Читать онлайн «Тайная история американской империи: Экономические убийцы и правда о глобальной коррупции». Страница 82

RAN и ее активисты развенчали этот миф. Они твердили управляющим корпораций, что надо направить свою изобретательность на благородные цели, использовать ее мудро и в то же время показывать нам, простым смертным, что они не так уж порочны или аморальны, что корпорации не всесильны, а мы, наоборот, не так уж бессильны, как думаем. RAN не уставала повторять всем — и управляющим корпораций, и нам — что пора осознать ответственность за собственную жизнь и за весь мир, который мы оставим своим потомкам.

Я поднялся со скамьи, чувствуя прилив сил. Вчерашняя встреча у горячего источника раскрыла мне глаза на новые возможности. Все последующие дни я не столько вникал в темы, обсуждавшиеся на конференции, сколько интенсивно общался с ее участниками, в особенности с теми, кто работает на крупные корпорации. Будучи экономическим убийцей, я хорошо изучил этот тип людей, тем более что сам был одним из них, а потом вел для них семинары, встречался на мероприятиях и коктейлях. Сам факт их присутствия на конференции указывал, что они открыты для поиска альтернативных методов ведения бизнеса.

Но у меня на уме было нечто другое — ряд вопросов, которые позволили бы мне на их примере проверить зародившуюся у меня новую гипотезу. Если я прав и большинство из них — честные люди, искренне желающие оставить своим детям лучший мир, если они в глубине души приветствуют «вмешательство» в бизнес таких сил, как RAN, то открывающиеся перспективы практически безграничны.

Так что я проверял свою гипотезу не только в беседах с корпоративными менеджерами, но и изучая материалы исследований на эту тему. В итоге я пришел к выводу, что хотя среди высших управленцев и встречаются люди, безразличные к жизни и благополучию кого бы то ни было, кроме самих себя, подобных индивидуумов не так много — возможно, такой же процент, что и во всем обществе в целом. Большинство управляющих все же искренне беспокоятся о последствиях своей деятельности и о том, в каком состоянии мир достанется их детям и внукам. Думаю, что когда какая-нибудь организация вроде RAN развешивает на фасаде их офисов свои обличительные плакаты, они в душе испытывают облегчение.

Вскоре после того, как я пришел к этим утешительным выводам, на меня обрушились семейные горести: болезни близких и смерть отца. Я вынужден был ограничить свою деятельность лишь самым необходимым — уже намеченными поездками в Амазонию и семинарами, по поводу которых уже давно была достигнута договоренность. Все остальные проекты пришлось отложить. Но потом настало 11 сентября 2001 года. Побывав на месте трагедии, я посвятил себя написанию «Исповеди», а ее успех вовлек меня в водоворот гастрольной жизни — я много ездил по стране с выступлениями и презентациями. К размышлениям о глубоких последствиях успешной кампании RAN против могущественной Mitsubishi и об открывающихся перед нами возможностях сломить бастионы корпоратократии я мысленно вернулся лишь в тот осенний день 2006 года, когда летел на очередное мероприятие RAN.

Тогда я с особенной ясностью понял, что, если мы намерены изменить мир, которым правит корпоратократия, нам следует заставить корпорации измениться. И чем больше я раздумывал над этим, тем глубже уверялся, что Рэнди, его персонал и активисты RAN нащупали нечто весьма ценное. Организованные ими пикеты, плакаты, что они развешивают на фасадах офисных зданий, есть не что иное, как современный эквивалент тюков с чаем, которые наши предки в знак протеста утопили в водах Бостонского залива. Так вот, прежде чем завоевать победу у Саратоги, нам тоже следует продемонстрировать свой протест — «выбросить свою порцию чая в воды залива».

57

Новый капитализм

RAN не относится к тому типу организаций, которые нападают на крупные корпорации и стараются всячески их запугивать. В 2006 году в штате RAN было всего лишь 40 человек, а бюджет не превышал каких-то четырех миллионов долларов в год — поразительно малые силы, если учесть масштаб ее достижений. После той первой поездки я еще несколько раз летал в Сан-Франциско на встречи с сотрудниками и активистами этой организации.

На мой вопрос об уязвимых местах корпоратократии председатель правления RAN Джим Голлин лаконично сформулировал: «Чувствительность к давлению» и добавил: «Мы снова и снова убеждаемся на практике, что корпорации можно заставить изменить главные направления их политики». Джим Голлин бегло говорил по-японски и был одним из первых представителей Запада, которого допустили к работе в штаб-квартире крупнейшей в мире брокерской компании Nomura в Токио. Потом были поездки по всему миру в интересах другого мирового гиганта, инвестиционной компании Morgan Stanley. Впоследствии Джим создал собственную инвестиционную компанию. Так что корпоративный мир он знает изнутри.

«Вы можете убедить компании изменить свою политику, только если проявите гибкость, учтете их конкретные особенности и ситуацию». Свои слова Джим подкрепил примером того, как RAN добилась своего от Home Depot. «Им не было никакого дела до наших требований. Они нас в упор не видели. Ну а мы стали постепенно, исподволь нагнетать давление. Организовывали демонстрации в их магазинах и протесты на собраниях акционеров. Один из наших друзей, работающий в системе Home Depot, сообщил нам защитный код, обеспечивающий доступ к внутренней связи в своем магазине. И представьте, оказалось, что в других магазинах код тот же самый. Так вот, в один прекрасный день наши добровольные помощники-студенты подключились к внутренней связи и передали такое сообщение: “Вниманию покупателей Home Depot! В секции 10 идет распродажа пиломатериалов. Они сделаны из древесины, которую незаконно вырубили в лесах Амазонки. Будьте осторожны, на полу могут быть пятна крови. Вырубка этих лесов лишает коренные амазонские племена их родных мест, истощает почвы и губит нашу планету”. А поскольку мы собрали внушительную группу добровольцев, то смогли сделать это объявление одновременно в 162 магазинах компании. Можете себе представить, как в тот день раскалились телефоны в штаб-квартире компании в Атланте! После этой акции руководство Home Depot само предложило нам переговоры. А когда они согласились прекратить продажу пиломатериалов из перестойной (старовозрастной) древесины тропических лесов, которым грозит уничтожение, к ним по собственному почину присоединилась другая подобная компания, Lowe’s».

«Я — капиталист, — признал Джим, — а корпорации в сегодняшнем мире являются самой динамичной силой. У них есть власть, у них есть энергия, чтобы инициировать перемены. Лишь от нас зависит, станут ли они это делать. Я верю в активизм [61]».

Журнал Fortune называет RAN «залетевшим в палатку комаром», потому что эту организацию никогда не устрашают размеры тех, кого она атакует. Среди крупных корпораций, которые капитулировали перед требованиями RAN, такие как Kinko’s, Staples, Boise Cascade, Citigroup, Bank of America, JP Morgan Chase, McDonald’s и Goldman Sachs.

В 2003 году Рэнди Хейз передал повседневное управление своей организацией в руки Майка Брюна, хотя продолжает активно работать в совете директоров. Нынешний исполнительный директор ранее занимал должность директора по организации кампаний и успел продемонстрировать свое выдающееся умение строить стратегии. Как рассказал Майк, многие до сих пор не могут понять, как природоохранной организации с годовым бюджетом, едва дотягивающим до четырех миллионов долларов, удается убеждать корпорации, имеющие многомиллиардные прибыли, изменить свою политику. «Мы — часть глобального движения за справедливость, — поясняет Майк, — часть ненасильственных ударных групп свободно связанной сети, объединяющей экологические и природоохранные организации, социально ответственных инвесторов, просвещенных филантропов и сочувствующих нашим целям инсайдеров». Мы поддерживаем нечто вроде партнерства с такими организациями, как Forest Ethics, Bank- Track, World Wildlife Fund, Friends of the Earth, Amazon Watch, The Pachamama Alliance, The Ruckus Society, Greenpeace, Global Exchange, The Sierra Student Coalition, The Student Environmental Action Coalition, Rainforest Action Group и ряд других. Нас объединяет глубокая надежда на то, что мы действительно можем заставить корпоративную Америку измениться», — с улыбкой закончил Майк.