Читать онлайн «Свобода и евреи». Страница 86

За это еврейская и еврействующая печать не останавливаясь перед подлым изветом, нарисовала гнусную картину, как офицеры с весёлым смехом и сочувствием смотрели на избиение!

Положение в этот день осложнялось ещё и тем, что евреи возбуждали христианское население, самовольно и нагло производя обыски в домах и останавливая крестьянские подводы. Но этот тревожный день завершился таким финалом, который в первые минуты всех ошеломил.

Вечером стало совсем тихо и казалось, что после вчерашнего погрома революционеры притихли.

Часов в 10 вечера, по словам полковника Войцеховского, он с офицерами сидел на скамейке, у полицейского управления. Среди тишины, неожиданно и ясно прозвучал сигнал на рожке, и в тот же момент с крыш и из сада — с обеих сторон полилось в них и в управление море револьверного огня. Лёжа за гребнем покатых крыш окружающих домов, как за бруствером, из-за деревьев и насыпи у решётки сада, еврейская «оборона» была почти неуязвима. В то же время загремела стрельба по всему городу равным образом по общему сигналу. Схватив 30 солдат, полковник бросился к саду реального училища, откуда шайка сейчас же бежала, но дальше солдат встретили ожесточённым огнём с фабрики, которая давно считалась сборным пунктом революционеров. [80] Проникнуть к ней из узкой улицы (Гимназической) не было возможности, и наши люди открыли по ней частый огонь. Так как пули пробивали деревянные стены фабрики, то революционеры (в числе до 500 чел.) зажгли её и под прикрытием бросились бежать вдоль речки к городскому саду. Вызванные пожарные не решались тушить пожар, так как стали раздаваться взрывы сложенных там патронов, а также вследствие того, что почти одновременно произошло на Николаевской улице.

Около дома, находившегося против 2-го полицейского участка, был караул. [81] Солдаты, заметив суету на дворе дома, начали наблюдать, что там делается, и, не ожидая нападения, стояли без оружия. Вдруг из этого дома (как говорят, приспособленного к обороне) открыли частый огонь по ним и по стоявшему невдалеке флигелю, где жили офицерские семьи. Солдаты мигом расхватали ружья и ответили тем же. Но из дома отстреливались ожесточённо. Неожиданно он загорелся, причём осталось невыясненной причина пожара (предполагают, что в этом доме хранились горючие вещества). Из дома выбежало до 50 человек, бросившихся врассыпную. По ним стреляли и 6 человек убили, а 7 захватили живыми (на другой день, на пожарище нашли несколько человек сгоревшими). Прибывшая на пожар команда была встречена ожесточённым огнём залёгших поблизости революционеров, и дом сгорел дотла.

Но на фабрике пожар вследствие близости Банка был опасен, а пожарных и здесь стали обстреливать из-за речки. Пришлось разгонять шайку за речкой и дать возможность отстоять Банк.

Всю ночь шла ожесточённая стрельба. Революционеры зарядов не жалели и расстреливали их тысячами. Только с рассветом прекратилась эта бомбардировка города.

День 3 июня прошёл спокойно, но в ночь с 3-го на 4-е революционеры бомбардировали вокзал. Сигнал был дан револьверным выстрелом в товарной станции. Сейчас же из сада гостиницы «Рига», из-за заборов фабрик Фрейд-киса и Коммихау и из лесного двора загремели выстрелы, направленные исключительно по 1-му классу. Бывшие там пассажиры в ужасе лежали на полу, пока огнём роты Владимирского полка не удалось подавить огонь. По городу тем временем в различных местах раздавались выстрелы.

Этим закончились три революционные дня в Белостоке, унёсшие много жизней, вызвавшие столько яростных нападок на правительство и войска, равно как внёсшие новую смуту в нынешнее тревожное время и необъятное количество злорадной и преднамеренной лжи.

«Новое Время», И июня 1906 г., 10862.

XI. Мартиролог должностных лиц, раненных и убитых евреями в Белостоке в 1903–1906 годах

Задавшись целью выяснить причины событий в Белостоке, «Варшавский Дневник» даёт на вопрос подробный и обстоятельный ответ. Газета, во-первых, просит местных жителей припомнить всё, что происходило в Белостоке за последние три года. За это время евреями-анархистам был ранен полицеймейстер Метленко; брошена бомба в управление 1-го полицейского участка, причём ранено несколько городовых; убит исправник Ельчин; убит 4-го Донского казачьего полка казак Лопатин; ранен того же полка казак Самофалов; ранен бомбой полицеймейстер Пеленкин и шедшие с ним рядом сын его и гимназист Марков; ранены бомбой помошник полицеймейстера Губский, пристав Жоклевич, околоточный надзиратель Савицкий и городовой Гриченча; убиты старшие городовые Мизгер и Монюшко; убит городовой Барцевич, которого предварительно облили серной кислотой (!); в пристава Сампсонава неудачно бросили бомбу, а вслед затем его ранили пулей (кстати сказать, еврей Шляхтер хотя и был пойман на месте преступления, но его до сих пор не судят. Почему?); убит помощник пристава Кульчицкий, ранен пристав Райский; брошена бомба в жандармское управление, при этом один жандарм убит, другой ранен. В 1906 году убиты: 27 мая — городовой Шейман; 28 мая — исправ. должн. полицеймейстера Деркачёв и 29 мая — рядовой 64 пехотного Казанского полка Арсеньев.

В издаваемой при благосклонном участи депутатов государственной думы Ковалевского и Винавера еврейской газете «Речь» было вслед за убийством евреями же популярного в Белостоке полицеймейстера Деркачёва напечатано следующее достопамятное извинение.

«Революционные организации в Белостоке заявляют, что убийство полицеймейстера Деркачёва, послужившее одной из причин белостокского погрома, было совершено по недоразумению, и выражают сожаление по поводу этого убийства».

Это «извинение дало», по-видимому, смелость местному кагалу послать депутацию с венками на гроб Деркачёва.

Депутация встретила приём, какого заслуживала!..

XII. Рапорт временного белостокского генерал-губернатора военному министру

В «Русском Инвалиде» напечатан следующий рапорт военному министру временного генерал-губернатора Белостока и уезда.

«1-го июня в 12 часов дня по Александровской улице шла православная процессия. Когда она поворачивала на Институтскую улицу, то из дома Янкеля Рахитиса, находящегося на углу, неизвестные евреи бросили бомбу и начали стрелять из револьверов. Бомбой убит один христианин, ранено двое. Пулями убито 3 и ранено 3.

Сейчас же прибыла рота, которая находилась в полицейском управлении, и начала обстреливать дом. Процессия продолжала идти дальше.

Вслед за сим было брошено ещё 2 бомбы на Липовой улице, по пути следования католической процессии, и всё время евреи продолжали стрелять из окон и с балконов.

После этого христиане начали громить лавки и избивать евреев. Были вызваны ещё войска — всего долее двух полков пехоты и вся кавалерия.

Евреи стреляли по христианам, на что отвечали войска. 2 июня были только отдельные случаи погромов, но тоже целый день продолжалась стрельба.

Евреи на окраинах города и в ближайших деревнях нападали на христиан.

Ночью со 2-го на 3-е июня и особенно с 3-го на 4-е июня происходила усиленная стрельба. Злоумышленники обстреливали преимущественно правительственные учреждения, как-то: государственный банк, почту, казначейство, штаб 4-й кавалерийской дивизии, полицейское управление и полицейский участок № 3.

5-е и 6-е июня прошли спокойно, благодаря тому, что сады и фабрики, откуда прежде стреляли злоумышленники, были заняты войсками.

В общем, с 4-го по 6-е июня убито: евреев 78, а ранено 84, нижних чинов ранено 4. Во время погрома, если и были случаи, что одиночные люди и мелкие команды без офицеров недостаточно противодействовали громилам, то, в общем, войска действовали правильно, и только благодаря их самоотверженной работе, а также тому, что они не допустили в город жителей окрестных селений, порядок был восстановлен сравнительно быстро.