Читать онлайн «Как уморительны в России мусора, или Fucking хорошоу!». Страница 36

В шланге заурчало.

Минут пять ничего не происходило.

Давление в системе медленно росло, а капитан сидел возле гидранта на корточках и курил, ожидая, когда напор воды вышибет засор, и Ларин сможет принять поздравления от восхищенных товарищей по оружию.

Плотный ком из ушанки сержанта Крысюка, шарфа Казановы, подтяжек Васи Рогова, спущенных в унитаз Удодовым и К протоколов допросов, бюстгальтера восьмого размера, принадлежавшего заместительнице начальника паспортного стола, нескольких десятков стрелянных гильз от патронов к автомату Калашникова, трех вязанных шапочек залетных собровцев [56] и многих других нужных и ненужных вещей неторопливо продвигались вверх по стояку, пока, наконец, не миновал пресловутую крестовину фановой трубы и не освободил проход бурлящему потоку.

Первым рационализацию Ларина ощутил на себе заместитель прокурора района, случайно зашедший в РУВД утром, да так и оставшийся в гостеприимных стенах до самого вечера, мигрируя по кабинетам, в каждом из которых ему наливали рюмочку.

Сильный гидродинамический удар приподнял младшего советника юстиции над толчком и швырнул головой вперед в дверцу кабинки. Зампрокурора лбом пробил хлипкую фанерку и долетел почти до рукомойника, схватившись обеими руками за отбитый мокрый зад.

Позади прокурорского работника в потолок ударил пенящийся фонтан…

Дукалис успел дойти лишь до половины чтения приговора, когда дверь в туалет справа от «обезьянника» распахнулась и под ноги собравшимся полилась мутная жижа…

Стоявшего враскоряку над унитазом сантехника снесло к писсуарам, он зацепился за дребезжащий компрессор и опрокинул стоявшую на умывальнике сумку с инструментом…

Выходящую из уборной на четвертом этаже паспортистку струя догнала уже у двери, окатила с ног до головы и визжащая толстая капитанша навзничь вывалилась в коридор…

Из десятков глоток одновременно вырвался дикий крик.

Протрезвевшие от запаха алкоголики стали биться в решетку, правоохранители нестройными рядами бросились на выход, смешавшись с толпой зажимавших нос посетителей.

А пожарный гидрант продолжал нагнетать в систему воду, вымывая из недр канализации всё новые и новые порции всякой дряни.

На чердаке сорвало заглушку стояка, мощная струя снесла лист ржавого кровельного железа и забила вверх.

Героический Чердынцев, стоя по колено в прибывающей жиже, принял мужественное решение и отпер «обезьянник», откуда на свободу устремились семеро бухариков, два квартирных вора, один растлитель малолетних, три хулигана-тинейджера и участковый Пуччини.

Спустя несколько минут на улице перед зданием РУВД собралась толпа покинувших его сотрудников вперемешку с посетителями и зеваками и кто с ужасом, а кто и с явным одобрением, взирали на текущий из дверей центрального входа вонючий поток и вздымающийся над крышей желто-коричневый фонтан.

Последним из родного управления выскочил Ларин, так и не сумевший завернуть обратно пожарный кран…

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ДИАГНОЗ — «МЕНТЯРКА»

ГЛАВА 1

НЕБО КОПТЯТ ПОЕЗДА, И ГУДЯТ ПРОВОДА, И С БЕНЗИНОМ ВОДА… [57]

На следующее утро между стоящими напротив изгаженного здания двумя старыми автобусами «Икарус», внутрь которых временно переселились службы РУВД, метался юный и азартный корреспондент свежеиспеченного журнала «Крыминальный отделъ» и хватал проходящих милиционеров за рукава бушлатов и шинелей.

— Это теракт? — ныл прыщавый писака. — Ну, скажите, это теракт?

— Разбираемся, — важно бросил Чердынцев, проводящий развод нарядов ППС.

В здании РУВД работали согнанные со всего района сантехники и немногочисленный отряд МЧС, проводивший дегазацию помещений.

Корреспондент сунул нос в один из автобусов, был грубо послан невыспавшимся Дукалисом, и громогласно заявил, что уходит греться в припаркованные неподалеку синие «жигули-шестерку». Но на самом деле скрючился на корточках за урной.

Рядом с Анатолием сидел Ларин и курил, вполуха слушая наставления Соловца по методике работы с делом пропавшего писателя. У начальника ОУРа совершенно вылетело из головы, как он лично, правда — по указанию подполковника Петренко, принимал меры по трансформации заявления генерального директора «Фагот-пресса» в ничто, и проводил ударно-воспитательную работу с самим Дамским, его адвокатом и начальником охраны издательства.

На заднем сиденье «Икаруса» спал Казанова, проведший ночь в бесплодных попытках закадрить какую-нибудь даму из отряда МЧС и нарвавшийся в результате на пудовый кулак старшего группы, когда полез под куртку к супруге командира отряда…

К автобусам, поддерживая друг друга, подбрели бледные и шатающиеся Волков с Чуковым.

— Ого! — сказал Чердынцев. — Явились, голубки!

— И что здесь случилось? — тихо осведомился инспектор по делам несовершеннолетних, смотря на мир сквозь щелочки припухших глаз.

— Террористы, — свистящим шепотом поведал начальник дежурной части, которому очень понравилась мысль корреспондента «Крыминального отдела».

— А-а-а, — выдохнул дознаватель Чуков, с трудом разлепив намазанные противовоспалительной помадой губы. — Сейчас это сплошь и рядом…

Парочка недообмороженных постояла и двинулась к дверям автобуса, откуда неслись рубленные фразы Соловца.

Из-за урны выскользнул хитрый журналист и сунул под нос Чердынцеву маленький диктофон.

— Это жертвы теракта?

— Нет, — майор ладонью отодвинул диктофон. — Это наши сотрудники, пострадавшие во время задержания особо опасных преступников…

— Каких?

— Это вам знать не положено, — гордо ответил начальник дежурной части и повернулся спиной к корреспонденту.

— Ну, мне же надо о чем-то писать, — опять застенал собкор «Крыминального отдела».

— Пишите, что хотите, — отрезал Чердынцев, не поворачиваясь…

Этот ответ майора в дальнейшем привел к целой цепочке происшествий, хоть и не связанных напрямую с героями нашего повествования, но, тем не менее, оказавших значительное влияние на судьбу начальника РУВД подполковника Петренко.

Корреспондент «Крыминального отдела», обиженный нежеланием ментов сотрудничать с прессой, накропал гнусную, но немногим отличающуюся от суровой правды жизни статейку на первую полосу журнала, в которой представил коллектив РУВД как шайку тупиц, алкоголиков и взяточников. И, за отсутствием реальных историй придумал свои, не имеющие никакого касательства к подчиненным Мухомора, а похожие на случаи, происходившие с операми в другом районе, и несколько изменил фамилии героев передовицы.

Пухлощекий главный редактор «Крыминального отдела» Вадик Менделеев, более известный в журналистских кругах под псевдонимом «Дед Онаний», данный ему за излишнюю активность в выпуске множества почти порнографических изданий, с гиканьем статью одобрил и поставил ее не только в профильный журнал, но и в немного измененном виде — в три свои газетки с многообещающими названиями «Sex-Navigator», «Sex-Explorer» и «Sex-Commander». Изменения в материале коснулись, в основном, сексуальной ориентации сотрудников РУВД. Так, например, подполковник Петренко был изображен в роли старого гомосексуалиста, растлевающего подчиненных, а майор Чердынцев — как заядлый эксгибиционист.

Первыми стали бить Менделеева менты из Приморского РУВД, возмущенные намеками на «голубизну» своего начальника, чья фамилия по нелепому стечению обстоятельств оказалось созвучной придуманной журналистом.

Затем к ним присоединились сотрудники Управления Собственной Безопасности ГУВД, которым высочайшим распоряжением начальника Главка был спущен материал для проверки.

«Деда Онания» трижды вызывали по известному адресу на улицу Захарьевскую и все три раза увозили из здания УСБ на машине «скорой помощи».