Читать онлайн «Путь зла. Запад: матрица глобальной гегемонии». Страница 118

Европеец докапиталистической эпохи, подчиняющийся традиционным представлениям своей культуры о целях труда, руководствовался «идеей пропитания», т.е. идеей создания материальных условий своего полноценного физического существования без излишеств «переедания» (во всех смыслах этого слова). Ему не были известны искусственно созданные потребности, не вытекающие из естественной природы человека и, по сути, отрицающие ее. В те времена царили простота и здоровая жизнь, основанные на том принципе, что «ремесло должно кормить своего работника», и не более того. «Он (работник. —Авт.) хочет работать столько, чтобы заработать свое пропитание; он, как те ремесленники в Иене, о которых нам рассказывал Гете, «большей частью обладают настолько здравым смыслом, чтобы не работать… больше того, сколько необходимо для зарабатывания на веселое житье», — писал В. Зомбарт [78, с. 14]. При этом он подчеркивал, что «хозяйственная жизнь в докапиталистическую эпоху действительно находилась под воздействием принципа покрытия потребностей, что крестьянин и ремесленник в своей нормальной хозяйственной деятельности искали себе пропитания и ничего больше» [78, с. 15].

То есть в понимании человека Традиции всякая экономическая деятельность имела свои пределы, тонна так же, как и человеческие потребности. Лишь человек Модерна, а затем и Постмодерна, утратив свою природную естественность, утратил во всем меру, и прежде всего меру в труде и потреблении.

Ничем не сдерживаемое стремление к обладанию, однозначный выбор между «иметь или быть» в пользу «иметь», привели к тому, что индивидуальная жизнь современного западного обывателя оказалась в жестких рамках трудовой деятельности, поглотившей практически без остатка все его свободное время. Человек Традиции был мудр, он жил размеренно, без спешки, смакуя жизнь как дорогое вино, стараясь по возможности получить от нее максимальное удовольствие. Труд он рассматривал как досадную необходимость, и когда перед ним стоял выбор — «работать или не работать», он, не задумываясь, выбирал праздность, так как считал ее действительной свободой. При этом необходимо учитывать, что благодаря наличию у европейца докапиталистической эпохи свободного времени он развивался духовно и интеллектуально (а не бесперебойно, до отупения функционировал в механизме глобальной производственной системы, как это делает современный индивид), он созерцал и творил, вследствие чего возникло соцветие европейских культур [226].

Впрочем, даже отношение к труду и его плодам у традиционного человека было иным, чем у его потомков капиталистической эры. Если современный индивид отчужден от того, что он называет «работа», выказывая интерес к ее результатам лишь в рамках рыночных отношений (где качество труда зависит сугубо от возможности его выгодной продажи), то его предки производили, как писал В. Зомбарт, «еще не меновые ценности (определенные чисто количественно), но исключительно потребительные блага, т.е. качественно различаемые вещи.

Труд настоящего крестьянина, так же как и настоящего ремесленника, есть одинокое творчество: в тихой погруженности он отдается своему занятию. Он живет в своем творении, как художник живет в своем, он, скорее всего, совсем бы не отдал его на рынок. С горькими слезами на глазах крестьянки выводят из стойла любимую пегашку и уводят ее на бойню; старик–кустарь воюет за свою трубку, которую у него хочет купить торговец. Если же дело доходит до продажи (а это, по крайней мере, при наличности хозяйственной связи обмена должно составлять общее правило), то произведенное благо должно быть достойным своего творца. Крестьянин, так же как и ремесленник, стоит за своим произведением; он ручается за него честью художника. Этим объясняется, например, глубокое отвращение всякого ремесленника не только к фальсификатам или хотя бы суррогатам, но даже и к массовой выделке [78, 16—17].

Производитель капиталистической эпохи безразличен к плодам своего труда, психологически он отстранен от них и стремится отдать им как можно меньше своих сил и времени. Его экономический успех определяется способностью быстро избавиться от созданного продукта путем продажи. Для современной экономики западного типа значение имеет только прибыль. На данный момент качество товара и услуг вторично. Аналитические структуры промышленных корпораций и «мозговыетресты» тратят огромные средства на разработку эффективных методик проведения рекламных кампаний (все больше напоминающих по своей сути и форме психические атаки), способных вынудить потребителя приобретать товар не только не нужный ему, но и заведомо низкого качества, который нередко несет угрозу здоровью и даже жизни людей.

В качестве примера можно обратиться к западной пищевой промышленности, передовые технологии которой полностью решили задачу производства в огромном количестве доступных широким массам потребителей продуктов питания. Наданный момент пищевые транснациональные корпорации ведут успешную торгово–экономическую войну с национальными производителями во всех странах мира, заполоняя их внутренние рынки своей продукцией. Прежде всего данный успех объясняется способностью международных компаний производить дешевую продукцию, что позволяет быстро и эффективно разорять конкурентов и получать огромные прибыли.

Однако добиться максимального удешевления продуктов питания, т.е. предельного снижения производственных затрат, можнолишьтремя способами: заставить фермера бесплатно работать, лишить продавца прибыли, предложить потребителю продукт, сделанный из максимально дешевого сырья. На данный момент для решения проблемы минимизации расходов на производство широко используется последний вариант.

Фермерам и в большей степени аграрной индустрии удалось в последние годы понизить производственные затраты путем:

1. Использования гормональных препаратов.

2. Применения антибиотиков.

3. Подмешивания в корм различных искусственных добавок.

4. Кормления скота животной мукой.

Что собой представляет животная мука? Это специальная смесь, большей частью состоящая из отходов от убоя животных. Вот как описывает производство животной муки немецкий журнал «Spiegel»: «Отходы растираются и перемешиваются с трупиками свежевылупившихся петушков, вдоволь поставляемых бройлерными фабриками, подопытными крысами из лабораторий Фарминдустрии, протухшей сывороткой с молококомбинатов. Полученное месиво разбавляют обычными канализационными стоками» [97].

Этот своеобразный корм активно применяется из–за его дешевизны, так как стоимость продукции в животноводстве в основном формируется ценами на корма. «Животная мука, изготавливаемая в полном соответствии с принципом «производить дешевле дешевого», разбавляется канализационной жижей, выкачиваемой из отстойников городских очистных сооружений. И никого не интересует, что эта «субстанция» может содержать тяжелые металлы и диоксин [227]. При этом такие эксперты, как Франц Дашнер, руководитель Института медицины окружающей среды во Фрайбурге, постоянно предупреждают: «Жижа с отстойников очистных сооружений вредит практически любой органической системе: от мозга до сердца, мускулов или нервов» [97].

По–настоящему выгодными становятся корма после добавления к ним химических «присадок». Свинье при нормальных условиях ее содержания для набора номинального веса требуется около года. С применением так называемых «силовых кормов» и «ускорителей роста» этот срок уменьшается до трех месяцев. Самые популярные «стимуляторы роста» — это синтетические аналоги половых гормонов. Свиней подкармливают андрогенами (мужской половой гормон), что у мужчин может провоцироватьопухоли простаты. А птице дают стильбен — синтетический аналог женского полового гормона эстрогена. Применение стильбена очень выгодно: на 1 долл. затрат получается около 15 долл. прибыли. Так как стильбен — антагонист мужского полового гормона прогестерона, то он способен подавлять мужскую половую функцию. Настоящим подарком для фермеров стали тиреостатики, которые блокируют гормон щитовидной железы, что вызывает у животных нарушение теплового баланса и обеспечивает большие привесы, так как энергия, полученная с кормами, уже не расходуется в виде тепла. У человека мясо с тиреостатиками нарушает функцию щитовидной железы, приводит к нарушению половой функции и отставанию в умственном развитии.