль основать так называемый «Проект Уолл-стрит». В нем он видел финансовый механизм, при помощи которого владельцы акций могут использовать свое влияние в интересах общества, Джесси Джексон намеревался также повысить сознательность акционеров-афроамериканцев. Применяя подобную стратегию, Джесси Джексон вместе со своими единомышленниками заставил таких корпоративных гигантов, как Coca-Cola, 7-Eleven, Shoney’s, Coors и ряд других, изменить корпоративную политику.

«Если ты акционер, у тебя есть законное право выступать на собрании акционеров, — объяснял Джесси Джексон тонкости своей стратегии, — и из простого инвестора ты превращаешься в совладельца» [65].

Этой философии придерживаются многие инвесторы. Давление на пенсионные и взаимные фонды со стороны групп социально ответственных акционеров с требованием вводить санкции против корпораций, отказывающихся проводить экологически ответственную политику или соблюдать гражданские права, давно уже превратилось в норму финансовой жизни. Во время поездок по Соединенным Штатам я часто сталкивался и с проявлениями активной гражданской позиции американского студенчества, которое выступает против корпораций, замеченных в неблаговидном поведении.

Во многих кампусах студенты особо возмущены нарушением гражданских прав, которые Coca-Cola допускает в отношении служащих своих предприятий во многих странах мира. Среди прочего компанию обвиняют в том, что в Колумбии она нанимала военизированные группировки для устрашения или устранения профсоюзных лидеров. В июле 2006 года восьмимиллиардный пенсионный фонд TIAA-CREF Social Choice Account исключил компанию Coca- Cola из числа своих членов. Об этом на ежегодном собрании акционеров CREF (фонда, управляющего пенсионными счетами служащих небюджетных образовательных и научно-технических организаций) объявил Герберт Элисон, генеральный директор TIAA-CREF, который управляет пенсионными планами университетских преподавателей, работников медицинских учреждений и деятелей культуры. Это означало отказ от 1,2 миллиона акций Coca-Cola на общую сумму 52,4 миллиона долларов. Среди причин этого шага TIAA-CREF назвал недобросовестность компании в соблюдении трудовых прав работников ее зарубежных разливочных заводов, маркетинг ориентированных на детей газированных напитков и экологические нарушения, связанные с потреблением воды ее предприятиями [66].

Совершенно другой подход к использованию финансового рычага изобрела одна некоммерческая организация, защищающая права амазонских племен.

61

Выкупая долги стран третьего мира

Организация Pachamama Alliance (TPA) была создана после поездки в Амазонию, которую я организовал в 1994 году. В последний день участники экспедиции пожертвовали 118 тысяч долларов на помощь амазонским племенам в защите их земель от посягательств нефтяных компаний. Билл Твист, муж Линн Твист, известной сборщицы пожертвований для некоммерческих организаций, с которой я встречался во время одной из поездок в Гватемалу, вызвался управлять этой кампанией. Впоследствии Билл очень активно работал в качестве председателя правления TPA.

Судите сами: в 2006 году Pachamama Alliance уже привлекала на эти цели по полтора миллиона долларов в год. Для того чтобы представители разных амазонских племен могли общаться друг с другом, организация закупила для них средства двусторонней радиосвязи и легкий самолет. Помимо этого TPA привлекала юристов для составления судебных исков против нефтяных компаний, покушающихся на земли коренных племен. Она проводила семинары и распространяла фильмы собственного производства, в которых призывала американцев становиться инициаторами перемен. Потом у TPA появился план, который стал действительно новаторским.

«А что, если использовать ценность этих лесов — тех, что еще не уничтожены нефтяными компаниями, — чтобы выкупить внешний долг Эквадора?» — задумчиво произнес Билл Твист в один прекрасный день, когда мы с ним ехали через труднопроходимые заросли амазонских джунглей.

Чтобы со всех сторон обсудить эту идею, мы сделали остановку на расчищенном участке джунглей и устроились возле гигантской сейбы (это дерево еще называют хлопковым). Широченный ствол покоился на мощных изогнутых «лапах» наземных корней, которые, подобно контрфорсам средневековых европейских соборов, надежно держали эту громаду. В самом деле, рассуждали мы, дождевые леса имеют огромное значение для человечества: они поглощают углекислоту и насыщают атмосферу кислородом, влияют на планетарный климат, питают мощные источники пресной воды, являются местом обитания миллионов видов растений, животных, насекомых, птиц и рыб. Флора Амазонии может подарить человечеству препараты, излечивающие рак, СПИД и прочие смертельные недуги.

Потом мы заговорили о внешнем долге Эквадора. Он достигал в те времена астрономической суммы в 18 миллиардов долларов и вдвое превышал размер национального бюджета. Обслуживание этого гигантского долга вымывало из казны средства, в которых нуждались такие сферы, как здравоохранение, образование, жилищное строительство и прочие социальные и экологические программы [67].

Я сказал, что львиная доля внешних долгов Эквадора — результат неблаговидной деятельности экономических убийц, которая была направлена на обогащение нефтяных и прочих американских компаний, и продажности местных чиновников. Это очередное доказательство того, как политика Всемирного банка и МВФ обслуживает интересы корпоратократии за счет народа Эквадора.

«Сейчас Эквадор может расплатиться со своими внешними долгами только за счет продажи сырой нефти нашим компаниям. А это ведет к уничтожению тропических лесов», — заметил Билл и замолчал, разглядывая огромную, размером с хороший блин, бабочку ярко-синей окраски, которая залетела на просеку. Она покружилась возле его плеча, а потом уселась в пышных зарослях бромелии.

«Так вот, — продолжал Билл, — идея в том, чтобы сыграть на огромной ценности этих лесов, естественно, еще не погубленных вырубкой. Это же ценнейший ресурс! Можно убедить общественность, что стоимость таких лесов куда выше, чем нефти, добываемой в районах их произрастания. Использовать их как объект своп-сделки: внешний долг в обмен на сохранность природного ресурса. Эквадор возьмет на себя обязательство всячески охранять свои тропические леса, которые обладают жизненно важным значением для всего мира, а в обмен потребует списания своего внешнего долга».

«Грандиозная идея, — оценил я, — но это же чертовски огромные деньги».

«Естественно», — Билл расцвел улыбкой знатока, которая, как я уже знал, означала, что он как никогда серьезен. Способностью масштабно мыслить Билл был обязан блестящему образованию (он окончил Стэнфордский университет) и внушительному опыту работы в сфере управленческого консалтинга, в компании, занимающейся долгосрочной арендой оборудования, и в сфере финансовых услуг.

Тот разговор состоялся у нас в 2001 году. В последующие несколько лет Билл посвятил всю свою недюжинную энергию реализации этой идеи. В августе 2006 года представители TPA подписали соглашение с двумя эквадорскими министерствами — природной среды, а также экономики и финансов об анализе экономической целесообразности проекта «Green Plan» («Зеленый план»), который мы намечали осуществить в Амазонии.

Соглашение предусматривало финансирование экологически рационального развития региона произрастания тропических лесов, в том числе проведение анализа негативных последствий их эксплуатации нефтяными компаниями и переоценки ценности лесов, а также оценки потенциальных выгод от научных достижений, которые могли бы увеличить спрос на многие виды местных растений и организмов. Полученная таким образом совокупная ценность лесных ресурсов Эквадора позволит всерьез говорить о предложении по их сбережению. Так, если какой-либо массив леса будет оценен в миллиард долларов, то Эквадор может взять на себя обязательства по его сохранению, включая выдачу разрешений на рациональное использование учеными-медиками и представителями других областей науки — в обмен на списание одного миллиарда долларов своего внешнего долга. Будет предусмотрена также система сдержек и противовесов, в том числе обязательства кредиторов и организаций экологического мониторинга не допускать сюда нефтяные компании и прочие субъекты, деятельность которых будет признана разрушающей.