Читать онлайн «Мифы и легенды Древнего Востока». Страница 123

88

Слову «бездна» соответствует еврейское «техом». Лингвистически оно восходит к арабскому «тихамат» — «хаос» и аккадскому «Тиамат» — имени богини первоначального хаоса-океана, существовавшего до сотворения мира богами. В других частях Ветхого завета «техом» является синонимом «моря».

89

Слову «дух» в еврейском тексте соответствует слово, означающее «дуновение», «ветер». Таким образом, это не абстрактное, а конкретное понятие, отвечающее древнейшему представлению о первоначальном состоянии мира.

90

Выражение «И был вечер, и было утро: день первый» указывает на присущий древним евреям способ исчисления дня (суток) от вечера, а не от утра или полудня, как у других древних народов.

91

Еврейское слово «твердь» имеет тот же корень, что и глагол «расплющивать», (молотом). Образ тверди мог сложиться в то время, когда уже существовало кузнечное ремесло и в других религиях выделились боги-кузнецы: в угаритской — Пригожий-и-Мудрый, в греческой — Гефест. Образ еврейского бога-кузнеца размыт монотеистическими представлениями — Каин (дословно «кузнец») представлен родоначальником земледелия.

92

В Библии названы десятки деревьев: кедр, дуб, акация, кипарис, тамариск, миндаль, тополь, пальма, оливковое дерево, смоковница и др. С деревьями связаны многочисленные религиозные и мифологические представления: «древо жизни», «древо познания добра и зла», «дуб плача», «дуб истины». Многие населенные пункты в Палестине получили названия по деревьям.

93

Отделение дня от ночи с помощью небесных светил задолго до Яхве осуществил вавилонский бог Мардук: «Наннара (Луну) он светить заставил, ночь ему вверил, он поставил его украшением ночи, чтобы дни обозначать». И у других народов изменение фаз Луны и положения Солнца использовалось для измерения времени. Само слово «месяц» в ряде языков явилось основой для понятия «мера».

94

Слово «адам», обозначающее на древнееврейском языке «человек, человечество», родственно словам «адама» (почва) и «адом» (красный), что дало основание мифу о создании человека из «красной земли» — глины.

95

Cедьмой день как день отдыха богов после сотворения ими мира присутствует также в аккадской космогонической поэме «Когда вверху». Это отражает особое место семерки как священного числа в представлениях древних народов, живших по лунному календарю.

96

Так же в шумерском мифе о сотворении человека бог Энки, задумавший создать служителей для богов, призвал богиню-мать «смешать глину очага, что над бездной». В другом шумерском мифе та же богиня, именуемая «госпожой всех богов», помогает вылепить пробную партию людей — семерых мужчин и семерых женщин. В мифе, пересказанном по-гречески в III в. до н. э. вавилонским жрецом Беросом, говорится, что люди и животные, способные дышать, были сделаны из глины, замешанной на крови богов. Мотив сотворения обитателей земли из глины не чужд и египетской мифологии. Так, бог-гончар Хнум (впоследствии отождествленный с солнечным богом Ра) творит людей на гончарном круге, а его помощник Хекет вдувает в их ноздри дыхание жизни.

97

Слово «Эдем» (древнеевр. «эйден»), видимо, происходит от аккадского «эдин» — «равнина, степь, пустыня», что соответствует местоположению библейского сада. В то же время близкое по звучанию слово «эден» (роскошь, блаженство, наслаждение) вызывало у древнего читателя еврейского оригинала ассоциацию с богатством растительности и влаги божьего оазиса в мире, страдающем от палящего Солнца и недостатка воды.

98

В других произведениях древневосточной религиозно-мифологической литературы нет никаких следов древа познания, поэтому интерпретация этого образа вызывает сложности. Вкушение от древа познания может быть воспринято в философском плане как универсальное знание человека об окружающем мире и самом себе. Но в научной литературе указывают и на более узкое значение: знание сексуальных отношений и их связи с продолжением рода. В подтверждение этому приводят роль в тексте наготы (осознание ее послужило непосредственной причиной изгнания первой человеческой пары из Эдема), а также то, что глагол «познать» в Ветхом завете — синоним вступления в половую связь. Однако страх бога, что люди станут равными богам, говорит в пользу расширительного понимания «древа познания добра и зла».

99

Это первый в Ветхом завете стихотворный отрывок, вкрапленный в прозаический текст. Он, как и другие поэтические отрывки, взят из собраний героических и иных песен, находившихся в распоряжении повествователя.

100

Последние две строки стихотворного отрывка — игра слов, основанная на том, что еврейские слова «иш» (муж) и «ишша» (жена) однокоренные.

101

Происхождение жены от ребра мужа и их прилепление (евр. «габок») друг к другу выражают библейскую концепцию брака — женщина создана как подобие и дополнение мужчины. Это подтверждается также еврейским термином вступление в брак: «фегабок» — дословно «становиться одним телом».

102

Внезапное появление змея получает логичное объяснение из шумеро-вавилонского мифа, где змей в виде огромного чудовища существовал до богов и послужил им материалом при сотворении неба и земли. Впоследствии христианские толкователи этого места превратили змея в сатану, видимо, на том основании, что он выступает как противоречащий богу (само слово «сатана» в переводе означает «противоречащий»).

103

Выражение «как боги» — след многобожия, заимствование из источника, которым пользовался библейский автор.

104

Проклятая богом змея является широко распространенным мотивом в сказках многих народов мира.

105

Представление о том, что в божьем саду рожали без мук, восходит к шумерскому мифу о сказочной стране Тильмуне: «Нинсикила, как по маслу, как по маслу, как по лучшему превосходному маслу, родила богиню Нинкурру».

106

Сходная мысль о возвращении человечества в материал, из которого оно было создано, проходит в эпосе о Гильгамеше в рассказе о потопе: «И человечество в глину вернулось».

107

Имя Ева (в еврейском оригинале — Хавва) связано методом народной этимологии с еврейским словом «хай» — «жить». Однако с позиций современной лингвистики эта этимология не выдерживает критики. Среди попыток интерпретации этого слова можно указать на сопоставление с еврейским словом «хавват» в значении «поселение из шатров». Связывают это имя и с позднеарамейским «хавва» (арабское «хавна»), имеющим значение «змея», полагая, что сказание о Еве выросло на основе более древних преданий о змееподобной богине.

Применение к Еве определения «мать живущих» могло быть связано с ее пониманием как богини-матери, повсеместно почитаемой на Переднем Востоке и в эгейском мире, или, более конкретно, с аккадской богиней-матерью Мами, имеющей титул «мать всех богов».

108

«Один из нас» — еще одно свидетельство того, что в источнике, к которому восходит миф, речь шла не о единственном боге, а о богах.

109

Керубы — в данном контексте «стражи». В других местах Ветхого завета керубы — полубожественные существа, наделенные крыльями, львиным туловищем и человеческим лицом.